Когда иногда...

      На улице шел дождь, не сказать что сильный, но выходить, а уж тем более гулять, было бы абсурдом. Чашка зашёл в комнату, и половицы под ним скрипнули. - Хей, демонюга, что делаешь? - Кап толкнул Бренду в плечо, аккуратно целуя ту в макушку и навис над девушкой, которая детально выписывала что-то в дневнике. - Да вот, решила написать, как люблю тебя.- обернулась она, лучезарно улыбаясь.       На листе и правда было письмо от нее ему. Чашка чуть покраснел, улыбнулся и обнял демона за плечи. - Иди спи, тебе завтра вставать рано... - Нам обоим! - возразила демоница, но все же встав с кресла, согласно выдохнула и пошла к кровати. - Погоди... - окликнул её чашка. - Ну что ещё? - Я тоже люблю тебя.- он стиснул её в объятьях так сильно, что той перекрыло дыхание.- Будь осторожна завтра... - тихим шёпотом, уткнувшись в макушку, проговорил он, вдыхая ее запах и успокаиваясь.       Хватка ослабла, и демон выбралась из цепких лап парня.       На лице сияла широкая улыбка, а глаза блестели от счастья. Кап аккуратно свернул ее письмо и положил в карман рубашки, ему было не по себе. - Да всё со мной будет хорошо! - она ударила кулаком в плечо чашки и ещё шире улыбнулась, скрывая, что глубоко в сердце её пробирал дикий холод и страх.

***

      Капхед разлепил глаза и потянулся на кресле. Как давно ему не снился этот сон.       Жизнь без неё была пустой и серой. Видимо, мозг так пытался вылечить от депрессии своего хозяина, но что-то не очень помогало. Последнее время он плохо спал, и на сны, видимо, энергии просто не оставалось.       Кружка повернул голову в сторону и наткнулся взглядом на троих, мирно сопящих, обитателей отеля. Маг, развалившись на диване, почти храпел, Борис валялся на полу, а маленькая рыжая лисичка лежала сверху, свернувшись в клубок. Идиллия... Если не считать того, что Бренда так и не вернулась. Кап устало засунул затекшую руку в карман и выудил оттуда телефон.       Экран дисплея ярко засветился в темноте и болью резанул глаза. Кап прищурился и наконец смог разглядеть содержимое.       Что он увидел было не понять, но медленно встав с места и не издавая ни звука, он вышел в коридор. Ближе к лестнице на второй этаж чашка пошёл быстрым шагом. Поднимался в номер он уже бегом. И распахнув дверь номера, почему-то Бренды, недовольно прошипел нечто невнятное, с яростью захлопнул ее и убежал в неизвестном направлении.

***

      Метель была страшная. В лицо дул колючий ветер в перемешку со снегом и будто наждаком шлифовал отмороженные щеки и лоб.       Бренда усиленно куталась в свой объемный черный шарф и упорно шагала через сугробы. Уже недалеко, ещё чуть-чуть...       Ноги подкашивались, но она шла, ей нужно было дойти.       И вот на горизонте появилось чёрное пятно. Пещера... Она дошла... Не помня себя, она улыбается и облегчённо вздыхает. Дошла...       В пещере сухо и холодно. В такие морозы вообще мало что может быть жидким. Она заходит в один из проемов и уже в сотый раз сверяется с картой. Да, это точно здесь. Эта гора, эта пещера, это место... То место, где умерла ее мать. Но что отец хотел сказать этим? Зачем спрятал карту? Почему пропал? Почему даже не рассказал как эту самую карту активировать и вообще прочесть? Куча вопросов...       Бренда устало опустилась у одного из ледяных сталагнатов, сросшихся по видимому не так давно, и опять раскрыла карту. Черные линии, жирная красная звезда в горе. Но больше она ничего не показывает. Да, демон на месте, но что тут необходимо найти? Может отец что-то спрятал?       И тут до нее доходит. Точно! Возможно... Все возможно! Карта просто обязана изменится опять! Что-то точно изменится!       Трясущимися руками она переворачивает рюкзак в поисках хотя бы одного огарка и спички. Кофты разлетаются по ледяному полу, шумно гремит котелок. Зачем всё это, если важно, так важно, чтобы свеча была здесь. А о ней то она и не подумала! И где-то на дне, после всех вещей, что она вытащила, лежит маленький, всего сантиметра два, огарок, в котором по счастью были натыканы спички. Возможно, они были так защищены от воды, но это сейчас не важно. Быстро и с облегчением Бренда вызволяет одну из спичек и чиркает ей о топор. Как это у неё получается, она и сама не знает, видимо чудо, что спичка не сломалась. Пламя горит ровно, и огарок загорается следом. Ветра в пещере нет и за свечку не страшно. Она ставит ее на пол и раскрывает карту. В просвете пламени чернила и вправду оживают и все до одной капли впитываются в руки девушки, как будто она сама состояла из чернил. За этим всем со страхом в глазах наблюдает Бренда и запоздало вспоминает, как мама болела и от чего умерла... Руки трясутся, но Бренда терпит и упорно отгоняет страшные мысли, с ней такого точно не случится.       Тем временем на карте появляется новый рисунок, и чернила вновь повторяют контуры, на этот раз, тоннелей в пещере и так же застывают, больше не шевелясь.       Красная точка отмечена в этот раз чуть левее и Бренда уходит в один из тоннелей, надеясь, что не заблудится.

***

      В отеле тепло и хорошо. В отличие от улицы. Снег метет по страшному, белые маленькие хлопья врезаются словно маленькие копья, во всё мягкое и не мягкое, что встречается на пути. Однако метель не может пробиться ни в одну щелку в здании, а может просто не хочет. Только за окнами протяжно воет так, как верный пёс скулит по хозяину.       Маг, развалившись на диване в не очень удобной позе, постепенно сползает со своего спального места и когда, наконец, падает, даже не просыпается, просто морщится от боли и дальше храпит. Тем не менее, поза становится ещё неудобнее, и его организм, хочет не хочет, будит Мага. Тот недовольно разлепил глаза, и в конец перевалился на пол. Шея затекла, ноги и руки ломит. Как он спал, для него загадка, но точно не в мягкой приятной постели под одеялом. Вставая и немного пошатываясь, он выползает в коридор. Надо идти спать...

***

      Инис рыжим пятнышком бегала по номерам. Это была её работа. Подчистить тут, подмести тут, прибрать тут, номер проветрить. Иногда казалось, будто она обычная горничная, но это было далеко не так. Просто персонала не хватало, как и денег, и на должности хостеса, она получала меньшую сумму нежели на всех должностях разом. Младшая сестра тоже работала, но Инис просто не позволяла ей так нагружаться. Её маленькая Лили, как думала сама Инис, была слишком маленькой. И старшая лисица носилась по отелю, завершая работу.       Пробежав по просторному этажу, она завернула в гостиную и осталась весьма недовольной. Её маленькая Лили бессовестно сопела на своем парне. Нет, парень-то хороший, но простудятся же!       Растолкав этих двоих, она отправила обоих по комнатам, те неразборчиво ворча и сонно позевывая, выползли в обнимку из гостиной, а Инис принялась за ночную уборку. Тихо и быстро можно было прибрать только ночью, а потому Инис редко высыпалась. Хотя в этом и не было особой нужды, от природы ей и не нужно было много спать, повезло...       Закончив здесь, Инис побежала в следующую комнату, где требовалась уборка. И бежала бы она бесшумно до самой конечной точки, но завернув за угол, больно споткнулась о какой-то предмет и рухнула на пол, гремя всем, что было в руках. Хвост лисицы резко распушился, и она вскочила с пола, разворачиваясь и шипя на то, обо что споткнулась.       Вернее об кого...       Рыжие уши на голове чуть поникли, а на лице застыло удивление. - Фарфоровый?... - буквально с открытым ртом Инис ошарашено смотрела на кружку.       Маг даже не проснулся. Лишь точь в точь как брат всхрапнул и повернулся на другой бок, показывая свое лицо Инис. Глаза были закрыты, синий нос чуть покраснел от холода, спать, на полу, знаете ли, не очень-то приятно. И кто знает, как он тут вырубился, но ведь спит.       Инис отошла от шока быстро, в принципе ведь заселяли их, просто не в её смену. И собрав разбросанные предметы в рюкзак за плечами, подошла ближе к кружке.       В глаза бросалась не только красивая мордашка, но и весьма мощное телосложение. В отличие от Капа, Магмена природа одарила мускулами, а не ростом, от чего Маг комплексовал, но откуда это знать Инис. Для нее это был просто крепкий парень чуть выше их с сестрой.       Но ведь не оставишь этого тут спать. И будить его теперь не особо хотелось, она вообще плохо переносила этих голубокровных. Потому за руки она попыталась, хоть немного, протащить его по полу до номера, тем более, что номер-то был недалеко, но этот громила был такой тяжёлый, что не сдвинулся ни на миллиметр, зато начал храпеть.       Нервно топая ногой, она пыталась ещё хоть что-то придумать и вскоре умчалась в сторону ресепшена, вероятно, придумав как быть.       Но вернувшись, парня на месте уже не было. В задумчивости она свернула простыню, с помощью которой планировала дотащить того до номера, и прошла пару шагов вперед. - Ну и где он? - время было ещё предостаточно, тем более, что осталось убрать только один, освободившийся сегодня, номер, но блин, этот лунатик же не мог так просто проснуться и уйти... Что-то он хорошо храпел для пробуждающегося.       Инис прошла ещё немного и заметила открытую дверь номера. Подбежав ближе, можно было понять что в номере никого... Вообще никого... Свет вырублен, кровати застелены, но она точно помнит, что десятый был жилой, тем более, что в одиннадцатом жили ее начальники, одного из которых она недавно выпихала спать вместе с сестрой. - Может Борис перепутал дверь спросонья? - сказала сама себе под нос лиса и вошла в номер.       На улице дул сильный ветер, и окна немного трещали. Жутковато... Но электроэнергию тратить жалко, отбой уже был и в каредорах горел запасной тусклый свет. Пройдя ближе к центру комнаты и удостоверившись, что в номере волка сестры точно нет, она упала мордочкой в кровать поблизости и устало вздохнула.       Всё-таки она устала... Весь день на ногах, надо хоть отдохнуть часок другой.       Она переворачивается на спину и смотрит в потолок, а красивый номер. С верху всё расписано узорчатым рисунком какого-то мифического существа, тяжёлые дубовые шкафы, две кровати. Две огромных кровати... И большой черный силуэт того лунатика...       Лунатика...       Падающего...       Магмен так устал, что даже не заметил рыжую на своей кровати, он просто упал и уснул, загребая в объятия, что первым попалось под руку, а одеяло это или лиса, было плевать.       А вот лисе нет.       Проходит пара секунд и, как щелчком, она вся распушается, краснеет, но не кричит. Только лихорадочно вздыхает и не моргает. Слишком близко... Парень... Да бог с парнем! Любого другого она ещё перетерпит. Но этого вытерпеть выше ее сил. - Ммм... - трётся сонный парень об её шею, а у лисы прошла вторая волна мурашек.- Поспи сегодня со мной. - мямлит он и ещё больше прижимается к лисе.       Зрачки сужаются в маленькие щелочки, сердце останавливается, краснота щек видна даже через густой рыжий мех, последняя волна крупных мурашек. Шерсть дыбом.       И...       Обморок.

***

      Капхед бежал так быстро, как только мог, и если бы снег пытался ему помешать, был бы расплавлен в ту же секунду залпом плазмы. Но снег, словно разумное существо, опасливо огибал чашеголового, образуя завихрения позади него.       До демонюги было совсем недалеко, так недалеко, что он уже ощущал ее запах, запах который было сложно с чем-то спутать... Шутка ли, но кто ещё мог пахнуть таким смешением терпкого ореха и сладковатого аромата. И так сильно, что даже спустя столько лет, он все так же помнил, как впервые увидел эти глаза и уловил столь странный, но родной запах.       Почему родной? Кто знает... Просто она казалась такой близкой, что он без раздумья отдал бы всё, что имел. Так бывает, он считал что каждый на островах имел пару. Того самого, что был предназначен тебе судьбой. И чашка нашел её, они были счастливы, правда.       Но вместо "долго и счастливо" вышло совершенно другое...       Перед глазами всплыл тот день... Зря... Зря он его вспомнил... С тех пор он ненавидел красный... Свой любимый цвет. Алый... Словно кровь...       Через вьюгу наконец появилась пещера. Черная дыра безразлично засасывала непослушные снежинки, проглатывая в свою бархатную темноту и не давая вырваться из цепких лап. И так же безразлично проглотила Капа.       Чашка вбежал, но даже не стал останавливаться. Яркий экран дисплея светлым пятнышком перебегал по темноте пещеры. Он бежал... И знал куда бежать...       На очередном повороте появился силуэт Бренды. Ей было плохо... Стояла, и ее буквально трясло, в руках Бренда держала большой сверток, и трясущимися руками немного сжимала его. По щекам и изо рта лились черные дорожки. А глаза... Пустые и серые... Так широко раскрытые, что становилось страшно... Зрачков не было. Была улыбка... Улыбка безумца, что потерял всё в один момент...       Шаг назад и силуэт пропадает.       А Кап прыгает в пропасть следом...