Моя госпожа - садистка.

       И вот прозвенел звонок, все не спеша пошли на урок. — Госпожа, ваша горничная всё сделала, — со смехом сказал Нацу, сев за соседнюю парту.       По лицу Люсьены про бежала еле заметная улыбка. В класс вошёл учитель. — Староста, начинай. — не сбавляя шага, сказал он. — Встать! — класс встал. — Покло… — хотела сказать Леви МакГарден, но её жёстко прервали. — А что же, учителя теперь опаздывают? — не вставая, с наглой улыбкой на лице сказала блондинка. — Нет, просто ученицы теперь хамки. Урок начался. — Учитель, — мило улыбнулась Сердоболия. — У вас такая интересная коробка на шкафу, что же там? Весь класс, все тридцать человек посмотрели на шкаф, на которой стояла коробка с сердечками. По классу пошёл громкий шёпот. «А ведь Сердоболия права, учитель извращуга...», «А может, сенсей гей?» — но об этом говорили только девушки. — Простите, могу ли я выйти? — вежливо поинтересовался Драгнил. — Живот болит. — Да, конечно… — растерялся учитель. Драгнил вышел из класса. — Ой-ой, неужто наш сенсей гей? — невинно спросила Люси. От неожиданности дар речи у преподавателя пропал. Тут из его рюкзака начал доноситься звонок. На звонке стояла песня «мама, я гей, папа, я гей», к тому же, телефон был в чехле из презерватива — класс залился смехом. — Алло… — дрожащим голосом произнес он. — Вы верите в бога~? — прозвучал мелодический голос. Преподаватель облегченно вздохнул. — Господин, вы верите в бога? — Кто же вам позвонил, учитель? Неужели ваш партнер? — засмеялась Люси. — Сейчас я включу громкоговоритель, и вы узнаете, что я не гей! — сдался он. — Алло котик, иди сегодня ко мне. Я обещаю — ночь будет незабываема… — говорил сладкий гомасячий голос. От таких слов мужчина в немом крике открыл рот, тем временем как класс умирал со смеху. — В-вы ошиблись номером. — дрожащим голосом сказал сенсей. — О, мой сладкий учитель французского, я никогда не ошибаюсь. — сладко продолжил говорить парень. — Учитель, можно выйти? — с милой улыбкой по интересовалась Локсар. Мужчина только кивнул, он ещё не отошёл от звонка… Джувия же, не мешкая, удалилась. — Учитель, зачем вы ставите громкоговоритель, когда вам звонит ваш возлюбленный? Это не красиво, ведь вы ранили его чувства! — сказала Люси со слезами на глазах, а под партой сжимала вату с водой. Сразу после её слов в кабинет зашёл школьной психиатр, сзади него шла Джувия. На столе лежал телефон в использованном гандоне, парты учеников были отодвинуты в конец класса, сами же ученики были испуганными и о чем-то бурно шептались. Одна Люсьена сидела, не двигаясь, за партой. Недавно вошедший в класс мужчина грустно посмотрел на преподавателя французского, ведь он тоже не мало страдал из-за Сердоболии… Но это останется между ними. — Извините, так что там в коробке? — мило улыбнулась блондинка. Психиатр кивнул, и учитель понял, что этого не избежать… Потянув коробку на себя, его вдруг осенило — в коробке было вырезанной дно. Но было поздно, на несчастного полетели презервативы, секс-игрушки, камасутра, короче, много чего интересного. Тут пришёл Нацу, с… директором. Учитель и ученица в кабинет. Но кому поверят: пятому, за месяц, учителю по французскому, или дочери друга директора? Спустя пятнадцать минут в этой академии стало на одного учителя меньше. С довольной моськой, наша героиня идёт по коридору. В буфете её ждут Грей и Джувия. За ней весело идёт Нацу, тиская уличного кота, у которого от ласк Драгнила глаза из глазниц вылазили. Следующий урок был любимым развлечением Люси — визажирование — урок, на котором учатся делать правильный макияж. Тем временем, все парни из её класса идут на программирование. Сегодня она унизит Минерву до уровня бетона подвала школы. Придя в кафе, Люси быстро нашла Локсар, которая с кем-то дралась. — Крашенная сука! — орала Джувия, вырывая волосы сопернице. — Патаскуха! — кричала девушка, делая тоже самое, при этом кусаясь. Подойдя ближе, Люси увидела большой ком, катающийся по полу. Все ученики старались как можно быстрее пройти мимо, мало ли, вдруг их заденет эта сумасшедшая парочка. В комке присутствовала синяя шевелюра Локсар и патлатая голова какой-то ученицы. — Тварь! — визжала розоволосая. — Мразь! — отвечала криком Джу. Проблему надо было как-то решать, и Сердоболия это понимала. Подойдя к ближе, она наткнулась на беловолосого парня, в котором узнала двоюродного брата Фуллбастера. — О! Лион, приветик. Как дела? — улыбнулась кареглазая. — Всё блестяще. Говорят, у нас следующего урока не будет. — радостно уведомил Вастия. — О, походу французского. — хихикнула блонди. — Спасибо! Я уже знаю, почему у нас его не будет. — ухмыльнулся парень, и спустя пару секунд он понял, что его девушка порядком разгромила половину столовой. — Шерри, успокойся. Ноль реакции. Грей и Лион переглянулись и побежали разбирать девушек. Спустя пару минут в руках парней брыкались две бестии, пытаясь расцарапать лица друг другу. — Сука продажная! Позор семьи! — кричала Джу. — Да кто бы говорил! В своей ничтожной жизни ничего не добилась, и не добьёшься. — отвечала Шерри. Еле-еле, мальчики всё же оттащили Бленди и Лосксар друг от друга, пытаясь успокоить. До Люси дошло — сегодня ей не удастся пообедать. Зайдя в кабинет визажирования, Сердоболия увидела тему: «парное занятие». Под темой висела таблица пар. Люси/Юкино; Минерва/Джувия; Леви/Эрза… Мда, наша героиня ожидала, что она будет с Джу, или Минервой. Однако блондинка была оптимистично настроена, и ничего не могло испортить её радужный настрой. «То, что я в паре с Юкино, лишь немного взбесит Минерву, и расстроит парня белобрысой…»: злорадствовала златовласка. Прозвенел звонок, класс разделился на парней и девушек — парни пошли на курсы по программированию, а девушки на визажирование… Минерва делала «уля, макияж по-готический» Джувии. А Сердоболия, с вдохновением, красила Юкино. Зеркало от бедной девушки блондинка предпочла отвернуть. Сев в угол класса, Люси начала свою шалость. Спустя тридцать минут все начали показывать друг друга. Локсар более-менее шел готический мейк-ап. У Орланд было бледное лицо и тёмные оттенки, что придавали ей мрачный вид, хотя она и так была мрачнее тучи. Леви и Эрза накрасили друг друга весьма не плохо. У МакГарден был легкий макияж, а у красновосая и без макияжа готики была весьма устрашающей. Когда все увидели Юкино, класс озарился смехом. Губы Агрии были апельсинового оттенка, глаза сверху и снизу подведены голубыми, сиреневыми, синими и немного зелёными цветами, а на щеке возвышалась надпись «Юкино Агрия — птица редкая, тропическая.» — Нафига ты это сделала? — темноволосая была вне себя от ярости. — Как ей теперь до туалета идти? А если кто увидит? — Ой, да не парься ты, она так дня три ходить будет. — улыбалась Люси, держа между пальцев водостойкие, не смывающиеся фломастеры, и скрестила руки на груди. — Я гарантирую. На глазах Юкины появились слёзы, и она жалобно посмотрела на учителя. А что учитель могла сделать? Если она тронет Сердоболию, идти ей следом за учителем французского… Прозвенел звонок. Юкино идёт в белой маске, которая скрывает часть её лица, и солнцезащитных очках. Когда Роуг увидел, в каком состоянии его девушка, был невероятно зол, а после того, как Минерва всё рассказала Чени и Эвклифу, оба готовы были разорвать в клочья Сердоболию. По коридору мчится Локсар, но к стенке её прижимает Агрия. Все знали Юки как добрую и спокойную девушку. Беловолосая крепко сжала горло Джувии, однако, найдя в себе силы, синеволосая стянула маску с лица Юкины. Теперь все видели мейк-ап несчастной. Белобрысая закрывала руками лицо, не сдерживая слёз. Роуг незамедлительно подошёл к своей девушке и крепко обнял её, кинув призренный взгляд на обидчиц. Вдруг из-за угла по слышался щёлк фотоаппарата. Фото на стенах им были на завтра обеспечены. Стинг злобно посмотрел на Сердоболию, и не сдержав злости выхватил фотик и бросил его на пол, растоптав столь дорогое чудо техники. Люсьену это ничуть не смутило, достав смартфон она с ухмылкой сфоткала парочку. Замахнувшись, Эвклиф хотел ударить кареглазую, однако, его рука застыла на месте, так и не достигнув своей цели. — Слышь, блондин, — прозвучал грубый бас за его спиной. — Тронешь её — я тебе обещаю, увечий хватит на всю твою никчемную, жалкую жизнь. — Драгнил угрожающе смотрел на Стинга. — А я вижу, ты не робкого десятка, — ухмыльнулся белобрысый. Интрижечка…