***
«Хочу быть похожим на отца» Эта, совершенно не к месту, промелькнувшая в мозгу мысль отвлекла от созерцания глубокого декольте на трикотажной кофточке. Маленькая блестящая бусинка, на цепочке, уютно устроилась в ложбинке пышной груди Маруськи и кокетливо поблескивала… Ну как пышной? Всё девчачье богатство было липовым и об этом знала добрая половина бара, но смотреть и думать о своем этот факт не мешал. Маруська же стандартно вешалась на шею пришедшим выпить клиентам, выразительно хлопала пушистыми ресницами, томно вздыхала облизывая или прикусывая губки. В общем выполняла свою работу. На моих коленях. А я всё никак не мог понять, каким именно маршрутом проходила группа Дрозда. Все те сведения, что удалось собрать за последние две недели, указывают на определенную местность, однако не дают точной области для поиска. Если бы такой большой, радиус находился в более безопасных «широтах» Зоны, то я, давным-давно, не ворочил бы нос, а рванул туда, прочесывать окрестности. Впрочем, есть вероятность того, что другие группы уже нашли место гибели ученых… Или любой случайный сталкер мог туда забрести и, не долго думая, прихватить с собой тестируемое оборудование. Как сказал мой заказчик, не догадаться что замысловатый аппарат принадлежит исследовательскому институту — невозможно, кейс в котором хранится изобретение, имеет множество отличительных знаков, которые, так или иначе, натолкнут на нужную мысль. «Другое дело, захотят ли возвращать безделушку или продадут по более круглой цене?» — Грач, ты доедать будешь? — вновь меня отвлекли от собственных дум и созерцания прекрасного. Сидящий напротив щуплый парнишка тянул кривые ручки к моей тарелке. Отросшие, взлохмаченные, грязные пряди спадали ему на широкий лоб, да отчасти лезли в огромные карие глаза. Со своей порцией он похоже давно справился, а я — нет. — Зачем добру пропадать, давай заберу. И потрепанная временем тарелка заскользила на противоположный край стола. — Куда? — Перехватывая свою жрачку, я не рассчитал силу и дернул слишком сильно. Итог: сочное жаренное мясо улетело частично на стол, частично на пол. Осталось одно пюре, и то немного размазалось по злощастной тарелке… Отмычка растерянно захлопал глазами побледнев. Я только хотел открыть рот и поставить пацана на место парой ласковых, как тоненькие пальчики Маруськи ухватили за подбородок и развернули к её смазливому личику. В зеленных глазках таились искринки, а пухлые губки растянулись в лукавой улыбке. — Сашенька, — начала она елейным голоском, — Не злись на мальчика, — при слове «мальчик» отмычка обиженно фыркнул, сдувая прядь с лица, — Он купит новую порцию, — Маруська же отпустила мой подбородок, взяла за запястье и красноречиво направила мою руку на внутреннюю часть бедра, под коротенькую юбочку, — но позже… Приятно водить пальцами по нежной и горячей коже девушки, еще приятнее задевать трусики и ощущать легкую влагу. Однако там стало мокровато не из-за вожделения, а из-за того что Маруська елозила на моих коленях в попытке раздраконить и себя, и меня. Что у неё, собственно, и получилось. — К тому же, — девушка перешла на шепот, — я слышала, что у тебя сегодня день рождения и хотела бы сделать небольшой подарок, — на последних словах она правдиво изобразила стеснение, опустив взгляд. Я лишь хмыкнул. Такой толстый намек… Впрочем, сейчас до прихода Берёзы делать нечего, а он явится не раньше чем через полутора часа. С отмычкой предстоящий маршрут никак не обсудишь: — Веди к подарку. Маруська довольно улыбнулась, и выскользнув из моих рук, повела в сторону лестницы. Края коротенькой юбки качались от каждого её шага «от бедра» и привлекали внимание многих глаз. Длинные ноги, тонкая талия, фигура «песочные часы», объемная грудь и выразительный взгляд — при этой девчонке были все параметры, кроме одного — мозгов. Выражение «Ум — есть, а разума — нет» как раз про неё. Как я не намекал, что пора заняться дальнейшим саморазвитием, так она все мимо ушей и пропускала — по большей части развивая диапазон клиентской базы. Как бы то ни было — это её выбор. Сейчас же она выполняет свою работу, а я предвкушаю плоды её трудов. Поднявшись на второй этаж, Маруська завела меня в одну из многих номерных дверей. Захлопнув её она обернулась: — Ты располагайся, я сейчас кое-что принесу. — и с этими словами убежала в соседнюю комнату, хлопнув дверью. «Зачем? Всё-равно через минуту увижу её новое бельишко…» Я развернулся к двухместной кровати и принялся стягивать с себя одежду, но не прошло тех минут как вновь раздался скрип двери в смежную комнату. — А ты быстро… — обернувшись я так и не договорил. Вместо Маруськи перед мной стоял человек в джинсах, толстовке, балаклаве, да держал в руках пистолет с глушителем. Не успел я поднять руки вверх, как прицел был направлен точно в грудь. Доли секунд. Вспышка. Хлопок. Запах пороха. Забавно то, что я не почувствовал боли — только сердце кольнуло и в груди появился дискомфорт. Ощуал как начинает течь кровь. Не больше. На звук выстрела из смежной комнаты выглянула Маруська. На её милом личике застыла холодная маска ужаса. Похоже впервые видит убийство человека. Чувствую как на лице расползается кривая ухмылка — узнал стрелка по глазам. «Берёза.» Он похоже понял о догадке и лишь кивнул в ответ, подтверждая все мои мысли. Когда глаза заволокло темнотой, а я завалился на кровать, то услышал второй выстрел. «Хочу жить…» — мелькнула последняя мысль.***