Отпечатки прошлого, улики настоящего...

Первый декабрьский день, что характерно, носит гордое имя первого дня зимы. Дескать, еще вчера-позавчера была так, фигня какая-то, осень. И все равно, что с преждевременным снегом и заморозками. А сегодня - зима. Все! Бинго! Теперь можно спокойно оставить до весны в шкафу плащ или пуховичок и занять работой норковую или медвежью шубу. Когда еще ее носить, как не зимой? На то она и шуба, что очевидно. Но все-таки первому марта первый день зимы не помеха. Первый весенний день приносит в головы только теплые облегченные мысли. "Ну, слава тебе, Господи! Мы в кой-то веки пережили эту противную зиму! А теперь - весна! Нежно светящее солнышко, бегущие ручьи, пение соловья, чириканье воробьев, романтика-а-а-а...". А там и лето не за горой. Ничего, кроме счастья и позитива! Да. Но эти мысли приходят первого марта. А вот в первый день зимы, первое декабря, в голову забредают мысли совершенного противоположные. С одной стороны, конечно же, хорошо, что зима. Ведь снег, холод, романтика какая-никакая, "Мороз и Солнце - день чудесный!..", другие строки Александра Сегреевича, посвященные зиме и так далее, и тому подобное. А ведь через месяц - Новогодние праздники! Парады! Салюты! Салаты! Салюты из салатов! Веселье, подарки, неделя отпуска, забота со стороны родных и близких. Милая и спокойная атмосфера. Но с другой... Зима же, черт возьми! Глубокие, вязкие, словно болото, сугробы, колющий ветер, мороз, шпарящий лицо и заливающий его румянцем, отмороженные пальцы, алые от мороза щеки. И все ради чего? Чего мы ждем, собственно говоря? Правильно - первого дня марта. Первого дня весны. Но до нее же еще три месяца! Да и Господь Бог, видя негативное отношение большинства своих созданий к холодному и снежному времени года, решил облегчить им задачу - на радость дал всем Новый Год и Рождество, чтобы хоть как-то скрасить пасмурную и тоскливую атмосферу. И теперь-то не с кем не устроишь дискуссию и не докажешь, что хуже зимы, ледяного времени спячки природы, ничего и быть не может. Сам Христос зимой родился! Сецуна Мейо, молодая женщина лет тридцати с длинными изумрудными волосами длинной до колен и алыми, словно рубины, глазами, и не собиралась не с кем спорить на сей счет. Смысла нет. Хотя у нее могли быть на это и обоснования - сама-то она родилась осенью. Она просто проснулась в этот первый зимний день в своей трехкомнатной квартире и тут же по своим ощущениям, вернее, симптомам, сделала вывод: она заболела. Каковы же симптомы? В горле словно застрял ком. Колючий. Перекати-поле. Было такое ощущение, словно Сец вчера съела мешок гвоздей и запила свинцом. А в нос словно запихали черного перца, отчего он отек и покраснел. Виделось все в своем стандартном виденье не сразу в силу того, что алые, словно у вампира, глаза сильно слезились, как от лука. А голова, хоть и ей казалось, что набита ватой, но с трудом отрывалась от подушки. "Где ж я так?.." Сецуна дрожащей и слабой рукой дотянулась до телефона и посмотрела на мерцающий дисплей. "Опаньки! Двадцать минут одиннадцатого! Я уже давно как должна была встать... Были бы хоть какие-то силы... Сецуна, хватит канючить, как маленький ребенок! Возьми себя в руки и подними себя с кровати!" Семьи у нее пока не было. Возлюбленный, Кунсайт, поддерживал связь с Сецуной, но решения пожениться у них пока не было. В данный момент он гостил у своего друга в Англии. Кунсайт хотел пригласить и Сецуну, но та вежливо отказалась. "Дела, дела, дела..." Так что очнулась она в гордом одиночестве, в своей пустующей квартире. С чувством недомогания в организме и дикой тоской в душе. В этом пренеприятном самочувствии она поплелась в ванную. "Ничего-ничего. Авось от теплой воды станет полегче..." Однако, ей не легчало. И теплее ей не становилась, как только Сецуна не настраивала кран на горячую воду. Как раз наоборот, мерзла Мадам Мейо со страшной силой. А если прибавить ко всему еще некогда загорелый, а теперь какой-то лиловый оттенок кожи, то она сама себе напоминала сильно замороженную курицу, которая наверняка год пролежала в морозильнике и из которой, как бы не была профессиональна кухарка, ничего бы удобоваримого и вкусного не вышло. И этим дело не кончилось. Сецуна по градуснику поняла, что у нее температура. Причем самая что не наесть неприятная - тридцать восемь с копейками в комплекте с легким ознобом, который мог привести либо к выздоровлению, либо к осложнению положения. Последний вариант звучал более убедительнее. Завернувшись в махровый халат темно-синего цвета, женщина подошла к окну. Пейзаж за окном не впечатлял. Скорее наоборот, навевал тоску и уныние. Деревья стояли или голые, или покрытые белыми "шубами". От золотого великолепного ковра не осталось и следа еще в середине ноября. Белые горы снега, темные дороги с не застывшими лужами. Небо потеряло былую синеву и теперь сровнялось цветом со свинцом. Такая палитра навевала уныние и печаль. Есть ей не хотелось по настроению и в силу болящего горла. Засохший и твердый хлеб "а-ля багет", макароны, сосиски и говяжья отбивная аппетиту не прибавили. Скорее наоборот. Чайник, издав щелчок кнопки, оповестил о том, что вода доведена до кипения. Сецуна, достав из шкафчика пакетик чая, кинула его в чашку и залила кипятком. После двух чашек чая с лимоном, она поняла, что горлу легче не становится. - Скучно... Вяло дотянувшись до пульта, Сецуна включила телевизор. Речи о походе на работу и быть не могло. Обычно Мейо смотрела только новости и теперь с удивлением наблюдала за чередой передач для домохозяек, пенсионеров и садоводов-огородников. Сецуна даже на какое-то время забыла о своем паршивом самочувствие, тем более, что она наткнулась на передачу о здоровье. Какие-то жуткие тетки и старушки совали себе в нос всякие лечебные травы и чеснок, а аудитория внимательно следила за их реакцией и записывала это все в свои блокноты. Женщина переключила канал и наткнулась на какие-то бандитские хари, так грубо говорящих на тюремном сленге, что хоть слезы лей ручьем. На следующем канале шел сериал про доблестную и легендарную полицию. Но сериал мало чем отличался от "бандитских харь". Сецуне даже показалось, что играют одни и те же актеры. Телефонный звонок вывел ее из транса. Госпожа Мейо нажала на зеленую кнопку вызова и приложила трубку к горячей щеке и уху. - Алло?..