Слезы бесценной фантазии

Спустя каких—то несколько ничтожных секунд мужчина уже крепко стоял на ногах на поверхности балкона. Тяжело выдохнув, он повёл плечами и размял шею парой резких движений. Встрепенувшись, он оглянулся вокруг. Перед ним предстала большая белая дверь, скорее всего деревянная; выглядела она очень изящно, с резной оправой и такой же ручкой, но явно не была новой; прозрачные стёкла были почти во всю дверь и были немного мутными, прекрасно вписывались в интерьер этих дверей. Несмотря на то, что стёкла были мутные, всё, что находилось по ту сторону двери, было хорошо видно. Внимательно присмотревшись, Аккерман разглядел маленький, мутный женский силуэт, который выполнял непонятные ему манипуляции. Судя по всему, она тянула руку, но куда? И зачем? Предмет за которым тянулась девушка блеснул от солнечного света. — Чёрт! — ругнулся Леви, на подсознательном уровне понимая, что дело дрянь. Вытянув из ножен лезвие, черноволосый принялся аккуратно вскрывать замок. Хах, этот замок для капитана – чепуха, как конфетку отнять у Армина, и не в таком го... кхм... шоколаде ковырялись. Дверь издаёт звук щелчка, лезвие летит в сторону, и беззвучно падает на газон, прям с балкона. Капрал открывает дверь, осторожно заходя в помещение, взгляд его натыкается на хрупкую, женскую спину, облачённую в чёрную толстовку, которая изредка тихонько подрагивает. Зрачки обладателя цвета грозового неба глаз расширяются, он, неведомо чем управляемый, хватает девушку за руку. Ножницы отлетают в сторону, и недорезанный листок бумаги плавно падает на пол. — Ты! Ты что творишь, дура! — Аккерман хмурится настолько сильно, что его глаз почти не видно, но всё же холодные, гневные нотки его взгляда Акеми уловила, отчего девушка громко сглотнула. —Я... Я... — Хиттори была растеряна, она выглядела не очень презентабельно: глаза красные от слёз, весь тональник был смыт слезами, из-за чего открылся вид на огромные мешки под глазами, так ещё и капрал так сильно сжимает кисть, что хочется его ударить со всей силы. Несмотря на то, что зеленоглазая выглядела растерянно, в её глазах читалась лишь боль. Секунда, и слышится звонкий хлопок. Комнату пронзает тишина, голова девушки повёрнута на 20 градусов, кажется, она забыла, как дышать. Аккерман тяжело дышит, как после километрового марафона. Акеми поворачивается, возвращая голову в прежнее положение, щека горит, а взгляд, полный непонимания, обиды и слёз, направлен на черноволосого. — Сидишь тут и убиваешься из-за какой-то ерунды. Подумаешь, попала под воздействие какого-то мудака, разве это проблема? Это даже событием назвать нельзя. Кто виноват в том, что ты наивная дура? Сотни моих людей каждый день умирают за стенами — вот это проблема. А ведь дома их ждёт семья. Кого-то — жена и дети, а кого-то — родители. Они хоронят своих родных, а точнее только остатки их тел — вот это проблема. Да ты ничего не знаешь о боли и проблемах, идиотка. Ты не понимаешь, что такое боль... — капрал кричал, яростно выкладывал всё, что хранилось так долго в нём с тех пор, как умерли Фарлан, Изабель, его отряд с которым он был так близок, Петра, Ороу... Глаза его горели злостью, болью, безысходностью. Он резко замолчал, скрыв серые глаза за чёлкой чёрного цвета, лишь спина его слегка подрагивала. Хиттори сразу забыла обо всех своих проблемах, она вспомнила, как Леви убивался из-за смерти своих друзей. Хоть он никогда этого не признавал, но он очень их любил и очень скучал. Акеми, тихо шмыгая носом, медленно подползла к мужчине, заключая его в объятиях своих хрупких рук. Он упирается ей в плечо. Она кладёт руку ему на спину и волосы, слегка поглаживая. — Ну, капрал, хватит, пожалуйста, не думаю, что они бы хотели видеть вас таким. — она аккуратно поднимает его голову за подбородок, вторую руку опуская на плечо. Девушка вымучено, но по-доброму улыбается. В комнате повисает молчание, никто из них даже не дышит, боясь разрушить этот волшебный момент. Их глаза поглощают друг друга. — Спасибо, капрал. — она счастливо улыбается. — Спасибо, что помогли мне! — Леви... — тихо бормочет черноволосый. —Что? — девушка в недопонимании склоняет голову на бок, пытаясь снова увидеть серые глаза, которые Аккерман скрыл под чёлкой. — Зови меня просто Леви. — уже громче и строже говорит мужчина. — Хорошо, Леви! — громко и радостно вскрикивает Хиттори, счастливо улыбаясь.

***

К двери комнаты припала ухом Мичико. — Ну, что там? — нервно спрашивает Эрен. Девушка лишь отпрянула от двери, глянула на парня, и на её лице расцвела счастливая улыбка от уха до уха. — Идём, Эрен, испечём ка тортик! — Хирано схватила Егера за руку и потащила вниз, на кухню. — Эй, стой, а как же Акеми-чан? — завопил кареглазый, пытаясь, за что-нибудь схватится.