Ненавижу! Или же...

*На следующий день. Женская раздевалка*

— Мираджейн, Лиссана, что это было?! А если бы я упала не Лексу в руки, а на асфальт?! Вы головой думали или пятой точкой?! — ругалась Люси на сестер Штраус, попутно собирая волосы в высокий конский хвост. Когда она называла кого-то полным именем, то это означало только одно — она была зла как никогда. Однако сестер это никак не пугало. — У нас было все под контролем. — подмигнула подруге Мира. — Мы же видели Лекса и парней. Не он, так кто-нибудь другой тебя поймал. — Ага, конечно. Фрид — твой парень, а Бикслоу — Лиссаны. Кто бы из них меня поймал бы, дайте — ка подумать… НИКТО! — повысила голос Хартфилия. — Люсенька, милая, не кричи перед матчем. Голос сорвешь, а нам еще парней подбадривать. — из душевой кабины вышла Леви МакГарден, лучшая подруга Люси. — Аррр! Я очень зла! И уже нихрена не хочу никого подбадривать! — сорвалась девушка и выбежала из раздевалки.

*То же время, мужская раздевалка*

— Ну, Лексус, объяснишь вчерашнее поведение? — Бикслоу знал этого блондина очень давно и знал про вражду этих двоих. Он знал, что просто так он бы ни за что не спас Люси. Если только у него нет плана затащить ее в постель посредством спасения, пробуждая в ней чувство долга. — Я просто спас Болельщицу и все. Забудь уже про это. — пробурчал Лексус, вытирая волосы. Он был в спортивной форме и уже был готов к разминке. Теперь Бикс и Фрид от него не отстанут никогда… — Ну да, ну да. Еще скажи, что не хотел ее в постель затащить. У нее такие сись… кхм…формы, что я бы не отказался сам. — произнес Бикс, но потом осекся. — Но у меня есть Лисс. И я ее не променяю. — Вот и не смотри на чужие сиськи, когда есть свои! (Прим. Авт. — Бикслоу, мы что-то о тебе не знаем?) — рявкнул Дреер, кидая полотенце в друга (Прим. Авт. — Изверг, у полотенца же тоже есть права!). Он решил выйти на свежий воздух, чтобы освежить голову. Проходя по коридору, парень задумался и не заметил, как в него врезалось что-то низкое ростом и блондинистое. — Опять ты?! — воскликнула Люси, быстро смахивая слезу. А то еще начнет подкалывать, что она плакса, как это было в детстве. — Господи, ты меня преследуешь, Блондинка? — вздохнул Дреер. — Блондинка? А сам — то в зеркало давно смотрелся? — отреагировала на подкол Люси. — Минут десять назад, когда в раздевалке был. А ты опять ревешь, да? Сколько бы мы не сталкивались в коридоре, ты постоянно рыдаешь. — усмехнулся парень. Люси бежала по коридору, сжимая кулачки. Мальчишки снова отобрали ее любимого плюшевого зайца. А она снова разревелась и теперь бежала спрятаться где-нибудь. В ее красно-синем платье в клетку, по длине доходившем до колен, и в красных балетках бежать было удобно. Но по дороге она врезалась в кого-то. От слез, застилавших глаза, она ничего не видела. — Эй, смотри, куда… — голос был явно мальчишеский, поэтому Хартфилия вздрогнула и встала столбом. — Ты чего ревешь? — спросил незнакомый ей мальчик. У него были блондинистые волосы, одет он был в желтую футболку с рисунком черной молнии и простые джинсы. На ногах — черные кеды с желтыми шнурками. — Я… Я… Мальчики забрали моего зайца, сказали, что я уже взрослая, чтобы носить игрушки в школу. — А как тебя зовут? — спросил мальчик. — Лю… Люси Хартфилия. — А меня Лексус Дреер. Пойдем, покажешь мне, кто тебя обидел. — он улыбнулся и протянул ей руку. Люси долго сомневалась, довериться ему или нет. Ведь он тоже мальчишка, а девочка их не любила за задирание. Но ему она почему-то поверила. И протянула руку. Через полчаса он вернул ей зайца, а тех мальчишек заставил извиниться. Оказывается, он был ее одноклассник и старше ее всего на год. — Эй, болельщица, в каких облаках витаешь? — спросил парень, глядя на девушку, которая уже десять минут думала над чем-то. — Вспомнила, каким ты был милым десять лет назад. Как вернул зайца и как заставил тех ребят извиниться. И каким козлом ты стал сейчас. Чао. — она развернулась и ушла. Слезы уже высохли. А Лексус так и продолжал стоять в ступоре. Она помнила. — Что ж, Блонди, ты отомстила. Следующий шаг за мной. И ушел в сторону стадиона, разминаться.