Таинственная история о пропаже невинности

Глава 1 В которой, неизвестный (но очень сексуально-активный преступник) проникает в женский монастырь и… Часы на центральной башне пробили десять раз. Матушка Антуанетта вышла к главным воротам обители, как она делала это каждый вечер вот уже пятнадцать лет. Женщина выглянула наружу, в последний раз осматривая площадь, но не увидела ни нуждающихся, ни блаженных и быстро прочитав молитву Пресвятой, наконец, закрыла ворота. Тихий вечер в обители обещал смениться столь же тихой ночью, если бы только… Серая тень мелькнула меж деревьев, спряталась в кроне от спешащей в свою комнату Матушки, и с нечеловеческой ловкостью стала взбираться по отвесной стене, цепляясь за едва выступающие камни. Неизвестному хватило всего пары мгновений, чтобы достичь второго этажа обители и вскочить в единственное открытое окно. Так он оказался в небольшой бедно обставленной келье, где на широкой кровати, застеленной соломенным тюфяком, в сонном забытьи лежала молодая девушка. Ее длинные темные волосы штормовыми волнами разметались по подушке, а нежно розовые губы легко приоткрылись в беззвучном стоне. Тонкий стан туманной пеленой прикрывала белая простынь и неосторожно упавший лунный луч выделил торчащие навершия изящных грудей. Незваный гость усмехнулся и резким движением скинул простынь. В следующее мгновение его широкая мощная тень скрыла спящую девушку от лунного света. Губы коснулись ее шеи и прочертили дорогу до вершины левой груди, ощутимо сжимая ту губами. Руки огладили шелковую на ощупь кожу на ребрах и мягко скользнули вниз к животу. Послышался тихий девичий стон. Кожа покрылась мурашками. А незнакомец перешел ко второй груди. Его пальцы скользнули по внутренней стороне бедра, рисуя на нем тонкие узоры. Глаза спящей красавицы приоткрылись, одновременно с этим с ее губ сорвался почти непроизвольный стон удовольствия. С удивлением и восхищением она взглянула на ночного гостя. - Кто ты? - Считай меня своим тайным ожившим сном, - заговорчески прошептал незнакомец, отрываясь на мгновение от, ставшей невероятно чувствительной, груди и глядя на красавицу своими завораживающими зелеными глазами. Он нежно провел пальцем по тонкой коже на правом запястье девушки, где виднелся маленький рисунок короны, нанесенный на кожу. - Хочешь в полной мере почувствовать удовольствие, которое я предлагаю? - Да, - сладко протянув гласную, ответила девушка. Из сонной невесомости она сразу же попала в объятия сладостной неги. С ожиданием глядя на своего ночного гостя, девушка улыбнулась и, нерешительно протянув руку, коснулась его щеки. - Тогда не будем терять ни мгновения, моя радость! – улыбнулся в ответ тот и, склонившись к ней, коснулся своими губами ее губ. Ласки его стали смелее. Пальцы искусно находили самые чувствительные места и, к тому моменту как губы ночного гостя коснулись средоточия желания девушки, она уже вся горела. Мир словно разлетелся на куски и звездопадом обрушился на белые простыни, где в жарких объятиях слились два тела. С каждым разом движения становились все резче, стоны громче. Но за каменными стенами и толстой дубовой дверью они никого не разбудили. В конце концов, красавица уснула, утомленная и пресыщенная сверх меры. Луна стыдливо спряталась за облаками, даря возможность вору незамеченным выбраться из святой обители. Но он не уносил с собой украшений и не прятал в карманах сюртука золотых монет. Кое-что более ценное уносил с собой ночной гость женской обители… *** - Так вы говорите, что некто забрался вчера в эту комнату и обесчестил одну из ваших послушниц? – прозвучал басовитый мужской голос. Его хозяин, низкий полноватый брюнет, равнодушно оглядел предоставленное ему место преступления, достал из нагрудного кармана серебряную флягу и отхлебнул из нее. – А единственный наглядный след его преступления – это окровавленная простынь? - Именно так, Сер Огрист, это ужасное преступление! – причитала Матушка Антуанетта. – Вы должны поскорее поймать этого нечестивца, посмевшего осквернить Обитель Божью! - Что говорит сама послушница? – мужчина бережно убрал флягу в карман и принюхался. В комнате пахло лавандой и пихтой. Обойдя кровать, единственный предмет мебели в комнате, детектив выглянул в окно. Хмыкнул, оценив толщину железной решетки, а также расстояние до земли, и вновь взглянул на Матушку Антуанетту. - Она ничего не помнит. Говорит, что видела странный сон, а за день до этого у нее на правом запястье появился рисунок короны. - Опять корона…, - недовольно проворчал мужчина. – Ну а вы сама-то, что по этому поводу думаете? Монахиня с готовностью отозвалась. - У меня по этому поводу лишь одна мысль, детектив. Лизабетта – не простая послушница. Она находилась под моим присмотром последние шесть лет. И я должна была сохранить ее невинной вплоть до семнадцати лет, когда за ней должен был прибыть Его Величество. Оставалось две недели! И что прикажете теперь говорить королю?! - Ну не знаю, - криво усмехнулся детектив. – Скажите, что проебали невесту! Матушка от подобного заявления потеряла дар речи и замерла, словно рыба выброшенная на песок, лишь открывая и закрывая рот. - Ах да, что же это я? Вы ведь не можете так сказать! – деланно спохватился детектив, и желчь в его голосе можно было бы сцеживать в банку. – Вы ведь верующая женщина, а ложь – это страшный грех! Так и быть, скажите, что она сама все проебала. Думаю, король поймет. - Боже, он прикажет отрубить мне голову! – запричитала монашка, в ужасе хватаясь за выше озвученное. - Скорее всего, - едва заметно пожал плечами мужчина. - В таком случае, не забудьте прислать мне приглашение на казнь…. Когда я смогу побеседовать с девушкой? - Не думаю, что это приемлемо! – тут же пришла в себя Матушка, попадая на знакомую территорию. - Молодая девушка, находящаяся под присмотром церкви не может… - Да ладно вам! – не выдержал детектив. – Ее уже отымели! Разговор со мной хуже не сделает! Но матушка упрямо стояла на своем, ни в какую не желая повторить нарушение завета в своей обители. - Ладно, - устало вздохнул Огрист, не желая дальше спорить. – Тогда я пришлю сюда свою помощницу. Против нее, надеюсь, вы ничего иметь не будете? - Женщина-детектив?! – воскликнула Матушка. – Побойтесь Бога! Женщине не пристало заниматься подобной, порочащей ее светлую душу деятельностью! Еще и под руководством мужчины! Церковь не одобрит подобного… Детектив поморщился. Высокие нотки в голосе женщины неприятно резали слух и возвращали, пережитую утром и залитую хорошей порцией алкоголя, мигрень. Матушка, наткнувшись на суровый взгляд Огриста, проглотила окончание фразы. - Итак, моя Помощница придет сюда завтра утром, - с нажимом произнес детектив, подрагивающей рукой доставая из нагрудного кармана флягу, и залпом выпивая все ее содержимое. – В последнее время дела, так или иначе, касаются женщин, а я терпеть не могу возиться с вашей истеричной братией! – и уже направляясь к выходу, бросил. - Имейте в виду - если завтра моя помощница не сможет получить внятных показаний, то послезавтра я натравлю на ваш притон свору армейцев, которые опытным путем будут проверять чистоту и невинность ваших послушниц! Матушка побледнела и перекрестилась, мысленно прося у Пресвятой защиты от ужасных деяний этого страшного человека. Детектив же с огромным облегчением покинул гостеприимные стены обители и отправился в свой дом в центре столицы. Вторая ступень крыльца скрипнула под серыми от пыли ботинками, дверь открылась с тихим шорохом. Переступив порог и прикрыв за собой дверь, Огрист вздохнул, тяжело привалившись к стене. Он даже позволил себе прикрыть на мгновение глаза. Тишина успокаивала мужчину. Но тут из глубины дома донеслись быстрые шаги. - Наконец-то вы пришли! – низкий от природы девичий голос был наполнен неподдельной радостью. – Сер Огрист, я хотела… - Стоп! – детектив поднял правую руку в останавливающем жесте, а затем ею же достал из кармана свою флягу и протянул на звук, слегка потряхивая. – Сначала выпивка! - Может все-таки обед? – неуверенно протянул все тот же голос. Мужчина снова тяжело вздохнул, открыл глаза и устало оглядел свою инициативную помощницу. Шатенка с ярко зелеными глазами и приятной глазу фигурой была одета в костюм для верховой езды. Невиданное бесстыдство, как сказала бы Матушка Антуанетта. Огрист ухмыльнулся, представляя покрасневшую от возмущения монашку, и покачал головой. - Нет, Элайза. Сперва принеси мне виски, а потом расскажешь, что произошло в мое отсутствие и к чему этот наряд. Устроившись в зале с граненым стаканом для виски и припрятав в нагрудном кармане наполненную флягу, детектив влил в себя новую порцию алкоголя и выжидающе посмотрел на помощницу, присевшую на диван напротив. - Итак, у меня есть для вас две новости, и они довольно скверные, - враз посерьезнев, начала девушка. - Королю стало известно об этом деле! Сегодня утром прибыл его посланник с письмом на ваше имя. Разумеется, как только он ушел, я вскрыла конверт. Его величество обеспокоен слухами, заполонившими город, и опасается за дочерей. Столичные жители также напуганы. Девушек боятся одних выпускать на улицу. Король настоятельно требует поторопиться с расследованием! - С этим понятно, - кивнул детектив. – Еще один повод поскорее поймать негодяя. Не думаю, что принцессам что-то угрожает, так что напиши от моего лица королю письмо с вежливыми пожеланиями «не париться!». А по поводу столичных жителей,…что же, им полезна небольшая встряска. Этот город хуже болота! И, поверь мне, я знаю о чем говорю – во время последней битвы с аврорами мы неделю провели на Каврских болотах, отбиваясь от паскудных комаров и грёбаных солдат. Плесни-ка! Элайза, глазом не моргнув, достала из бара темную бутыль и протянула ее мужчине. Тот недовольно хмыкнул, но сам долил себе виски, так что жидкость едва не переливалась через край. С ловкостью достойной фокусника, Огрист поднял свой стакан и отпил добрую треть, не пролив ни капли. Девушка тем временем продолжила. - Я съездила в женский пансионат, как вы меня и просили. Верхом, чтобы было быстрее. Клара, пострадавшая девушка, утверждает, что это был призрак, - встретив скептичный взгляд, Элайза лишь пожала плечами. – В тот вечер они с соседкой по комнате веселились, рассказывая друг другу неприличные истории о похождениях Дон Жуана, сластолюбца, якобы убитого на дуэли где-то на территории пансионата. Уснули только через пару часов после отбоя. Белла, соседка Клары, говорит будто видела ночью призрака, который тянул к ней свои костяные руки и вознамеривался задушить, а утром девушка встала со страшной головной болью. У пострадавшей же сон был куда более интересным. Ей приснился высокий статный мужчина, предлагающий ей невиданное наслаждение, от которого невозможно отказаться. Говорит, он неожиданно появился и также неожиданно исчез, но Клара не придала этому значения, поскольку считала, что все происходящее – сон. Конечно, ведь пансионат хорошо охраняется, окна в трех метрах над землей и зарешечены, а на дверях замки. Утром Клара проснулась голая и с парочкой смачных засосов на груди и животе. Ну и конечно, другие сопутствующие факторы бурной ночи и потери невинности. Бедная девушка до сих пор с трудом садится! А мы получаем в подозреваемые столетнего призрака! - Это не призрак! – настал черед Огриста ловить на себе скептичные взгляды. - Знаешь, почему я не верю в то, что это призрак? – усмехнулся детектив. – Призрачный хрен не может принести подобного ущерба! Вам женщинам только дай волю. Она бы еще на демона все свалила! И мужчина затрясся в приступе громкого безудержного смеха. Элайза фыркнула. Она была ярой поклонницей всего потустороннего. Когда детектив немного успокоился и выпил, они продолжили разговор. - Что Клара сказала по поводу короны на запястье? - Сказала, что утром того дня за ней прислал отец, поскольку нездоровилось ее матери. К счастью, оказалось, что это простая простуда. На обратной дороге девушка решила прогуляться. Почти у самого входа на территорию пансионата ей повстречалась какая-то нищенка в старом рваном платье и с черным платком на голове. Клара постаралась обойти ее стороной, но нищенка схватила ее за руку. Она прошипела сквозь зубы какое-то проклятье и, развернувшись, быстро ушла прочь, прежде чем опомнившаяся девушка позвала стражу. А на запястье остался след, который, кстати, уже пропал... Так что очень может быть, что это демон, - завершила свой рассказ девушка. - Вдруг та нищенка прочитала заклинание призыва, а корона - это что-то вроде пентаграммы, которая притягивает эту сущность! - Тебе явно пора заканчивать с дешевой фантастикой! - покачал головой Огрист, задумчиво глядя перед собой. - Нет, дорогая моя, это не пентаграмма, а демонов не существует. Но я все больше склоняюсь к мысли о том, что эта корона как-то связана с тем, что девушки не сопротивлялись ему, а на утро почти ничего не помнили, - детектив почувствовал как в голове его что-то щелкнуло. - Думаю, что вещество, которым эта корона нарисована - медленно действующий наркотик! Дорогой, но качественный. Так он может быть уверен, что девушка не станет сопротивляться и звать на помощь! А спустя сутки символ пропадает, организм справляется с ядом и мы не успеваем его вычислить. ...Стоит поискать эту нищенку! - постановил мужчина, вновь обращая взгляд на свою помощницу. - Хорошо, я сообщу о ней стражам, - согласно кивнула Элайза. - А чем закончилась ваша поездка в обитель? – Похожий случай. Неизвестный каким-то образом перебрался через двухметровое ограждение, залез на второй этаж обители, просочился через железную решетку и также поступил с одной из послушниц, на запястье которой была нарисована корона. Со слов местной Матушки, та девушка тоже твердила что-то про сон, но эта старая карга не разрешила мне увидеться с послушницей лично. Корона, скорее всего, уже растворилась, так что в обитель поедешь завтра с утра. - Есть, шеф! – расслабилась девушка, понимая, что работа на сегодня закончена. – Я не против свиданий с потерпевшими, но на будущее, примите во внимание, что я предпочитаю мальчиков, - усмехнулась Элайза. - Даю тебе слово, что следующее же дело о растлении малолетних будешь вести самостоятельно, - отшутился в ответ Огрист.