Подарок с характером

      Постепенно вечерело. Не зная, чем заняться, Гот просто сидел на своей кровати уже в прежней одежде и думал о произошедшем сегодня. Скелет, немного робко водя пальцами по своим зубам, пытаясь выкинуть поцелуй из головы. Рука медленно потянулась к промежности и, как только парень коснулся себя и почувствовал лёгкое тепло, тут же соскочил с места и вдарил себе смачную пощёчину. Как он только на ногах устоять смог после такого?       Усердно помотав головой в разные стороны, сын смерти наконец-то смог выбить эту дурь из своей головы. Если честно, то при ограниченной жизни с родителями он и шагу из дома сделать не мог. То есть сейчас произошла кража. Украли его первый в жизни поцелуй. Причём таким грубым и ужасным образом. Скелет никогда не позволял себе даже дрочить, ибо жизнь и так не давала ему расслабиться. Но в этом есть и свои плюсы. Гот не испытывал влечений или банальных желаний кого-то. Хоть и злой, но невинный и никем не тронутый Лотос. Почему-то поцелуй стал ассоциироваться со вкусом того же выпитого после чая. Сладкий и немного обжигающий язык, но при этом запах был неимоверно нежным и расслабляющим. И снова удар, но только по другой щеке. Опять дурные мыслишки в голову закрадываются.       Ближе к вечеру Пал куда-то засобирался. Сын смерти услышал вошканье в коридоре и вышел узнать, что там такое происходит. Когда звездоглазый заметил наблюдающего за ним Гота, лишь цокнул и повесил куртку обратно. Он медленно подошёл к ничего не понимающему Лотосу и, придерживая пальчиками подбородок красноглазого, злобно и немного обиженно пробубнил: — Ты не мог посидеть в комнате ещё минут пять? Весь сюрприз испортил, сучонок.       Скелет в балахоне лишь немного попятился и тут же столкнулся с препятствием в виде своей собственной двери от комнаты. Роллер же, успев воспользоваться моментов, прижал бедолагу сильнее, нежно поглаживая спинку Гота и спускаясь к тазу. По всему телу сына смерти тут же пробежались мурашки, но он не пытается ударить обидчика и даже просто выбраться не старается, будто сам настаивает на том, чтобы его изнасиловали. — Как насчёт сходить со мной в ресторан сейчас, куколка? — на «ушко» прошептал Палетт, стягивая шарфик и обжигая горячим дыханием шейные позвонки. Ответа не последовало. Палитра провёл языком по шейке сына смерти и медленно, но верно дошёл до щеки. Тот помялся и всем своим видом старался показать, что ему неприятны и отвратительны действия хозяина. — Х-хорошо. — с неким комом в горле пролепетал смущённый и чуть ли не весь фиолетовый скелет.       После соглашения его вновь поцеловали. Это сладкое чувство вновь пробило до мурашек и пронеслось жаром от макушки головы до кончиков пальцев. Ноги автоматически подкосились, но Рюрик по прежнему поддерживал свою игрушку. Как только Пал решил отстраниться, он резко отпустил Готи и тот чуть ли не упал на пол, но смог вовремя найти опору и устоять на ногах.       Будто ни в чём не бывало Палетт повернулся к выходу и продолжил одеваться. Выглядел скелет так, будто и не целовал никого. Такой спокойный и как всегда с долькой высокомерия.       В такому полувозбуждённом состоянии Лотос и пошёл в ресторан. Зайдя внутрь сразу повеяло приятными ароматами французской (и не только) кухни. Гостей встречала молодая кошка в откровенном наряде. Похоже в этом городке ночью всё приобретает свою остроту. Легко и бодро перебегая из одной части зала в другую, эта киса, хитро улыбаясь, осматривала новопришедших своими юркими глазами разного цвета: голубой, еле прикрытый чёлкой и зелёный, так опасно светящийся в темноте. Кружевные перчатки и такого же фасона открытая полу-прозрачная юбочка, еле прикрывающая короткие шорты и филейные части ног. Особенно примечательными были ремешки на груди и животе. Палетт сразу взял себе на заметку спросить, где можно такое приобрести?       С подносом полным великолепной еды, официантка на своих лапках подбежала к ним и звонко довольно воодушевлённо спросила: — Добро пожаловать! ~ Столик для двоих? — после этих слов причудливая кошка показала Роллеру и его рабу их места.       После этого перед скелетами предстало меню: -Спагетти с фрикадельками -Карбонара -Солсбери стейк -Стейк -Голубцы -Запечённый картофель       Из интересна к новым блюдам Рюрик выбрал карбонара для двух персон. Пока Лотос мялся за столом, сидя в таком дорогом месте под присмотром людей из высшего сословия. Палетту же подобное давно наскучило. Все эти тупые мешки с деньгами такие скучные. Через некоторое время официантка принесла заказ.       Сын смерти неуверенно глянул на, на вид, обычные макароны. Он не видел разницы между ними и ещё ранее предложенными спагетти. Возможно от добавок зависит, но Гот даже так называемые макароны то видел редко. Всё выглядело вполне аппетитно и того вполне достаточно. — Спасибо за еду — последовало со стороны Лотоса. Он скромно взял вилку в руки и приступил к, тающей во рту, радости. Он с широкой улыбкой на лице уплетает свою порцию.       После ещё и ночной прогулки по пустому и, к тому же, освещённому фонарями центру, Палитра и тот, кто на свободе не чувствовал себя рабом, вернулись домой. На протяжении всего пути парни молчали и по приходу не перестали поддерживать столь прекрасную тишину. Несмотря на позднее время, всю верхнюю одежду Рюрик снимать не стал. Это странновато, но Гот решил не замечать этого и пошёл к себе.       Парень в балахоне уже просто не понимает чего от него хотят. То целует, то вот так холодно уходит. Стоп! Уходит?       В коридоре снова вошканье, более тихое, но всё-таки в пустом бесшумном доме чётко можно расслышать. На этот раз Лотос не стал повторять свою ошибку и просто слегка приоткрыл дверь. Этот говно-Палитра опять куда-то намылился. Сын смерти лишь презрительно проводил его взглядом и вернулся в постель. Заснул скелет довольно быстро. Он лишь перед тем, как погрузиться в мир грёз, успел задуматься о том, а нахера он Палетту? И вот понесло бедолагу не в ту степь.       Сон был мутноватым, но так сильно отпечатался в головушке красноглазого. Его тело было таким горячим, что-то очень сильной болью отдавалось в тазу, но почему-то эта боль казалось приятной. Поцелуи по бледным косточкам Лотоса оставляли отметины. В момент, когда Гот поднимал свои глаза и смотрел на столь страстного любовника, он видел лицо своего мучителя-хозяина, но никакой неприязни не было. Стало так спокойно на душе, что это именно он. — Ты меня любишь? — тихо спросил Лотос, но тут сон прервался.       Судя по всё-ещё темной обстановке за окном можно было догадаться, что прошло всего часа 2-3 с того момента, как гандон куда-то ушёл. По звукам разувания стало ещё и понятно, что тот же самый ублюдок домой вернулся. Куда он ходил сына смерти колыхать не должно, но что-то будто в душе защипало. Всего на одну секунду стало так неприятно или даже больно.       Выйдя уже полноценно в коридор, раб облокотился о стену, сложив руки в замок. — Ну и куда же ты ходил?       От такого резкого вопроса Палитра даже дёрнулся, но спокойно вздохнул, когда заметил Готи. Лотос будто ревнивая жена устроил допрос до горе-муженька, сверля того взглядом. — Я просто гулял. — фыркнул звездоглазый. При нём откуда-то была сумка, ранее которой сын смерти не замечал.       Роллер так же быстро, как и разделся, ушёл в сторону своей комнаты. Всё что оставалось бедолаге в короткой пижамке - так это смотреть в спину господина. А чего он ждал? Ответа? Хех, да конечно. Он ведь раб. Как прав не имел так и не имеет. С какой-то горечью на душе юноша вернулся и опять погрузился в царство морфея.