Убери свою гордость

Ирина просто корила себя за свою доверчивость, а ведь она любит, а эта любовь приносит лишь боль и разочарование ей самой… Зачем ей эти мучения? Да кому нежная такая любовь? К чёрту всё!!! Ирина для себя решила, что лучше быть одной, чем с таким подонком, скоро он придёт оправдываться, но она ему ничего не простит. значит так суждено… значит так надо. Ири ещё долго сожалела, на её душе лишь одна боль, теперь трудно будет отвязаться от любимого человека, как же было хорошо просыпаться с ним в одной постели, лежать, обнявшись на кровати, целовать такие манящие губы, готовить завтрак и радовать любимого, знать каждый изгиб, родинку, черточку, знать до самой малейшей детали… Теперь ничего не вернуть, а всё-таки, как же было хорошо… Размышления Ирины прервал вошедший Иван Николаевич, он зашёл с улыбкой на лице, но как только он увидел её слёзы, его выражение поменялось в мгновенье. — Ирина Алексеевна, миленькая, почему вы плачете? — он подошёл к ней, ждя ответа от расстроившейся начальницы. — Когда меня выпишут? — сказала она хриплым, до боли голосом, проигнорировав напрочь его вопрос. — Про выписку говорить ещё рано, а вот перевести в палату можем уже завтра, — сказал Хромов с натянутой улыбкой, ведь его всё же волновало её состояние — Можно сегодня? — спросила она посмотрев на него с надеждой в глазах. — Конечно… только если вы скажите почему вы плакали, — он сел на край кровати, и стал смотреть в её заплаканные глаза, которые так и хотели вновь пролиться слезами — Иван Николаевич… Ничего не случилось. — сказала она дрожащим голосом, — Ну не хотите говорить, ваше право. Вставайте, я вам помогу. — сказал он, взяв её под руку. Ирина встала с кровати и держалась за руку Хромова, они неспеша направились в палату. Ирина там расположилась. Хромов помог ей перенести вещи. — Есть не хотите? — поинтересовался он, — Нет, спасибо — она присела на кровать, начиная задумываться, — Может всё-таки поедите, вы так исхудали, — заботясь спросил он — Не стоит, я не голодна, спасибо, можете идти. — дала приказ она ему. — Поправляйтесь, — сказал он и вышел из палаты. Тем временем Гена перекусил, и направился в больницу на ночную смену и навестить Ирину, поговорить с ней, посмотреть в её бездонные глаза, обнять, поцеловать, и просто побыть рядом с любимым человеком. Когда он зашёл в больницу, ему сразу же сообщили на посту, что Ирину Алексеевну перевели в седьмую палату, и он может её посетить. Он с улыбкой на лице, помчался переодеваться, уже ожидая встречи с любимой. Зайдя в палату, он увидел, что Ирина сидит и смотрит в одну точку. Гена подошёл к ней, присел на корточки перед ней и взял её руки в свои, смотря ей в глаза. Её глаза резко наполнились слезами, она небрежно вырвала свои руки из его рук, укрылась одеялом и отвернулась от него. — Ириш, что такое? — с волнением в голосе спросил он, — Пошёл ты к чёрту, Кривицкий!!! — сказала она дрожащим голосом, пытаясь тихо рыдать в подушку. Страннo, как можно полюбить человека, a потом вдруг возненавидеть? Почему люди, которые любят тебя больше всех остальных, могут и ранить сильнее всех? Гена не понимал такого отношения к себе, он встал, и подошёл к Ирине, убрал её руки с лица, которые скрывали наружную боль. Гена крепко обнял её, не понимая её состояние. Он поглаживал её спину, пытаясь успокоить. — Ну что случилось? — заботясь говорил он, — Как… ты мог? — заикаясь сказала она, начиная бить его по плечу. Гена резко схватил её руки, несмотря на то, что она всячески пыталась вырваться, он крепко держал её руки, и пытался заглянуть в глубь её глаз. — Что? — мягко спросил он — Как дурак, ей богу! — съязвила она, вырвавшись из его крепкой хватки. Она резко выбежала из палаты, Гена пошёл за ней. Она буквально бежала от него, надеясь где-нибудь спрятаться, и тут она увидела тупик, и резко завернула за него, в надежде, что Гена её не увидел, но нет. Он зашёл за угол, и увидел Иру, которая так резко возненавидела его. — Может ты объяснишь, что произошло? — он дал волю эмоциям и перешёл на крик, от чего Ира немного вздрогнула, не ожидав такого поворота — Больше не смей на меня орать! — пригрозила она ему, направившись обратно в палату.