Убери свою гордость

Ирину прооперировали, благо всё Благополучно закончилось. Её перевели в реанимационную палату, Брагин с Хромовым сообщили Геннадию о том, что она в тяжёлом состоянии, и на все это повлиял алкоголь, который усугубил ситуацию, но теперь её жизни ничего не угрожает. Гена молча слушал своих коллег и заметно нервничал, ноги подкашивались, будто они ватные, дрожь одолевала всё тело, боясь потерять свою любимую, такие неприятные известия давали о себе знать, он очень боялся потерять её, её такие нежные родные руки, бархатную кожу, нежный голосок, он поддался эмоциям и расстроился. Руки дрожали, а сердце билось очень тревожно. Он попытался взять себя в руки, но всё тщетно. — Я могу её посетить? — он всё прекрасно понимал, что родственников в реанимацию не пускают, но Хромов с Брагиным понимали его состояние и разрешили навестить Ирину,  — Геннадий Ильич, вы сами всё прекрасно знаете, мы не имеем права никого пускать, но только есть на несколько минут. — сказал Иван Николаевич, смотря на него грустными глазами. Гена поблагодарил Хромова, и пошёл в реанимацию. Накинув халат, дрожащими ногами, медленной походкой зашёл к Ире в палату. Его сердце обливалось кровью, при виде любимой в таком состоянии. Он присел на стул рядом с кроватью и нежно положил её беспомощную руку на свою, сжимая, слегка поглаживая. Гена смотрел на неё с сожалением, немного проливая слёзы. Когда боишься за родного человека, не важно, мужчина ты, или женщина, слёзы всегда наступают на глаза. Он корил себя за то, что оставил её там, один на один с Марком. Этот урод мог сделать с ней всё что угодно, но нет же, он не подумал… Если бы он тогда всё выяснил и не ушёл, этого всего тогда не случилось бы, они бы поехали домой, да, было-бы весьма неприятно видеть любимую с другим, зато она рядом, и верна тебе. Он приблизился к ней, вдыхая любимый аромат духов, нежно погладил её по голове и поцеловал в щёчку, говоря на ухо: » я тебе обещаю, всё будет хорошо!» он обратно сел на стул, всё также не отпуская её руку со своей. Он очень долго пробыл с ней, он бы мог сидеть ещё и ещё, но пришёл Хромов и сказал, что ей нужен покой и ему уже пора идти. Гена не отрицал и вышел из реанимации. Он решил пойти в палату к Марку, который находился в критическом состоянии, как он его сейчас ненавидел, ведь Ирина в реанимации лишь из-за него, лишь по его вине, он виновен от всём, и за всё обязательно ответит. Гену впустили под предлогом врача, он зашёл и посмотрел на него с отвращением, ведь он знал, что все беды из-за Марка. — Как только Ирина поправится, я тебя засужу! — пригрозил ему Гена. Он вышел из реанимации, не зная как быть дальше. Нужно бороться за жизнь, и он всё сделает ради любимой. Он подошёл к регистратуре. Почувствовав на себе пристальный взгляд, он обернулся и увидел женщину, которая всматривалась в его черты. На вид женщина симпатичная, Лет пятидесяти, стройная, шатенка с кариеми глазами. Мимо этой женщины трудно пройти, ведь она довольно симпатичная. Ему она показалась знакомой, черты её лица освежает ему память. В мгновенье, это женщина подбежала к Гене с крепкими объятиями, узнав старого знакомого.  — Генка… Кривицкий! — воскликнула Женщина, прижимая к нему — Танька? Коршунова? — Вспомнила он, отвечая на объятия. Он растерялся, но был безумно раз видеть свою давнюю знакомую. Она отстранилась от него и стала пристально смотреть ему в глаза. — Какими судьбами? — поинтересовался он,  — На обследование Ходила, — сказала женщина, держа в руках папку, немного суетясь. — Что-то случилось? — нахмурился он,  — Да нет, просто медицинский осмотр… — Она опустила глаза в пол, — А ты тут работаешь? — произнесла она, подняв глаза на него. Та грусть, как ему казалось была на её душе, во мгновение исчезла. — - Пластический хирург, — усмехнулся он, нехотя передавать свою внутреннюю боль наружу,  — Интересно… — её глаза забегали, Их беседу прервал Иван Николаевич, он отвёл Гену в сторону,  — Ирина Алексеевна пришла в себя, — улыбнулся он тёплой, радостной улыбкой, — можете её посетить, — он похлопал по его плечу. Гены был на седьмом небе от счастья, он подпрыгнул и крепко пожал руку Ивану Николаевичу, поблагодарил его за всё, тот в свою очередь усмехнулся, искренне. — Идите, идите! — он подмигнул ему, а тот просто был счастлив, и побежал к любимой, позабыв про рядом стоящую Татьяну.