Предназначенные друг другу

— Еще десять минут — и все готово, — вслух произнес Сюмин, глядя в духовку. Он закрыл дверцу духовки, установил таймер, вновь наполнил бокал красным вином и направился с ним в гостиную. Только к восьми вечера Сюмин начал приходить в себя после пережитого утром стресса. Это событие стоило отметить. Когда раздался звонок в дверь, он чертыхнулся про себя и решил проигнорировать непрошеного гостя. Но звонок повторился, на этот раз более настойчивый, за ним последовал резкий и сильный стук — неизвестный не собирался сдаваться.       —Сюмин! Он уже направлся к двери, когда услышал свое имя и тут же узнал голос. Безошибочно. Это был Сухо. Радуясь его приходу больше, чем ему того хотелось,Сюми открыл многочисленные замки и распахнул перед гостем дверь.       — Привет.       — Привет,Сюмин. Он поздоровался непринужденно, даже с некоторой фамильярностью.       — Я не ждал гостей, — словно извиняясь за свой вид произнес Сюм, но казалось, это нисколько не заботило Сухо. Когда его взгляд вновь остановился на его лице, парень почувствовал, что краснеет. Он не просто смотрел — он пожирал его глазами.       — Принесли мои документы? Сухо протянул ему папку:       — Прошу прощения за задержку. Показалось? Или он умышленно погладил его пальцы, когда он брал бумаги ? К величайшему облегчению Сюмина и досаде одновременно, на кухне запищал таймер.       — О черт! Это мой… мой ужин. Нужно вытащить, пока не сгорел. Подожди минутку… я имею в виду ... — Сюм глубоко вдохнул, чтобы немного успокоиться. — Заходи. Я сейчас вернусь. Сухо без замедления перешагнул порог и направился за Сюмином.       — Я не помешал?       — У меня сегодня праздник.       — В полном одиночестве?       — Ты можешь составить мне компанию. Он как-то неопределенно качнул головой, но снял черный плащ и бросил его на спинку стула. Стало так непривычно и странно — практически все пространство кухни заполнил полицейский с крепким, мускулистым телом и невероятно проницательным взглядом, в облике которого было нечто зловещее.       — Что у тебя за праздник, Сюмин?       — Сегодня у меня купили несколько фотографий на частном показе в одном из шикарных офисов, расположенном в самом центре города. Сухо чуть заметно улыбнулся:       — Поздравляю.       — Спасибо. Сюмин улыбнулся и убрал за ухо прядь волос. Взгляд Сухо проследил за движением его руки и остановился на царапине на щеке.       — Откуда это у тебя?       — Да так, ерунда, — ответил Сюм, совершенно не желая рассказывать полицейскому всю правду. — Царапины. Иногда такое случается. Издержки профессии. Думаю, ты знаешь, как это бывает. Сюмин рассмеялся, немного занервничав, потому что Су вдруг с очень серьезным выражением лица двинулся к нему. Всего несколько шагов. И он уже смотрел в упор. Так близко! Его запах возбуждал и заставлял тело непроизвольно тянуться к нему. И он потянулся, вместо того чтобы отступить. Сюмин почти задохнулся, когда Сухо нежно коснулся его щеки. Его рука скользнула за ухо, затем к затылку, большой палец погладил царапину на щеке. Днем, промывая царапину, Сюм испытывал боль, но сейчас его прикосновение удивительным образом не тревожило ранку. По телу разливалось томное тепло и где-то в самой глубине зарождалось болезненное напряжение. К удивлению Сюмина, Сухо наклонился и легонько поцеловал его в оцарапанную щеку. Его губы задержались надолго, давая ему понять, что это прелюдия к чему-то большему. Сю закрыл глаза, сердце колотилось. Он замер.Су многозначительно поцеловал его в губы: легкое, голодное покусывание и властное прикосновение мягких, теплых губ. Сюма открыл глаза и наткнулся на его пристальный взгляд — взгляд дикого животного. Когда Сюмин наконец смог говорить, голос прозвучал хрипло и прерывисто:       — Ты уверен, что хочешь продолжения? Сухо все так же пристально смотрел на него:       — Да, уверен. Он снова наклонился, касаясь губами его губ, щек, подбородка, шеи. Сю вздохнул, и Су поймал его дыхание обжигающим поцелуем, проник языком в полуоткрытый рот. Сюмин смутно осознавал, что рука младшего скользнула под футболку , пальцы нежно перебирали позвонки, словно он играл на флейте. Рука медленно опустилась ниже, крепко сжала ягодицу. Сюмин не сопротивлялся, а Су целовал его с разгоравшейся страстью, все сильнее прижимая к себе.       — У тебя есть постоянная любовь? — Между поцелуями выговорил Сюм. Возможно, его вопрос слишком запоздал, но он должен был знать.       — У меня никого нет.

«Только ты».

Сюмин была уверен, что он не говорил последних слов, но они эхом отозвались в голове, соблазняя и сводя на нет остатки сопротивления. С легким стоном Сюмин прижался к Сухо, нежась в его ласках.       — Что мы делаем, Су?       — Думаю, ты знаешь, как это называется, — выдохнул он ему в ухо, и он почувствовал его улыбку и обнажившийся за ней мрак — чернее ночи.       — Я ничего не знаю. Я утратил способность думать. «О господи». Сухо на мгновение прервал поцелуй, посмотрел в глаза Сю и сделал медленное, многозначительное движение бедрами. Сквозь одежду Мин ощутил упершийся ему в живот член, он чувствовал его твердость, длину и силу. И от одной только мысли, что он войдет в него, дырочка увлажнилась.       — Поэтому я сегодня здесь, — тихо пророкотал Сухо в самое ухо Сю. — Я хочу тебя, Сюмин. Ты это знаешь. Это было обоюдное желание. Мин сладко застонал, извиваясь в его руках, больше не в силах себя контролировать. Это только сон, безумный сон, такой он уже видел в ночь его первого визита. В реальности ничего не происходит.       Проснется, но только не сейчас. Наслаждаться его ласками, фантастически возбуждающим языком — это лучше любого сна, даже того, что приснился ему в ночь их знакомства.       — Сюмин, — прошептал Су, — скажи, что ты меня тоже хочешь.       — Хочу. Он почувствовал, как Су поспешно расстегивает ширинку.       — Потрогай, Сюмин. Теперь ты знаешь силу моего желания. Он взял его руку и направил вниз. Сю нежно, с восхищением погладил его член. Он был очень большой, брутально-сильный и в то же время шелковисто-гладкий, ощутимая тяжесть подействовала на него одурманивающе, сильнее любого наркотика. Он легонько сжал руку и провел по твердому члену, пальцами погладил большую головку. Тело Сухо дернулось. Сюмин почувствовал, что его руки дрожат, поднимаясь по его бедрам к шнуркам спортивных брюк. В следующее мгновение его обожгла ладонь младшего, скользнувшая в его боксеры. У него между ног было влажно, тело горело желанием, голову окутывал сладостный туман. Его пальцы, играя, вызывая в теле томительную негу, легко и быстро нашли вход. Сюмин содрогнулся и вскрикнул, подчиняясь силе сексуального желания.       — Я тоже тебя хочу, — признался он, голос от возбуждения звучал прерывисто и низко. Вместо ответа он ввел один за другим два пальца в отверстие. Сюмин выгнулся , предвкушая иное вторжение. — Еще, — выдохнул он, — Сухо… пожалуйста, еще. Глухой рык растворился в его шумном выдохе, он склонил голову и жадно впился в губы Сю. Его брюки упали на пол, за ними последовали боксеры. Обнаженное тело напряглось, и тут его словно обдало жаром от вспыхнувшего костра — Сухо опустился на колени, в неистовом желании он, раздвигая, гладил его бедра, целовал, играл кончиком языка во всех изгибах и впадинках его тела. От прикосновений его языка плоть сладко и остро покалывало, и Сю таял. Оргазм наступил быстро, и его сила удивила Сюмина. Сухо крепко держал его, прижимаясь к влажным бедрам, тело дрожало и выгибалось, но это не помешало ему почти сразу же довести его до второго оргазма.Сю закрыл глаза и запрокинул голову, отдаваясь безумию . Ноги отказывали держать, и он вцепился руками в его плечи. И новый оргазм, неистовый толчок из неведомых глубин его тела, он вознес его в царство сладостных грез… Сквозь густую пелену чувственного полуобморока Сю ощущал, что его держат. Крепкие руки Сухо подхватили и подняли его, они оба были обнажены. Мин обхватил Су за шею, с ним на руках он вошел в гостиную. Сухо осторожно положил Сюмина на диван и склонился над ним, опираясь на сильные руки.       — Поцелуй меня, — попросил старший. Су приподнялся, а Мин выгнулся, будто его тянуло к нему магнитом, ему страстно хотелось ощущать его внутри себя.       — Возьми меня, — прошептал Сюмин. — Я хочу чувствовать тебя внутри, Сухо. Сейчас. Пожалуйста. Младший откликнулся на призыв. Головка члена требовательно пульсировала у самого входа, все его тело дрожало, Сюмин чувствовал эту дрожь, обнимая его за плечи; казалось, до этого мгновения он сдерживался, а сейчас готов был полностью отдаться страсти. Сю так хотел, чтобы он вошел , промедление сравнимо было с мучительной смертью.       — Ну же, — молил Мин, двигаясь и пристраиваясь под ним так, что теперь ему было достаточно одного толчка. — Не надо деликатничать, я не сломаюсь. Сухо поднял голову и посмотрел прямо в лицо, сквозь темноту Сю поймал его взгляд и почти испугался горевшего в его глазах неукротимого огня. И вот это страстно желанный толчок. Сюмин не смог сдержать дикий стон наслаждения. Сухо уронил голову на плечо, чуть приподнялся — и вновь последовал толчок, еще глубже. Сюмин вцепился в крепкую спину, прижимая к себе и одновременно приподнимая бедра навстречу его страсти. Член двигался с неистовой силой и быстротой и, казалось, еще больше увеличился в размерах.       — Я так хочу тебя, хочу с первой минуты, как увидел, — выдохнул Сухо. Его признание еще больше возбудило.Сухо вытащил член и тер его между ног старшего, тот же ощутил, как в глубине зародился импульс нового оргазма.       — Я могу заниматься этим всю ночь, — хрипло произнес Сухо, горячим дыханием обжигая шею. — Боюсь, я не смогу остановиться.       — Нет не останавливайся… прошу… не останавливайся. Сюмин крепко держался за него, пока Су стремительно двигался. Он только и мог, что вскрикивать, сотрясаясь от оргазмов, следовавшие один за другим. ... мысли Сухо... Сухо спустился по ступенькам крыльца дома Сюмина и зашагал по темной тихой улице. Он оставил его в спальне, сладко утомленного и погруженного в глубокий сон, он ровно дышал, набираясь сил после трех часов непрерывного секса. И все же он не чувствовал полного удовлетворения, он хотел еще… Хотел его. Это было просто чудом, что ему удалось скрыть выросшие под наплывом страсти клыки и горящие огнем глаза с узким росчерком зрачков. Еще больше удивляло то, что он сумел не поддаться огромному, как океанская волна, желанию вонзить клыки в его такое сладкое горло и напиться крови до опьянения, рядом с ним, когда каждая клетка тела только этого и жаждет, трудно доверять себе. То, что он пришел к нему сегодня, — чудовищная ошибка. Сухо полагал, что секс немного остудит тот жар, что он в нем разжигает. Еще никогда так сильно он не ошибался. Овладев Сюмином, войдя в него, он понял, насколько слабым он способен сделать его. Он пробуждал в нем дикий, животный инстинкт, и он преследовал его со страстью голодного хищника, каким и являлся на самом деле. Сухо не был уверен, что ему хватит сил и воли сдержать эту страсть. Он снова жаждал крови. Не желая того, он представлял Сюмина, он хотел его крови. Хотел, чтобы его кровью насыщалось тело. Сухо злобно зарычал, отгоняя отравляющие фантазии.