Падение

      Через пару часов, когда Грегори подготовил других животных и свою машину к отъезду, он наконец-то отправился в трейлер Гаспара. Парень довольно долго его искал среди десятка таких же машин, вчитываясь в имена на дверях, но даже не догадывался, что Михель «любезно» снял перед уходом табличку с именем дрессировщика. Грегори сумел найти трейлер, увидев в окне Луку, который махал рукой, подзывая к себе.       — Меня закрыл Михель? — собирая свои вещи, спросил Лука.       — Да. Он попросил проводить тебя и забрать Ариса, — Грегори с удивлением рассматривал акробата: Лука был в ужасном состоянии, а вещи, которые были на нем, явно принадлежали Гаспару.       — Я сам дойду, — холодно ответил парень, заталкивая свои вещи в пакет. — Что будет с трейлером?       — Отбуксируют.       — Хорошо, — Лука плюхнулся на кровать и холодным стеклянным взглядом посмотрел на Грегори, это немного напугало помощника, и тот слегка попятился назад. — Что там случилось?       — Мне сказали тебе ничего не говорить, — тут же начал оправдываться парень, — но и молчать я не могу. Натали выпустили из клетки.       — Кто? — холодно продолжал спрашивать Лука.       — Бушер… Они совсем недавно поссорились, как я понял со слов Этьенна. И, судя по всему, ссора была серьезная… — Грегори нервно потирал ладони. — Только пожалуйста, Лука, не делай глупостей! За тебя и так все переживают! — умоляюще проговорил парень. Он уже пожалел, что рассказал это Луке.       — И не собирался. — Лука встал с кровати, прихватив пакет с вещами, и направился к выходу. — Ты знаешь в какой он больнице?       — Нет, — Грегори покачал головой. — Вместе со скорой уехал наш врач и директор зоопарка, когда они вернутся, то все сообщат. В любом случае мы не можем здесь остаться — слишком много шума, да и пора уже ехать в другой город.       Лука лишь фыркнул под нос и направился в свой трейлер. Он чувствовал себя очень плохо, поэтому подумывал о том, что стоит попросить кого-то взять трейлер на прицеп, но так и не нашел подходящую кандидатуру:«Ладно, сам поеду…». Парень даже не заметил, как подошел к шатру, который уже демонтировали. Пестрый купол цирка сворачивали рабочие, а вдалеке Лука заметил, как Барти и другие крепкие ребята из труппы выносили окровавленное покрытие.       Все вокруг суетились и собирали свои пожитки, словно инцидента с Гаспаром и вовсе не было — это просто шокировало Луку. Увидев такое безразличие труппы к произошедшему, парень немного взбесился. Когда он вернулся в свой трейлер то с «психами» начал собирать вещи: бинты, специальные мази и таблетки, костюмы — все это он утрамбовывал по полкам трейлера и в разные сумки.       «У них в цирке чуть не загрызли человека, а им пофиг! Собираются так, будто такое уже в порядке вещей!» — ворчал про себя Лука.       В трейлере появился легкий запах одеколона Гаспара — он расходился от вещей, которые были на парне.       «Черт… и что же теперь мне делать?! Как быть? — сокрушался гимнаст и устало опустился на пол, растягивая в руках эластичные бинты. — Так бы и придушил Бушера…»       Ему до боли в груди хотелось увидеть лицо дрессировщика. От этого чувства парень взбесился еще больше.

***

      Через пару часов цирк был готов отправляться. Лука немного пришел в себя и все же решил сам сесть за руль, только он вышел из трейлера, звеня ключами от машины, как к нему подошел Этьенн.       — Ну как ты? — он остановил парня. — Я решил, что ты сам не поведешь машину, поэтому пришел.       — Спасибо, конечно, но я поеду сам… — Лука сбросил руку Этьенна с плеча.       — Давай я хоть составлю тебе компанию?       Лука усталым взглядом окинул Этьенна с ног до головы, тяжело вздохнул и кивнул головой, приглашая его в машину. Хоть акробат и был молод, но автомобиль водить уже умел — этому ему пришлось научиться в старом цирке, где он работал.       Они сели в машину, и Этьенн тут же скинул туфли, закинув ноги на переднюю панель. Лука ничего не сказал, а лишь слегка улыбнулся, увидев смешные детские носки, которые явно не подходили к строгому образу мужчины. Вскоре караван из трейлеров начал свое движение. Впереди была машина Оды, затем грузовики с шатром, звери, а потом уже артисты. Лука решил ехать в самом конце.       — Ты такой молчаливый, — пытаясь разговорить юношу, начал Этьенн. — Весь загадочный, холодный, если бы я не был по уши влюблен в Михеля, то сто процентов влюбился бы в тебя! — он улыбнулся.       — Ты влюблен в Михеля? — округлив глаза от удивления, спросил Лука. — Да ладно! А он в курсе?       — Стоп! — Этьенн оживленно вскочил, скинув ноги с панели. — Ты не знаешь про нас с Михелем? Да не-е-е-т! — мужчина залился смехом.       — Эм, нет… Вы пара, что ли?! — Лука продолжал удивляться.       — Здрасте! Приехали! Весь цирк в курсе, а ты нет. Серьезно? Ты даже не догадывался?       Лука лишь пожал плечами и отрицательно покачал головой.       — Мы с Михелем самые настоящие любовнички! — с ноткой издевки проговорил вентролог. — Уже несколько лет точно мы вместе.       — Офигеть… — Лука слегка улыбнулся, выворачивая руль в сторону.       — Ну ты и тормоз, конечно! — Этьенн продолжил хохотать. — А сам? Есть любимая или, может быть, любимый, м?       Лука бросил беглый взгляд на мужчину, показывая, что он явно не настроен рассказывать такие вещи о себе, Этьенн и не настаивал.       — Ладно, — протянул мужчина, — можешь и не говорить! Но скажи… Было это чувство? Ну, «любовь»? Чтобы прям до костей пробирало, а? — Он с любопытством посмотрел на парня.       Лука немного задумался, вглядываясь в дорогу, но по глазам Этьенн уже понял, что в жизни этого парня была любовь, которая, вероятно, закончилась не так, как хотелось бы.       — Была любовь, но без «хэппи энда», — акробат ответил холодно и кратко.       — Тебя бросили?       — Боже, я тебя сейчас высажу… — проворчал парень.       «Значит бросили…» — Этьенн промолчал и лишь загадочно улыбнулся.       Они ехали довольно медленно, останавливаясь, как на зло, на всех светофорах, поэтому умудрились отстать от колонны, но это было не так страшно — Этьенн знал дорогу. Вдруг Лука как-то резко дал по тормозам на одном из перекрестков.       — Что такое? — обеспокоенно спросил вентролог.       Парень замер и тревожным взглядом посмотрел в окно. Этьенн глянул туда же и увидел госпиталь, из которого вышли двое мужчин — директор зоопарка и врач цирка. Лука тут же, без промедления, вырулил на обочину, остановился и, как ошпаренный, кинулся к госпиталю.       — Блин! — Этьенн хотел было броситься следом, но запутался в ремне безопасности.       Парень пулей добежал до врача из цирка, напугав того до смерти. Он бешеными глазами смотрел на старика и тяжело дышал.       — Лука? Откуда ты здесь? — поправив очки, поинтересовался врач.       — Где?.. — запыхавшись начал акробат. — Где он? Живой? — Его немного трясло от волнения.       — Живой. Сейчас только что закончилась операция. Ты все равно не сможешь повидаться с ним, — объяснял доктор. — Состояние у Гаспара стабильное, все будет хорошо, не переживай. Господин Браум, директор зоопарка, любезно согласился оплатить все лечение и реабилитацию.       Лука бросил взгляд на интеллигентного мужчину, который стоял рядом.       — Да, конечно! Гаспар уже успел подписать бумаги, поэтому, фактически, львица была уже нашей, и я несу полную ответственность за ее поступок. Пусть это выглядит глупо, но я человек, поступающий по совести! — объяснил свою позицию господин Браум.       — Спасибо вам… — Лука тут же пожал мужчине руку.       Как раз к этому моменту подошел Этьенн.       — О, и ты здесь? — удивился доктор.       — Да, едем в другой город. Как Гаспар?       — Как я сказал Луке, Гаспар в норме. Врачи боролись за сохранение конечности. Его правая рука полностью приняла удар. Пара переломов — это самое безобидное, что случилось… — он вновь поправил очки. — Сухожилия, связки, другие ткани — это все было прокушено! Хирурги просто не знали, как все спасти. Что-то им удалось сшить, что-то нет… В общем, они сказали, что будет чудом, если Гаспар сможет спокойно держать ручку. Былой силы руке, к сожалению, не вернуть.       Лука с ужасом схватился за голову. Новая волна гнева и страха пробежала по нему.       — Ещё у него была серьезная травма колена. Не знаю как, но, видно, Гаспар крайне неудачно упал, да еще и Натали навалилась сверху. Так что клюку ему уже готовят, — продолжал мужчина. — Потеря крови, разодранное бедро — это уже так… «мелочи». Но сейчас его жизни ничего не угрожает. Восстановление будет долгим, конечно, но вернуться к своим хищникам он не сможет! Пудели — вот его потолок.       — Док, но можно мне на него взглянуть хоть одним глазком? — Лука жалобно посмотрел на мужчину.       — Ну, правда, пусть хоть через щелку глянет. Он сильно переживает, — поддерживал парня Этьенн.       Мужчина немного поворчал, но понял, что если он сам не отведет Луку, то парень пролезет в больницу и без него, создав уйму проблем. Тяжело вздохнув, доктор все же согласился.       Они прошли с парнем в больницу. Ноги у Луки вдруг стали ватными, руки похолодели, а сердце бешено стучало. Док накинул на его широкие плечи халат и повел куда-то вверх по лестнице. Петляя между каталками и медсестрами с инвалидными колясками, они добрались до отделения хирургии.       Доктор довольно долго разговаривал с одним врачом, иногда поглядывая на Луку, стоящего в стороне, и тыкая в его сторону пальцем. Врач явно не хотел пропускать кого-то, но все же сдался, закатив глаза.       — Пойдем, — отозвался док. — Можешь зайти к нему в палату на минутку.       Луку отвели в специальную палату, которую оплатил господин Браум. Стоя перед дверью, на мгновение гимнаст передумал заходить, но все же взял себя в руки и сделал этот первый сложный шаг через порог.       В палате было светло и свежо, стояла одна огромная кровать, вокруг которой было множество различных приборов, которые иногда пищали. Гаспар лежал, словно труп, его лицо было похоже на восковую маску — бледное, абсолютно неподвижное. Его правая рука была как-то необычно зафиксирована, виднелись какие-то железки и кровавые подтеки, пальцы были бардовыми, отекшими, Лука даже не мог описать то, что он увидел. Единственная ассоциация, которая пришла ему в голову, — «Франкенштейн». И действительно — рука мужчины была собрана словно из множества маленьких кусочков.       По щекам акробата покатились слезы, он хотел было вскрикнуть от легкого ужаса, но тут же закрыл рот рукой. Лука не был готов увидеть такое. Он тихонько подошел к кровати и дрожащей рукой едва погладил уцелевшую руку Гаспара — ладонь мужчины оказалась холодной.       В голове Луки был полный хаос — страх, грусть и куча других эмоций бушевали внутри. По щекам предательски катились слезы, руки так и не переставали дрожать, ощупывая холодные пальцы мужчины, а сердце вообще словно остановилось.       — Гаспар… — шептал Лука. — Это все из-за меня… Прости! Я правда эгоистичный урод, из-за которого все это и началось… Обещаю, когда ты поправишься, то я все исправлю! Честно! Исправлю! И не надо тебе будет блохастых пуделей дрессировать! — Он шмыгал носом, словно маленький ребенок, пытаясь сдержать эмоции.       Понимая, что каждая минута рядом с мужчиной просто невыносимо ранит его, Лука поспешил уйти из палаты. Он немного успокоился, увидев Гаспара живым, но прогнозы врача просто стали новым ударом для акробата. Лука чувствовал себя виноватым.       Выйдя из палаты, он скинул с себя халат и молча направился к выходу. Доктор не стал ему ничего кричать в след, а просто побежал за ним.       — Лука? Эй! — увидев заплаканного юношу, прокричал Этьенн.       Но парень не откликнулся, а просто прошел мимо, направляясь в машину.       — С ним все в порядке? — обеспокоенно спросил господин Браум.       — Он просто в шоке! — протараторил Этьенн. — Док, вы доберетесь сами?       — Да, не переживай!       Этьенн слегка улыбнулся и бросился вдогонку за Лукой.