Невеста Полоза

Я делаю три шага прямо от старой, разлапистой ивы, где частенько собираю ароматные травы и землянику. Подбираю подол простого льняного платья, чтобы не путался в ногах, когда придётся прыгать через длинный узкий ров. Обогнув два молодых дуба-близнеца, приветливо машу им рукой, а после ступаю на чуть заметную тропинку, сотканную из света и тени, беглого взгляда и лёгкой мысли. Родной лес мне как собственная уютная комната, где всё знакомо и привычно с самого детства. Я могу пройти его весь с закрытыми глазами и даже не споткнусь о вывороченные корни смолистых сосен. Пусть люди считают меня диковатой и чудной, это не важно. Всего несколько раз в жизни я была в больших городах. Конечно, на юную девицу из деревеньки Туманного нагорья произвели впечатление и толпы праздно шатающихся жителей, и воинственная аура даэвов, и неземная архитектура. Но сердце даже в знаменитых садах Элизиума тянулось обратно, к любимым мною лесам. Пусть пугают беспечных горожан злыми волками, телепортами врагов и запутанными тропами – мне лучше знать, что в одном деревце у дома больше волшебства, чем в самом редком столичном артефакте. Моя душа – этот самый лес, где я всегда дома. Весной у родника мироздание подарило мне причудливую, не по сезону, находку – ладное ожерелье из алых ягод рябины, переплетенных тугими ветвями звёздного аниса и листьями папоротника. Кто скажет, что это не чудо? Кто оспорит великую магию самой природы? Даже в самое промозглое утро рассвет пленит могущественнее заклинаний волшебника. Я никогда не просила у отца дорогих нарядов, как делали остальные девочки – в лесной чаще некому любоваться на роскошные ткани и на тонкую вышивку. Засушенные листья в моих бесчисленных книгах – куда большее богатство. Единственное украшение, что пришлось по душе – то самое ожерелье. С весны я не снимала его с шеи, и до сих пор в нём не завял ни один листок, не поблекла ни одна ягода. Я верю, я знаю, что самое большое волшебство живёт здесь. С детства я чувствую его в этой чаще, хочу, но не могу отыскать. Матушка говорит, что я глупышка, начитавшаяся сказок, отец кличет мечтательницей. Но кто не хотел бы найти неожиданный клад, жилу волшебного эфира, а то и прекрасного юношу с улыбкой тёплой, как ягодный чай? Ещё несколько шагов – и вот он! Слепящая радуга, свет ярче огня, острее алмаза. Мой заветный родник, что бьёт из самых недр земли, неся на поверхность кристально чистую воду. Привычно жмурюсь после уютного сумрака леса. Это самый главный секрет, моё особое место, открытое еще ребёнком. Вокруг всё иное: багрянец и золото павших листьев в овражке против еще зелёного дубняка леса, захватывающая дух свежесть против чувственного запаха прелой листвы. У родника мне дышится глубоко и от чистоты воздуха чуть кружится голова. Как спокойно и мирно, тихо и приятно! Будто притаилось то самое чудо, что я безуспешно ищу столько лет. Здесь поёт моя душа. Усаживаюсь на траву, опускаю пальцы в студёную воду. Закрываю глаза, и блики воды пляшут внутри век яркими всполохами. Дыхание тоже словно искрится, а от него и я вся сияю от радости и внезапной мысли: всё правильно, всё так, как нужно, я там, куда привёл меня Айон. Постойте, сияю? А ведь и правда – мелкие, тёплые искорки бегают по коже. Неужели, я нашла?! От внезапно накатившего испуга сердце бьётся так быстро, что готово выпрыгнуть из груди. Кружусь, ищу источник света – в камнях, в воде, в медовых берёзовых листьях, тонких осенних паутинках… Вот он! На другом берегу, всего в нескольких шагах, туманное облако золотистого, манящего света. Да, это оно – то самое чудо, что манило меня прочь из дома под сень ласкового леса. Раньше я не осознавала, что привязана к этому месту тонкой, незримой нитью. Теперь не нить, а колдовская веревка, исходящая из моей груди тянет, тащит, влечёт. И лесное ожерелье падает с моей шеи, вдруг перестав быть важным. Стой, Айви! Кто может манить одинокую путницу посреди леса? Одумайся, Айви! Мало ли легенд об этой чаще ты слышала от бабушки? Не ходи, Айви! Увлечёт, затянет тёплый свет, да только куда – не в мутный ли омут? Пустое! Иди ко мне, девушка, я не обижу. Скорее! Ступай через мелкий ручей, омой ноги в поющей воде. Не бойся! Мягок ковер мха, и легка твоя поступь. Подойди, моя царица! Прими мой дар, избранница! Пляши со мной, невеста! Пируй со мной, суженая! Будь моей, наречённая! Тугие кольца колдовства оплетают моё тело, мягкий голос шепчет на ухо, взгляд теряется среди гроздьев рябины, вспыхивающих в розовеющем сумраке, а в памяти – зимняя ночь у камина, да слова бабушки: опасен осенний лес, легко лихую беду найти, а то и самого Полоза, царя змеиного, нравом переменчивого. Может и убить, а может и дарами осыпать… Ночной мороз тронул серебром листья и травы. Не могу глаза открыть – веки каменные. Не могу дышать – воздух холоден и тяжёл. Не могу себя признать – вместо льняного платья дивное одеяние из упругих перьев и чешуи. Ах, чешуя-то моя! И холод мой, и тяжесть на сердце. Как скинуть мне чужую кожу? Как спастись? И стоит ли? С каждой минутой холод и сумрак мне милее, а тихий шёпот на грани слуха – приятнее. Каков же ты, царь змеиный? Для чего меня избрал – на долгую жизнь или на погибель? Призываю тебя, покажись, наконец! Подойди! Я принимаю твой дар! Пляши со мной, жених! Пируй со мной, суженый! Будь со мной?!..