о розовощёких незнакомцах и спасении мира

Нужды в том, чтобы пинать и без того открытую дверь не было, но Чонгук не был бы Чонгуком, если бы делал что-то без особой страсти. На полу уборной с застывшими на глазах слезами лежал его сосед по креслу. Руки его были связаны, а рот обмотан импровизированным кляпом. Рядом с ним сидели двое мужчин в черных лыжных масках и удивленно хлопали длинными ресничками, переглядываясь в надежде найти ответы на встрявший в двери внезапный мускулистый вопрос. - Объяснитесь,- рявкнул Чон, стараясь выглядеть как можно увереннее, но дрожь в голосе выдавала его с потрохами. Неизвестные, кажется тоже опаздывали на рейс, поэтому не тратя свое драгоценное время на пустые разговоры, решили разом уложить Чонгука на лопатки. Сейчас, хотя мужчина об этом совсем не вспоминал, отбиваясь от агрессивных "лыжников", ему как-никогда пригодились годы проведенные в школьной сборной по хапкидо. Удары его были немного смазанными - затишье без тренировок давало о себе знать - но зато попадал он прямо в болевые точки. Когда ему все-таки удалось оглушить одного из нападающих, в комнате повисла тишина. Связанный сосед-мученик уже не плакал, а тихонько себе сидел в углу ожидая исхода событий и может совсем немного подмоги. Но все они понимали, что уборная слишком далеко, а в зале ожидания нет никого кто бы мог им помочь. Разве что ребенок одной из пассажиров, окажется каким-нибудь прикрытием для сверхмощного оружия. Чон этой дурацкой мысли только устало улыбнулся. Чимин подбежал к нему совсем не вовремя, то и дело докучая вопросами "В порядке ли он?" и "Может ли он чем-нибудь помочь?". "Хорошо ему", думал Чонгук, уворачиваясь от занесенного в его сторону удара ломом, "парит себе невидимый, указывает людям что делать, а на самом ни царапинки. Всем бы так жить!". Чимин на эту мысль насупился и отлетел в сторону одиноко сидящего в углу ни в чем неповинного подростка, который просто неудачно зашел в туалет. За секунду до того, как по его лицу могла пройтись увесистая железяка, мужчина ухватился за кисть соперника и крепко, до боли сжал её. Лом выпал из его рук и он громко застонал. Чон заломил обе его руки и связал скотчем, что валялся неподалеку. Охрана прибыла через двадцать минут. Несчастного парнишку развязали и он как на духу рассказал им о произошедшем. Нападавшие, по его словам оказались "поехавшими фанатиками" и намеревались перехватить следующий рейс. Юнги, так звали парня, просто вышел из уборной, когда услышал шум, потому что думал, что кому-то могла понадобиться его помощь. Его тоже хотели оглушить, но он много брыкался и когда он пнул одного из них в голень, тот выронил железяку. - А потом пришел он,- сказал Юнги головой указывая в сторону Чона,- Сумасшедший сукин сын,- Мин хохотнул в кулак, отсаживаясь назад от стола. Чону как и Мину пришлось пропустить свои рейсы, но сотрудники аэропорта и полицейского участка пообещали возместить нанесенный ущерб и даже поспособствовали начальству Чона, чтобы у того не возникло проблем с работой. Когда он измотанный и пропотевший, наконец-то вышел из допросной, то встретил взволнованного Чимина, который ждал его на креслах снаружи. - Ты мог бы посидеть там со мной,- слегка обиженно выговорился он, надевая пальто - Я услышал в твоих мыслях, что я мешаюсь, поэтому я вышел.-юноша потупил взгляд вниз, ковыряя носком обуви белоснежный пол. -Глупый, совсем еще ребенок,- выдохнул Чон, притягивая Чимина поближе к себе и зажимая в крепких объятиях. -Ты же помнишь, что я невидимый, да?- румянец плыл от его щек к ушам и Чонгук подумал, что ему отчего-то хочется их укусить.-Не кусай!-Чимин зарылся лицом в чонову водолазку прячась от непонятных ему мыслей и одновременно желая узнать, что Чон хочет сказать ему еще. А еще лучше в то самое ушко, его красивым твердым голосом. -Глупый, Мин,- прохрипели ему в чувствительную зону, губами задевая мочку и пуская табун мурашек, заставляя его выгибаться в спине и прижиматься сильнее.- Читаешь мои мысли, а к своим притронуться не даешь,- Чонгук коснулся руками его лица, заставляя смотреть глаза в глаза.- О чем ты думаешь, м, Чимин? Чимин чувствовал, что перестаёт дышать, грудную клетку словно чем-то прожигали и копоть скопившаяся там, от дыма его тлеющих легких, подступала комом к горлу и заставляла что-то несвязно хрипеть. -Спа-спасибо. Чонгук удивленно хлопал глазами пытаясь понять сказанное, а потом отпустил его и снова громко захохотал. -Ты чего?- жалобно завыл Чимин- Почему ты всё время надо мной смеёшься? Чонгук? Ну, Чонгук! Чон Чонгук? Чон Чонгук-щи! Ну пожалуйста! Но Чонгук на его просьбы лишь сильнее смеялся и хватался за живот. Проходивший мимо полицейский списал всё на запоздалый шок.