Первая брачная ночь

Доброго времени суток. Меня зовут Леви Аккерман, а вот это высокое шатенистое чудовище, бодро шагающее рядом со мной, именуют Эреном Йегером. И да, мы пару часов назад поженились. Самым ярким доказательством моих слов является тонкая серебряная полоска на его безымянном пальце, ну и на моем, соответственно, тоже. Почему серебро? А потому что «Леви, ну так ведь не интересно. У всех вокруг золотые кольца, да и потом, на твоем пальце серебро будет смотреться однозначно лучше». На мои возражения этот засранец лишь просиял улыбкой на все тридцать два зуба и остался полностью глух ко всем резонным аргументам с моей стороны. Результат этого спора вы уже знаете. Почему мы сейчас шагаем в предрассветных сумерках по ухабистой дороге вместо того, чтобы заниматься любовью ночь напролет в каком-нибудь предназначеном для этого месте? Да практически по той же причине. В эту лохматую балду пришла вдруг замечательная идея, что было бы чудесно прогуляться в тишине за городом, подальше от суеты и новоприобретенных супружеских обязанностей. То, что, по сути, он заставил виновников торжества исчезнуть с праздника, его нисколечки не смущало, как и игнорирование веками устоявшейся традиции. Все бы ничего, не то чтобы я ярый приверженец идеи, что все должно быть так же, как до нас у наших предков, а у них до их предков и т. д. Нет, все совсем не так. Просто видели бы вы этого красавца в смокинге. Белоснежная рубашка и такого же цвета пиджак с черной отделкой по краям, идеально сидящий на фигуре и выгодно подчеркивающий смуглую кожу, черный галстук-бабочка и такого же цвета идеально выглаженные штаны с лакированными туфлями, в которых, при желании, можно было рассмотреть собственное отражение. Добавьте сюда зачесанную назад непослушную каштановую шевелюру с несколькими выбившимися прядками, падающими на высокий лоб, и ярко горящие радостью глаза. Если у вас получилось представить сию картинку, то поздравляю, теперь вы понимаете, почему я внезапно переметнулся на сторону ярых приверженцев традиций. Но моим ожиданиям не суждено было оправдаться. Впрочем, чего я еще ожидал? Знал же ведь, с кем связываюсь. — Леви, ну не дуйся, — шатен ловко повернулся, теперь шагая спиной вперед, но зато получив возможность смотреть в мое лицо. Ему очень повезло, что в такое время любителей погулять можно пересчитать по пальцам одной руки. — С чего ты взял, что я дуюсь? — тонкая черная бровь поползла вверх, придавая лицу вопросительное выражение. — Да у тебя все на лице написано, —хмыкнул шатен. Вот тут мимо. Сомневаюсь, что выработанная годами привычка сдерживать эмоции за один вечер дала такой глобальный сбой. — Не придумывай, — отмахнулся я. — Еще как, — не отставал он. — Например, сейчас я вижу в твоих глазах желание меня пристукнуть пополам с непреодолимой тягой к поцелую. Самоуверенный щенок. «Уже мой щенок», — промелькнула в голове довольная мыслишка. — Правда? — обманчиво спокойно спросил я. — А теперь? — Леви, ни за что не поверю, что ты способен меня убить, так что прекрати так кровожадно сверкать глазами, — фыркнул этот придурок. — Ну знаешь, — вскипел я, — это не тебя лишили первой брачной ночи! Зеленые глазищи расширились в изумлении, заняв собой пол-лица. — Так вот в чем дело, — задумчиво протянул Эрен. — Да, — без тени смущения подтвердил я. Странно, был убежден, что это и так очевидно. Но, видимо, не ему. — Зато ты точно запомнишь этот день надолго, — вот уж мне этот неунывающий оптимист, способный найти светлые стороны в любой ситуации. — А с чего ты взял, что я должен забыть свою первую брачную ночь? — бровь снова изогнулась. Привычка. — Я не это имел в виду. Извини меня, любимый, но потрахаться мы можем когда угодно, а эта ночь должна быть особенной, — зеленые глаза загадочно блеснули в свете луны. — Да ты романтик, — хмыкнул я, стараясь не выказать свое восхищение. — Только для тебя, — нежно улыбнулся он и притянул меня к себе, с любовью заглядывая в глаза. Я смотрел на него и не мог оторвать взгляд. Эрен как будто светился изнутри. Неужели это все из-за меня? Не верю, что я способен сделать человека счастливым, но ему, кажется, об этом забыли сообщить. — Люблю тебя, — тихо шепнул и нежно поцеловал в губы. Я лишь улыбнулся, обвивая руками его шею и, притянув к себе ближе, углубил поцелуй. Высокий, зараза. Но мой план по немедленному соблазнению с треском провалился. — Еще рано, потерпи, — а затем последовал легкий поцелуй в нос. Я нахмурился. Еще немного, и прольется чья-то кровь. Меня схватили за руку, сжимая озябшие пальцы в теплой ладони, и потащили за собой. Мы давно уже покинули пределы города и теперь шагали в неизвестном мне направлении. Со стороны, наверное, два шагающих рядом парня в черном и белом смокингах посреди какого-то поля смотрелись крайне нелепо. Хорошо, что замечать эту убойную картину было некому — нормальные люди в это время спят. — Куда ты меня тащишь? — в который раз попытался выяснить я. И в который раз ответом мне послужило короткое и загадочное: «Сюрприз». Глухо зарычав, продолжил упрямо шагать по грунтовой дороге. Про чистоту туфель давно уже можно было забыть, не говоря уж о настрое на «большее». Сейчас хотелось прийти хоть куда-нибудь, упасть на кровать и просто заснуть. Через полчаса послышалось немного хриплое: «Почти пришли». Что ж, я искренне надеюсь, что этот «сюрприз» будет стоить того, что я потратил на дорогу к нему всю ночь. Зная больную фантазию Йегера, это вполне могло оказаться чем-то вполне обычным, но заслуживающим, с его точки зрения, внимания, что он непременно стремился продемонстрировать мне. Как ребенок, честное слово. Хоть я его порой и не понимал, но его взгляд на мир казался удивительным, а он сам превращался в прекрасное волшебное создание из этого самого мира. До сих пор не понимаю, почему мы вместе, а теперь еще и женаты. Я его полная противоположность, темная сторона, если угодно. По всем законам жанра мы не можем быть вместе, но смотрите-ка, все прекрасно. Магия, не иначе. Еще через пятнадцать минут Эрен потребовал, чтобы я завязал глаза ловко выуженной из кармана штанов лентой. На мои возмущения он не обращал никакого внимания, непреклонно требуя исполнения своего условия. Он — моя слабость, а потому я вскоре сдался, будучи не в силах долго противостоять. Идти, когда ничего не видишь, было проблемно, но не слишком, куда проблемней было шагать быстрее, ведь у Эрена то шаги широкие, потому как ноги длинные отрастил, а во мне роста не хватит сразу на такие расстояния шагать. Сбавить скорость этот дурак не подумал, а потому практически тащил меня за плечи вперед. Внезапная остановка стала спасением, ведь еще чуть-чуть, и я бы поздоровался с сырой землей. — Сюрприз, — сказал Эрен, стягивая ленту с моих глаз. Я застыл в ступоре, не зная, как реагировать. Зато теперь ясно, почему дорога была такой жуткой. Меня обняли со спины и притянули ближе к себе. Теперь мы вдвоем любовались на небольшой двухэтажный деревянный домик с верандой, на которой находилась большая качель. Панорамные окна выходили прямо на сверкающую воду лесного озера. Деревья вокруг служили надежным щитом от чужих глаз, скрывая этот маленький рай от всего мира. — Эрен… — Это тот дом, который мы с тобой проектировали. Там все сделано в точности с нашими задумками. Прости, что не сказал, я просто подумал, что это станет отличным местом, где мы могли бы встретить вместе старость, проживя долгую и счастливую жизнь, в которой у нас будет возможность любить друг друга и ценить каждую минуту, проведенную рядом. Он как-то нервно улыбнулся, явно ожидая от меня реакции. Ну уж нет, так просто не отделаешься, дорогой. Око за око, как говорится… Я молча зашел в дом и принялся бродить по комнатам. И точно, все именно так, как мы проектировали: уютные комнаты в пастельных тонах, минимум мебели и максимум пространства, которое, впрочем, абсолютно не создавало угнетающее ощущение пустоты. Все было идеально. Но я же буду не я, если не поддену этого засранца. Эрен следовал за мной тенью, просто молча топая сзади и не издавая ни звука. Он был растерян и немного озадачен. Я это хорошо знал, ведь за время нашего знакомства не раз повидал это выражение на красивом скуластом лице. Когда смотреть уже было нечего, я снова вышел на веранду, дождался пока он подойдет и, соорудив на лице самую скорбную мину из всех доступных моей мимике, обернулся к нему. В зеленых глазах при виде моего выражения лица застыло разочарование и ожидание худшего. Не удивительно, я прекрасно знаю, как выгляжу со стороны, и как выражение моих эмоций влияет на других людей. Я резко приблизился к нему и, грубо дернув за края пиджака, заставил его наклониться так, чтобы наши лица находились друг напротив друга. — Эрен Йегер, ты — самый невыносимый и странный человек за всю историю человечества. Мать твою, не удивлюсь, если ты окажешься не отсюда, но, черт возьми, как же я тебя люблю, — и, не дав ему опомниться и что-либо вякнуть, испортив момент, поцеловал, вкладывая в поцелуй всю свою любовь и восхищение этим необычайным человеком, который теперь принадлежит мне, а я принадлежу ему. И в этот момент ничего не имело большего значения, чем это. Разорвав поцелуй, я обнял его, уткнувшись носом в изгиб шеи и вдыхая полной грудью такой знакомый запах. — Уверен, что готов провести здесь всю жизнь с таким засранцем, как ты. Послышался смешок, за которым последовал поцелуй в макушку. — Леви, ты — самое удивительное, что я когда-либо встречал в этой жизни. И меня крепко сжали в объятиях, желая, видимо, никогда больше не отдавать обратно миру. Что ж, впервые я не против. А после мы встречали рассвет, уютно устроившись под пледом в объятиях друг друга на огромной качели. Это утро было наполнено ласковыми касаниями и нежными поцелуями. Да, пусть это совершенно не то, чего я ожидал от первой брачной ночи, но не скажу, что о чем-либо жалею. В конце концов, какие наши годы, всегда сможем наверстать. А пока упиваться таким желанным и родным теплом — все, что нам надо в данный момент.