Where is my soul mate?

Киришима распахнул свои глаза, как только зазвенел будильник. Утро подкралось так быстро и незаметно, а ведь, казалось, он лег всего полчаса назад. Тогда небо было еще совсем темное, в некоторых местах слабо освещено звездным светом, что придавало некую уютную атмосферу. В такие моменты можно вырваться из реальности, и просто смотреть в небо, мечтая о чем угодно, думая о ком угодно. Прежде чем подняться со своего места, парень еще несколько минут лежал на кровати, смотря в потолок, пытаясь разбудить свой еще спящий рассудок. Все — таки поднявшись, первым делом он заправил свою кровать, если это так можно было назвать. Эйджиро просто растянул одеяло на всю длину кровати, вот и все, после чего, прямиком отправился в ванную, дабы умыться. Спешить было особо некуда, времени до школы было еще много. Холодная вода будто отрезвляла, заставляла окончательно вернуться из сна в реальность. Ополоснув лицо, Киришима взглянул в зеркало, висящее прямо над раковиной. В ответ на него посмотрел ничем непримечательный парень с отражения. Черные волосы средней длины, которые на ощупь были очень мягкими. Эйджиро их никогда еще не укладывал, его весьма устраивало и нынешнее состояние шевелюры. Красные глаза, полные надежд и мечтаний. Над правым веком красовался маленький шрам, полученный в раннем детстве. Его губы складывались в тонкую полосочку. Оторвавшись от зеркала, он взглянул на свою руку — никаких посланий не было, что немного разочаровывало. Общение со своим соулмейтом стало для парня лучом света в жестокой школе, где его постоянно задирали хулиганы. Он мог легко отвлечься от всего этого, просто написав «Привет» на руке, начав вести беседу с такой непростой личностью, как Катсуки Бакуго. Впервые, он отправил послание в восемь лет, и с тех пор они часто переписывались, общаясь обо всем на свете, рассказывая о себе и задавая вопросы о собеседнике. Как выяснилось, мальчики жили в разных городах, были ровесниками и оба являлись фанатами комиксов о супергероях. Эйджиро не хотел рассказывать Катсуки про обидчиков, да и какой в этом смысл, ведь тот, во-первых, все равно не сможет помочь, а во-вторых, посчитает Киришиму слабаком, не способным постоять за себя. Избавившись с утра от негативных мыслей, парень начал переодеваться в школьную форму. Белая выглаженная рубашка, черный пиджак, с поднятым вверх воротником, и штаны того же цвета пришли на смену пижамным шортам и футболке. Эйджиро закинул несколько учебников, тетрадей и ручек в рюкзак, и, наконец, вышел из своей комнаты, предварительно закрыв за собой дверь. Осталось лишь чем-то перекусить и отправиться прямиком в школу. Вот уж как два года, Киришима перешел в среднюю школу. Успехами в учебе, как таковыми, он не отличался, не был душой компании, и вообще, мало с кем общался. Он сам не понимал, чем заслужил ненависть некоторых детей из школы и его класса в общности. Наверное, потому что он был слабым. По крайней мере, он себя таким считал. Эйджиро ненавидел себя за то, что ему не хватало сил встать и ударить задир в ответ, за то, что он смиренно отдавал этим уродам свои деньги, которые мама зарабатывала с таким трудом. Ему было в действительности стыдно, но он почему-то не мог ничего с этим поделать. Ему оставалось только снижать свою самооценку и дальше. -Доброе утро, мам! -Утречка! Садись за стол, завтрак почти готов. Мать Эйджиро была очень любящей и заботливой женщиной. Она всегда пеклась о своем единственном сыне, который также являлся единственным членом ее семьи. Много работала, дабы обеспечить ему хорошую жизнь. Она уставала, но никогда не подавала этому виду, не хотела, чтобы сын волновался или чувствовал себя виноватым. Отец мальчика ушел из семьи, когда Киришима был еще совсем маленьким, но причина была неизвестна мальчику, мать не любила про это говорить. Съев тамагояки и выпив зеленый чай, он вышел из дома. Он жил не так уж и далеко от учебного заведения, поэтому добрался он довольно-таки быстро. Это было его типичным утром. Зашел в класс, уселся за свою парту и решил продрыхнуть до начала урока. Так и было, если бы в запястье не начало привычно пощипывать по пути в класс. В коридорах не было практически никого, все уже разошлись по классам. Эйджиро в тот же час закатал рукава пиджака, и опять этот аккуратный почерк. «Одним из первых купил новый выпуск, хоть для этого и пришлось вставать раньше, чем обычно». На лице Киришимы моментально появилась улыбка. Так происходило всегда, когда он получал послания от Катсуки. Нужно побыстрей дойти до класса, чтоб ответить, ведь Бакуго не нравилось, когда ответа долго не приходило. Нельзя отмазаться, а-ля я не увидел, как можно было бы поступить в социальных сетях, ведь тут все по-другому, да и, впрочем, не особо хотелось игнорировать. -Эй, неудачник! — Киришима услышал за спиной знакомые голоса. Нет, пожалуйста, только не сейчас. Он вполне может успеть убежать, но есть ли в этом смысл, все равно ведь догонят. Сглотнув, парень повернулся лицом к обидчикам. Трое парней повыше ростом самого Эйджиро, стояли, облокотившись об стену, надменно смотря на свою жертву. -Чего надо? — он искренне хотел, чтоб его голос звучал уверенно, но, увы… --В прошлый раз ты был более вежливым, Ки-ри-ши-ма.- главарь этой шайки начал медленным шагом приближаться, на его лице была противная ухмылка. — Что это ты высматривал на своей руке? Неужели, даже у такого неудачника, как ты, есть соулмейт? -Это не твое дело. Тебя никоим боком не касается. Еще что-то? -Да. Замах, удар, боль. Все в привычном алгоритме. Киришима упал на пол, схватившись за лицо. Кажется, из носа хлестнула кровь. Второй замах. Эйджиро закрыл глаза, приготовившись получить вторую порцию боли. Странно, но удара не последовало. Открыв глаза, он увидел перед собой одноклассницу. Кажется, ее звали Ашидо Мина. Она была весьма популярной личностью в школе, вокруг нее всегда крутилось много ребят, желающих с ней подружиться, и это было не беспричинно. Эта девушка была очень яркой, в толпе было невозможно ее не заметить из-за копны розовых волос, но яркой она была не только из-за волос. Она всем приветливо улыбалась, умела поддерживать разговор, помогала нуждающимся. Мина была, что-то вроде элиты. Теперь удар последовал за ней, и, похоже, весьма неслабый — парень пошатнулся. -Думаешь честно идти втроем против одного? — Мина зашипела, — Слушай, парень, тебе очень не повезет, если я увижу, что ты обижаешь еще кого-то в школе и вне ее. Как ни странно, они и вправду ушли, не сказав ни слова. Видимо знали и Мину, и то, что у нее есть много друзей из старших классов. Лишь парень, которого она ударила, закатил глаза и цокнул. Ашидо повернулась к Киришиме с улыбкой на лице, протянув ему руку. -Ты в порядке? Киришима, верно? -Да. Спасибо. Черт, его защитила девчонка. Вот и еще один повод себя ненавидеть. -Киришима, у тебя кровь. Хочешь, я провожу тебя до медпункта? — на лице беспокойство, скорее всего, фальшивое. Эйджиро прекрасно понимал, что он не сдался такой девушке, как Ашидо, это просто-напросто вежливость. -Я сам дойду, просто, если не сложно, скажи учителю, что я задержусь. Ни сказав больше ни слова, они ушли в разных направлениях. Эйджиро-в медпункт, а Мина-в класс. В этот момент Киришима чувствовал себя ничтожно, но он не хотел больше так жить. Он должен стать сильнее, чтобы суметь дать отпор в случае чего. Точно. Можно записаться на какую-нибудь спортивную секцию. Он так и сделает. От мыслей отвлекло пощипывание в руке. Катсуки. Эйджиро незамедлительно взглянул на запястье. «Эй, придурок?».