Идиллия.

*пока что не отбечено. - Ты такой ми-илый~… - рыжеволосый парень пристроил голову на груди у своего любовника, указательным пальцем вырисовывая непонятно что на бледной коже, -…и в тоже время такой вредный. – Хихикнул рыжий. - Не спорю, – отозвался беловолосый, хмыкнув и приобняв за плечи рыжика, натягивая белое одеяло чуть повыше, прикрывая обнаженное тело до пупка, – но и ты недалеко ушёл, развратник. – Губы дрогнули в усмешке. - Чья бы лягушка квакала! – рыжий состроил недовольную моську, поджав губы и сдвинув брови. Упершись локтями в грудь беловолосого, парень подпёр ладонями щёки. – Каким бы развратником ты не был, я тебя люблю. – Правая рука юркнула к одеялу, в попытке стянуть его. - Ты что, не насмотрелся? Знаешь ведь, не люблю когда кто-то видит моё тело…мм… в чём мать родила. – СынХён лениво провёл пальцами по руке рыжика, как бы тонко намекая, что бы тот прекратил, а то худо будет. - Бу-бу-бу. Зануда. – Констатировал факт, нежели сказал рыжий, рывком вставая с мягкой кровати, на которой провёл всё утро. Кратко поцеловав Таби в губы, ЧиЁн вышел из комнаты, по дороге умудрившись напялить боксёры, которые обнаружил на полу: в порыве страсти СынХён раскидывал одежду по всей комнате, так что её потом днём с огнём не сыщешь. Потягиваясь и зевая, Квон потащился в душ, в то время как СынХён с довольной ухмылкой развалился на кровати, закинув руки за голову. Перекинув синее полотенце через плечо, рыжий прошествовал аки король на параде через весь дом. Зайдя в комнату, парень первым делом посмотрел на свою мордаху в зеркало, отметив, что неплохо было бы причесаться, и только потом зашёл в душ, оставив полотенце на раковине. Дверь осталась немного приоткрытой, ну а что, скрываться не от кого, да и не зачем, в общем-то. Холодная вода окатила Джи тугими струями, от чего он от неожиданности взвизгнул. Долбанный вселенский закон: чуть не так повернул и всё, да здравствуют льды Арктики, или адское пекло – смотря куда крутануть. Кое-как сделав тёплую воду рыжий откинул голову назад, наслаждаясь прикосновениями струй ко всему телу. Проведя кончиком языка по верхней губе, припухшей от частых поцелуев, ЧиЁн прикрыл глаза, окончательно расслабляясь. Сильные руки резко обхватили его за талию, нежные губы коснулись мочки уха, а вершитель сиих дел бесстыдно жался к спине своим торсом. ЧиЁн резко открыл глаза, но тут же пожалел об этом, поскольку вода попала прямо в глаза и он инстинктивно зажмурился, отступив на пару шагов назад, тем самым сильнее прижимаясь к тому, кто сзади. - Ёкнутый ты бэтмен! – только и смог выдавить из себя рыжий, пристроив ладони на руках СынХёна. – Не смей так делать больше…никогда… - а ведь он нагло наврал. Почему? Потому что он безумно обожал моменты, когда Топ неожиданно «появлялся из ниоткуда» сзади; любил его незаметные прикосновения, взгляды и мимолётные, нежные поцелуи. СынХён лишь усмехнулся, буквально вдавив ЧиЁна в стену душевой кабинки, от чего тот охнул и прогнулся в спине, подобно кошке. Резко сжав упругие бёдра Лидера, беловолосый свободной рукой схватил его за рыжие волосы и потянул на себя, заставляя выгибаться в некую дугу и обиженно шипеть от боли. Ухмылка так и не сходила с губ СынХёна, когда он пальцами нежно коснулся напряжённого пресса Квона, а затем и изнывающей от невероятного желания и возбуждения плоти. ЧиЁн нервно ёрзал из стороны в сторону, царапал короткими ногтями толстую стеклянную стену душевой, пока Чхве неторопливо ласкал его, начиная сладкую, но невыносимо медленную пытку. - СынХён…х…хватит, - чуть ли не завывая, как волк на луну, простонал Джи, еле стоя на ногах, которые так и норовили подкоситься. Перед глазами ЧиЁна уже всё расплывалось, порой даже и темнело; виски пульсировали; стук сердца казался излишне громким. Ответом послужил шлепок по ягодицами и сбитое, немного хриплое дыхание над самым ухом, заводившее не хуже, чем прикосновения. Квон распахнул припухшие губы в немом крике наслаждения, когда СынХён вошёл в него во всю длину и, не теряя ни секунды, задал быстрый ритм, обхватив обеими руками талию Джи. ЧиЁн стонал и подавался на встречу, иногда прикусывая губы, рыжий приглушал громкие стоны и тихо рычал, но это длилось не больше пяти секунд. Вода нещадно ударялась прохладными струями о два напряжённых тела, что слились воедино, поддаваясь животному инстинкту, игнорируя голос разума. СынХён иногда замедлялся, вслушиваясь в развязные стоны ЧиЁна, в пошлые шлепки двух тел о друг друга и мерный шум воды. Квон прогибался в спине, царапал стекло, а точнее пытался, шипел, извивался под Чхве, не боясь, что кто-нибудь увидит или услышит: ТэЯн и Дэсон свалили ещё вечером, а СынРи с утра пораньше ускакал в бар. Ускорив темп до предела, Чхве обхватил рукой твёрдый член Джи и провёл по всей длине ладонью, в этот же момент задев простату, а второй схватил Драгона за волосы и со всей силы потянул на себя. Боль растворилась в наслаждении, похоть завладела разумом, а тело просило большего: ЧиЁн кончил первым, заляпав стекло, довольно громко простонав. СынХён проделал ещё пару точных движений по простате и излился в Квона, тут же обняв его за талию, что бы тот не упал на холодную плитку. *** - Ну тебе жалко что ли? – сморщив носик недовольно поинтересовался ЧиЁн, вытираясь полотенцем, лежавшим на раковине. – СынХён-а…Всего-то один денёк… Никто не увидит, а я непрочь поглазеть. – Джи посмотрел на Чхве взглядом а-ля Кот из «Шрэка». - Хорошо. – Нехотя соглашается Топ и закатывает глаза. - Но только один день, понятно? – СынХён поправляет резинку боксёров и прижимает к себе ЧиЁна, – и почему я соглашаюсь на это? Ты плохо на меня влияешь. - Походишь в трусах по дому, ничего с тобой не сделается. – Хихикнул Джи и, приложив холодные ладони к щекам СынХёна, неуверенно поцеловал в губы, проводя кончиком языка по нижней. Топ сразу же взял инициативу в свои руки, бесцеремонно скользнув мягким языком в рот ЧиЁна, целуя Лидера несколько грубо и властно. Дверь в спальню со скрипом приоткрылась, а перед СынРи, собиравшемся что-то сказать, раскрылась очень интересная картина происходящего...