Непокорные

Вадим сидел в коридоре больницы уже больше часа. Он сжимал в ладонях голову, карая себя за глупую выходку, из-за которой чуть не потерял жену. Парень боялся, что с Настей могло случится что-то серьезное. Спустя долгое время из палаты вышел врач. Увидев его, Вадим подошёл к нему и стал расспрашивать мужчину о самочувствие Анастасии. — С ней всё в порядке, но в результате полученной травмы… — Ближе к делу! — перебил брюнет. — К сожалению, вашего ребенка не удалось спасти. Мне жаль. — Моя жена была беременна? — дрожащим голосом спросил Вадим. — Да. Она даже делала тест-ДНК в нашей поликлинике. — ответил доктор. — Могу я взглянуть на результат?

***

Настя лежала на больничной койке и спала. В палату к ней зашел Вадим. Он присел на кресло, что стояло у кровати. Парень смотрел на свою жену. Настя была бледная и на лице у нее была небольшая ссадина. Брюнет мял в руках больничный лист, который ранее отдал ему доктор. «Как сказать ей?..» — думал Вадим. Он поцеловал руку девушки, от чего она проснулась. Настя открыла глаза, осмотрелась вокруг себя и поняла, где она находится. Парень поднял взгляд и посмотрел на нее, криво улыбнувшись. Рыжая свободной рукой погладила свой живот — Прости… — прошептал брюнет. — Я не хотел. — Не надо, Вадим. Всё хорошо. — спокойным, но слабым голосом проговорила Анастасия. — Нет… — он положил ладонь ей на живот. — Ребенка больше нет. — Что? — девушка скинула руку парня. — Доктор сказал, что ты была беременна, но теперь ребенка нет. — Он не умер! — твердо сказала Настя, не веря парню. Вадим опустил голову и по его щеке скатилась слеза. Он крепче сжал лист бумаги. Настя закрыла рот рукой и зарыдала. Парень попытался обнять ее, но она оттолкнула его от себя. — Уйди! — кричала рыжая. — Ты за один день лишился нерожденных детей! Что ты за человек такой? За что ты так со мной, а?! — Ты знаешь, что я хотел от тебя детей. — Но теперь его нет! Уходи! — Вадиму ничего не осталось, как уйти. Он вышел в коридор и увидел, как в его сторону идут бегут Паша, Лёха и Аня. Горелов подбежал быстрее всех и схватил брюнета за воротник рубашки. — Что ты сделал с Настей?! — крикнул Алексей, но Вадим молча оттолкнул от себя его. — У нее был выкидыш. — Что?! — в один голос переспросили побледневшие Аня и Паша. — Чей ребенок? — более сдержано спросил Лёха. Брюнет посмотрел в даль коридора и увидел двух полицейских, который шли по его душу. Он усмехнулся, посмотрев на тройку ребят, а затем сунул Горелову в руки лист с результатом теста. — Молодой человек, — обратился к Вадиму один из полицейских, — на вас поступило заявления. Вы покушались на жизнь Анны Антоновой, просим проехать с нами в участок. Парень покорно протянул руки полицейскому, и тот надел на него наручники. Аня и Паша проводили взглядом парня, а Лёша содержание письма. Он медленно опустился на скамейку и выпустил лист из рук. — Это не мой ребенок. — сказал шатен. — Мой племянник… — прошептал Паша. Аня посмотрела на огорченных парней, а затем на дверь, за которой находилась ее подруга. Блондинка скрылась за этой дверью, оставив опечаленных молодых людей одних. Рыжая лежала, уткнувшись в подушку и плакала. Антонова присела рядом с ней на кровать и провела по ее волосам. Настя приподнялась и заплаканными глазами посмотрела на подругу. — Аня! — Вершинина бросилась ей в объятья. — Он и ребенка моего убил… — всхлипывала девушка. — У тебя еще будут дети. От Лёши будут. — успокаивала ее Аня. — Не будет. — Не говори этого? — блондинка отстранилась от рыжей. — Хочешь я позову его и Пашу? — Не зови! Никого не хочу видеть.

***

Прошла неделя. Настя всё это время пролежала в больнице и ни с кем не виделась. Девушка никого к себе не подпускала, лишь иногда звонила брату, чтобы он не беспокоился за нее. Настя стояла в палате и смотрела в окно. Она наблюдала за тем, как срывается снег. В голове мысли все перемешались. Она избавилась от своего назойливого мужа-психопата, но легче от этого не стало. Двери в палату открылись и перед девушкой появился врач. — Анастасия, как вы себя чувствуете? — Уже намного лучше. — улыбнулась рыжая. — Тогда вы можете выписываться. Я позвоню вашему брату, он заберет вас. — Не нужно, я сама доберусь до дома. Хочу сделать для него сюрприз. — Как знаете. — сказал доктор и покинул палату. Настя быстро собрала все вещи и за считанные минуты оформила выписку. Вершинина шла по коридору больницы и столкнулась с Таней. — Таня? — удивилась Настя. — Извини… Ты всё ещё здесь? — Как видишь. Я не совсем поправилась. Ты как? — поинтересовалась блондинка. — Нормально, выписали меня. — Домой к Паше пойдешь? — Нет, мне там делать нечего. Хочу покончить с прошлым… — Таня непонимающе посмотрела на блондинку. — Ладно, мне пора. Еще раз, извини. — Это я должна просить прощение. Мне жаль, что всё так вышло. Я понимаю, как тебе тяжело сейчас. — рыжая грустно улыбнулась девушке на прощание и покинула больницу.

***

Задумчивый Паша сидел с мобильным телефоном в руках у себя в комнате и пятый раз набирал номер сестры. Телефон девушки был выключен. Странное волнение сжало его сердце. Разные мысли крутились у Павла в голове. Парень задумался, и так увлекся этим процессом, что не заметил, как в комнату вошла Анна. Блондинка села возле Вершинина и обняла его за плечи. Паше удалось расслабиться в её объятьях, но волнение не покинуло его. — Аня, зачем она так делает? Зачем заставляет меня волноваться? — задавался вопросом блондин. — Ей не просто, пойми. — ответила Аня. — Представь, что было, если бы это был Лешин ребенок. — Я бы наблюдал ещё за Лешиными страданиями. — Всё бы было ещё хуже… Антонова задумалась. По её белой щеке скатилась слеза, которую она быстро смахнула. — Я ведь был бы хорошим дядей, да? — тревожно спросил Паша. — Да, самым лучшим. Но всё еще впереди. Ты и папой станешь, когда-нибудь. — Аня крепко обняла парня, а тот прижался к ней и улыбнулся. После небольшой паузы она добавила: — Поезжай к Насте. Увидишь её, успокоишься…

***

Паша послушал свою девушку и решил навестить сестру. Он шел по коридору больницы и направлялся в знакомую палату. Зайдя туда, парень обнаружил пустую комнату: кровать была заправлена, вещей не было. Блондин вышел в коридор и остановил мимо проходящую медсестру. — Извини, в этой палате лежала моя сестра, а теперь её и даже её вещей нет. Не знаете, где она? — Нет, значит выписали. Не отвлекайте меня! У меня работа! — женщина последовала дальше и скрылась за дверью одного из кабинетов. — Выписали? Как это может быть? — раздраженно пробормотал Павел. Он полез в карман куртки за телефоном и набрал номер друга. — Алло, Лёха. Настя не приезжала домой? — Нет. А должна? — послышалось в телефонной трубке блондина. — Я уже и не знаю… Ладно, позже перезвоню. Парень скинул трубку, и сзади к нему подошла девушка, Таня. — Привет, Паша! — тот обернулся, посмотрел на блондинку и кивнул ей. — Ты зачем здесь? — К Насте. Зачем еще? — голос Паши показался грубым. — Её выписали, она уехала. — Когда? Куда? — встревожился парень. — Больше часа назад, но куда не сказала. Она сказала, что домой не поедет. — рассказала Таня. — Чёрт! Только не это… — сказал Паша и помчал к выходу. — Что это значит, Паш?! — кричала девушка ему в след, но он не слышал. — Неужели Настя…

***

Анастасия гуляла по ночной Москве. Зимой темнело слишком рано, что нравилось девушке. Она шла по заснеженным улочкам, проходя через темные дворы, совсем не боясь ничего и никого. Рыжая была не совсем трезва. Она держала в руках бутылку красного вина и делала глоток за глотком. Параллельно, делая шаг за шагом, и приближалась к многоэтажному дому. Она зашла в знакомый подъезд, вызвала лифт и через минуту оказалась на последнем этаже, а затем на самой крыше. Снег мел девушке прямо в лицо. Снежинки цеплялись за ресницы и таяли. Растаявшие снежинки смешалась со слезами и скатились по её щекам. Девушка остановилась на краю крыши и посмотрела на творение напротив её. На старое граффити, нарисованное Лёшей. Девушка с теплой улыбкой на лице вспоминала счастливое, беззаботное время с Лёшей. Но стоило «вернуться» Насте в суровое настоящее время, на её лицо ложилась тень тяжкой заботы. Вершинина выпустила бутылку вина из рук. Снег окрасился в красный цвет, а девушка встала на самый край крыши и вздохнула тяжёлый, зимний воздух. Настя обхватила живот руками и закрыла глаза. — Мой малыш, тебя убили. Твой отец — мой муж убил. У тебя бы мог быть другой папа… Лёша. Но ты ему не нужен был бы, а теперь тебя нет. — плача говорила девушка. — И меня не будет. Я буду с тобой… Не с любимыми людьми, но с тобой. Тебя я тоже полюбила. Настя расставила руки, будто расправила крылья. Снег осыпал её и таял, но она уже не плакала. Один шаг и ей станет легче. Насти не будет — всем будет легче. Она упадет, как комочек снега и разобьётся. «Уж лучше убить себя так, нежели позволить кому-то убить себя морально.» — думала Настя. Девушка подвинулась ближе к краю и сделала последний вдох. Одно движение и Настя падает её хватают за руку, она падает в объятья брата. Паша обнял сестру и гладил её по влажным волосам. Настя сильнее зарыдала. — Тише-тише… Всё прошло. — Паша не заметил, как по его щеке скатилась слеза или же растаявшая снежинка?