Энигма на троих

      — Привет, ты где? А Бим рядом? Тогда я к вам. Мне нужно с вами поговорить.       Получив согласие и сбросив вызов, Фа направился на пятый этаж, в комнату Кита. Раздумывая над тем, как рассказать друзьям о своих переживаниях, он даже не заметил того, что оказался на восьмом этаже. Проматерившись, спустился и зашёл в нужную комнату, где его уже ждали парни.       — Привет.       — Привет, Фа, о чем хотел поговорить?       — Что-то случилось? — Бим выглядел обеспокоенным.       Фа, посмотрев на друзей, которые, скорей всего, после признания не захотят его видеть, направился в сторону широкого окна. Он предполагал, что ребята — противники «таких» отношений, но надеялся, что его все-таки поймут.       — Ребят, вы же всегда меня поддержите, во что бы я ни вляпался? — Взгляд парня был устремлен в сторону открывавшегося из окна вида.       — Конечно, не стоило даже спрашивать, — Кит плюхнулся в кресло, готовый слушать.       — Мы всегда будем на твоей стороне. Рассказывай, что произошло.       — Кажись, я влюбился, — начинать стоило с малого.       — Влюбился? — Бим выдохнул, схватившись «за сердце». — А я было уж подумал, что ты кого-то убил, и нам придется тебя скрывать ото всех.       — Бим, ты что, ради меня готов соврать правоохранительным органам?       — И не только, я бы всю вину взял на себя, если бы ты или Кит попросили об этом.       — Спасибо, но не настолько все серьёзно.       — А в чем проблема? Боишься признаться?       — Не то чтобы боюсь, просто… речь о парне, — наконец повернувшись, Фа постарался выглядеть максимально уверенным.       — Ты сейчас про Йо говоришь? — Рассматривая собственные пальцы, как бы невзначай поинтересовался Кит.       — Да, а ты откуда знаешь?       — Да мы уже давно заметили, как вы смотрите на друг друга, тут только слепой не заметит. Можешь смело признаться ему, у вас точно все взаимно.       — И вы не будете против? Это же не девушка. А вы, вроде как, против таких отношений?       — Почему вдруг мы должны быть против? — Негодование Бима даже немного смешило. — Это твой выбор. Мне без разницы, с кем будешь встречаться. Ты все равно останешься моим другом.       — Мне тоже не важно, парень это или девушка. Если я сам не собираюсь встречаться с Мингом и все время отказываю ему, это не значит, что я тебя не поддержу.       Фа внутренне расслабился, понимая, каким дураком был и сколько времени попусту переживал. Все оказалось намного проще, чем он думал. Еще бы, с такими-то друзьями.       — Спасибо вам. Я так боялся обо всем рассказать. Думал, что вы не поймете меня.       — Мы всегда будем с тобой, что бы ни случилось. А теперь лучше иди-ка поищи малыша Йо и признайся ему в своих чувствах. Он будет счастлив.       — Это точно, — секундная улыбка на лице Кита сменилась задумчивым выражением. — Только вот давно я его не видел. Обычно Йо ходил с Мингом, но в последнее время тот всегда был один. Даже на репетиции его не заметил.       — Странно это, может, заболел? — Под натиском учебы Бим даже не успевал замечать, кто куда с кем ходит, оттого сам пытался вспомнить, когда в последний раз видел Йо. — Но тебе точно надо найти его и признаться. Нечего тут сидеть и беспокоиться.       — Да знаю я, он уже признался мне.       — Да? Когда успел? — Неожиданный новый поворот.       — Чуть больше недели назад.       — Так вы теперь вместе? Или мне стоит вернуться к началу разговора? — Киту казалось, словно Фа начал свой рассказ с конца, а теперь двигался к началу.       — К сожалению, нет. В тот день я не был уверен в своих чувствах или, может, струсил. И в ответ на его признание лишь нагрубил.       — Извинись перед ним, сделай что-нибудь приятное. Он точно тебя поймет и простит, — как и ожидалось от Бима.       — Или ты уже извинился?       — Не смог. Он забрал документы из университета, — похоже, именно с этого стоило начинать. — Телефон недоступен, скорей всего, просто сменил номер. В социальных сетях он вообще не зарегистрирован. Я знать не знаю, где он теперь. — Фа вскинул руками, готовый прямо сейчас рвануть и исправить свои ошибки. — Я ходил к Мингу, чтобы узнать, из-за чего Йо уехал, но тот только и сказал: «Он забрал документы и не появится в университете. Больше от меня ничего не услышишь. Ты ранил моего друга очень сильно и поздно одумался». После этого он не стал со мной разговаривать.       — Что же такого ты наговорил малышу Йо?       — Я сказал, что между парнями не может быть отношений. Чтобы он больше не появлялся у меня на глазах, а если случайно встретимся, сделал вид, что мы не знакомы. Да еще много чего в этом роде.       — Фа, ты идиот, — снова как и ожидалось от Бима.       — Знаю я. Что мне теперь делать?       — Ты какого фига ему такое наговорил, а?       — Не знаю, я, скорей всего, просто испугался, — сидевшее внутри отчаяние поперло наружу.       — Не пойму. Мог хотя бы повежливее отказать. Чего ты так испугался-то?       — Брата.       — А? Он что, против?       — Он же, вроде, сам предпочитает парней, — как можно более деликатно предположил Бим, подсаживаясь ближе к другу.       — Нет, конечно, не против, но ведь вы знаете, что может случиться с теми, кто близок со мной. Вы-то можете постоять за себя, а Йо точно нет. К тому же, если бы я начал встречаться с парнем, это могли использовать против брата.       — Но ведь здесь никто не знает, что ты его братишка. Мы специально переехали сюда из нашего городка. Мы тут уже столько времени живем, учимся, и все спокойно. Не стоило об этом так переживать, — потрепав Фа по плечу, Бим постарался быть максимально мягким, но при этом не пытался оправдать ошибку друга.       — Ну, или, по крайней мере, мог бы ему рассказать все как есть, а не грубить.       — Так надо было, брат просил до конца учебного года быть осторожным, — из одного вытекало другое, приводившее друзей в шок. — У него какая-то крупная сделка. А пару дней назад он позвонил, сказал, что все прошло хорошо. Хорошо только для нашей семьи, а вот у его любовника сына избили. Пару дней лежал без сознания в больнице, а позавчера его забрали домой, так как дома безопасней.       — Ужас.       — Ага, еще какой. Кстати, его любовник живет в этом городе, поэтому брат здесь. Они ищут виновных в избиении парнишки, но никак не могут найти.       — А тебе ничего не угрожает? — Кит с трудом понимал, насколько все серьезно, но его это очень волновало.       — Нет, так как вряд ли те уроды опять решат напасть на кого-то. Да и брат сказал, что после этой сделки можно даже не скрывать, что мы родственники. И родители смогут приехать обратно из Америки.       — Это здорово, ты так давно их не видел.       — Это, конечно, хорошие новости, но что твой брат сказал насчет Йо? Ты ведь ему рассказал, да?       — Сказал, что я идиот, который должен пойти, извиниться и все объяснить. Он, конечно, советовал быть аккуратным, но не настолько, чтобы разбивать в пух и прах чувства признавшегося мне человека.       — Так и думал.       — Что теперь собираешься делать? — Вновь облокотившись на спинку кресла, спросил Кит.       — Не знаю, я ходил на днях к нему домой, но никто мне не открыл. Соседи сказали, что дом полгода назад купили, но редко там кто-то бывает.       — Ты уверен?       — Да. Зачем ему это? Может, какие-то проблемы? Не знаю, что и думать.       — Пока не думай об этом. Главное сперва найти его. Брата тревожить ты не собираешься, да?       — У него своих проблем хватает.       — Тогда нам нужно…       Продолжить разговор помешал деликатный стук в дверь. На предложение Кита войти никто не отозвался. Ему пришлось подняться с насиженного местечка и идти открывать. За дверью оказался младшекурсница, стройная девушка, одетая в светлое платье, дрожавшая, словно лист на ветру.       — Здравствуйте, Пи’Кит, — ее голосок полностью соответствовал внешности.       — Привет.       — Меня зовут Мэй. Не могли бы Вы помочь мне?       — С чем же? — Парень прислонился к косяку двери, приготовившись слушать очередную любовную тираду, адресованную одному из его друзей.       — Передать это письмо Пи’Фа, — как и ожидалось от милашки.       — Почему же ты его сама не передашь? Если решила признаться в своих чувствах, лучше это сделать самой.       — Пи’Кит, это не любовное письмо, — голосок Мэй вдруг стал серьезным, а ее губки приобрели форму бантика. — Оно пришло на почту общежития. Меня просто попросили отнести его, но Пи’Фа не было в комнате.       — А-а-а, если так, то, конечно, передам.       — Спасибо Вам. До свидания, — она быстро поклонилась и развернулась, чтобы уйти.       — Пока.       Парень проследил за тем, как Мэй скрылась за поворотом коридора, оставив за собой легкий шлейф духов. Закрыв за девушкой дверь, Кит пошел в комнату к друзьям.       — Кто там?       — Да письмо принесли для Фа.       — И кто это в наше время пишет тебе письма? — Бим явно не собирался удерживать себя от подколов.       — Не знаю, это точно мне?       — Да, вот, держи.       Протянутый Китом конверт оказался в руках у Фа. Раскрыв его, парень обнаружил в нем свои фотографии и письмо. Вытащив лист, он принялся читать.       «Пожалуйста, прочти мое письмо до конца, а потом можешь его порвать, выбросить, сжечь. Я не решился отдать его сам, так как ты запретил мне появляться перед тобой. Поэтому я отправил его почтой.       Ты даже не представляешь, как трудно мне дается это письмо. Но я не хочу, чтобы ты винил себя за то, что я ушел из университета. Твоей вины тут нет. Так сложились семейные обстоятельства.       Прости, я не имел право влюбляться в тебя, но не смог противостоять нахлынувшим чувствам. Я влюбился в тебя, Пи’Фа, при нашей второй встрече, нет, скорей всего, даже при первой. Я осознал, что влюблен в тебя, влюблен в твою улыбку, в твои красивые глаза, в тебя такого, какой ты есть.       От понимания становилось одновременно хорошо и страшно за чувства к парню. В те минуты, когда я видел тебя, меня переполняли счастье, радость, тепло, давая крохотную надежду на что-то большее. Я никогда никогда ни к кому не испытывал таких чувств, как к тебе. Конечно, я пытался не обращать внимания на эти чувства, закрыть на все глаза, но понял, что закрывать глаза можно на то, что видишь, но не на то, что чувствуешь.       После твоего отказа я начал спрашивать себя, почему так, почему я не мог влюбиться в девушку, почему не могу быть с любимым, за что мне все это, зачем все проблемы свалилась на меня именно в этот момент? Я ведь впервые полюбил всем сердцем и впервые решился на признание, но получил отказ. Конечно, я не сильно-то и надеялся на взаимность. Но думал, что мне станет легче после признания и я смогу просто быть другом. А после всех слов, которые услышал от тебя, я начал думать, что совершил ошибку. Что мы могли бы быть все еще друзьями, если бы не мое признание. Только сейчас я понял, что все, что делается, все к лучшему. Мне бы не хотелось, чтобы ты пострадал из-за меня. Я бы себе никогда этого не простил.       Спасибо за нашу дружбу. Я никогда не забуду все, что связано с тобой. Я ценю все мгновения и минуты, которые мы провели как друзья.       Ты идеален. Ты прекрасен. Твои губы, твои глаза, твое лицо, твой смех… Все это живет не только в этих фотографиях, но и в моем сердце. Я люблю тебя! И мои чувства никогда не изменятся. Хоть и понимаю, что мы оба парни. И, выполняя твою просьбу, больше никогда не появлюсь перед тобой, только потому, что не хочу, чтобы ты пострадал. Прощай. Вайо»       После прочтения Фа положил письмо рядом с собой и, погруженный в мысли, стал рассматривать каждую фотографию. Казалось, прошло всего несколько дней, но событий и чувств, свалившихся на голову, было слишком много.       — Кто тебе его написал? — Поинтересовался Кит.       — Йо.       — Правда? Можно нам прочесть?       — Да.       На пару минут в комнате повисла тишина. Ребята читали письмо, каждый для себя улавливая что-то особенное, а Фа все так же рассматривал снимки, вспоминая, где и когда они могли быть сделаны. Информация каждым из трех присутствовавших в комнате воспринималась по-разному.       — Ребят, я так виноват перед ним, смогу ли я его найти?       — Мы обязаны найти его, а то мне как-то не по себе от этого письма. У него точно какие-то проблемы. Вдруг что-то случится с ним.       — Эй, Бим! Следи за словами. Он сейчас, — произнес шепотом Кит, показывая на Фа, — такое надумает.       — Что же мне делать-то?!       — Так… вы же с Мингом общаетесь, да? — Настроив волну на Кита, Бим загорелся идеями.       — Да, а что? — А вот Киту это точно не пришлось по душе.       — Тогда ты идешь прям сейчас к нему за информацией, а мы — к ректору, узнаем причину ухода Йо с университета. Согласны?       — Почему именно я-то к нему? Может, ты, а?       — Потому что он бегает за тобой, а не за мной. Он же говорил, что ради тебя сделает все, что угодно.       — Кит, пожалуйста, мне нужно найти Йо, любым способом, я переживаю за него, — и Фа со своим жалобным взглядом туда же.       — Хорошо, хорошо. Должен будешь, — сложив пальцы «пистолетиком», Кит направил их на друга, готовый «выстрелить».       — Спасибо.       — Пошли, Фа, а ты давай, звони Мингу, пригласи вместе поужинать, он будет счастлив.       — Вот раскомандовался! Ладно, идите уже, — выпроводив друзей за дверь, Кит нехотя достал телефон из кармана и, погипнотизировав экран некоторое количество секунд, набрал номер Минга.       — Привет, Минг.       — Ого, КитКат, ты ли это? — Голос на том конце однозначно был радостным. — Сам мне звонишь, не думал, что дождусь.       — Я же просил не называть меня так, — а голос на этом — грубоватым.       — Прости, чего звонишь? Что-то случилось?       — Ничего не случилось, просто хотел спросить, не против ли ты поужинать со мной? — Киту казалось, что он силком выдавливал из себя каждую букву.       — Что? Ты приглашаешь меня на свидание?       — Это не свидание! Идешь или нет?       — Конечно, иду. Думаешь, я могу отказаться от свидания с тобой? — Казалось, Минг уже начал собираться.       — Да не свидание это! Ты сейчас где? В общежитии?       — Нет, но, думаю, через минут сорок, может, даже чуть раньше, буду уже там.       — Хорошо, через полчаса подъеду. Буду ждать в машине. Пока.       Не дав собеседнику ответить, Кит сбросил звонок, тут же услышав за дверью шорохи, которые могли принадлежать только двум личностям.       — Эй, ребята, вы знаете, что подслушивать нехорошо? — Открыв дверь, проговорил Кит, смотря на друзей, которые вмиг отступили на шаг, словно пойманные за преступлением, они ведь как пару минут назад должны были уйти.       — Мы же должны были удостовериться, что ты пригласишь его на свидание, — теперь была очередь Бима «стрелять» в друга из пальцев.       — Бим! Это не свидание, еще раз нечто подобное услышу и не буду вам помогать.       — Ладно, ладно, больше такого не повторится, прости. Все, мы ушли, счастливо.