Моя госпожа - садистка.

И вот наша героиня стоит перед кабинетом директора, на лице видна самодовольная ухмылка. За ней, присев как шенок просящий еды со стола, устроился Драгнил. — Нацу, открой мне дверь, — поправив волосы сказала Сердоболия. — Моя госпожа, Вам не кажется, что Ваша юбка весьма коротковата? — спросил сакуроволоссый. — Нет, — девушку передёрнуло. Но в надежде услышать комплимент о своих красивых ножках, Люси спросила: — А что? — Даа не, ничё… — протянул парень. — Нацу, говори, что хотел сказать! Это приказ! — Госпожа, — парень приблизился к блондинке, на щеках Сердоболии появился нежный румянец, атмосфера была романтичой. Поэтому Драгнил продолжил. — Если присесть сзади, то видны Ваши труселя. — Пош-ляк, — по слогам сказала Люсьена спокойным голосом. Войдя в кабинет директора Люси осмотрелась, давно она тут не была… За столом с загипсованой рукой сидел директор. Перед ним на столе лежала пачка бумаг, а вокруг были разбросаны конверты от писем. — Люси, ты знаешь, что произошло? — директор строго смотрел на блондинку. — Ну, много чего… — Люсьена Сердоболия! — воскликнул Макаров. — В этом заявлении сказано, что ты морально унижала своих подопечных и других учеников! — Мне очень интересно, чьё оно. — спокойно сказала девушка. — Минервы Орланд. — мужчина протянул ей листочек. — Как курица лапой, — усмехнулась она, смотря на почерк бывшей слуги. — И что? Вы накажете меня? Заставите отдраять всю школу? — вскинула брови блондинка. — Нет, — ответ директора заставил Люси спокойно выдохнуть. — Я всего-лишь впишу тебя в состав студенческого совета, — спокойно сказал старичок, что-то записав на листке. — Что?! Нет! — завопила девушка. — Я не хочу в студсовет! — Люси, — поднял на неё глаза директор. — Ты лучшая ученица школы, и поэтому просто обязана состоять в совете. Это не обсуждается. — Нуу… — краснея от злости выдавила она. — Лааадно, — прошипела Сердоболия. — Кем хоть я буду? — Президентом. — как ни в чём не бывало ответил Макаров. — Что? Но ведь Жерар президент студсовета! — удивилась Люська. — Да. Фернандес на неделю уезжает, и ты на это время займешь его место. — О боже, дедуль, не пугай так! Я уж думала, что придётся долго протирать зад в этом забытом всеми студсовете… — Пф, не надейся на пощаду. На следующей неделе фестиваль, поэтому сегодня ты освобождена от занятий вместе со своим слугой, и прямо сейчас обязана отправиться домой к Жерару, потому что его самолёт через четыре часа, а вы ещё должны обсудить подготовку фестиваля. — Четыре?! — воскликнула Люси. — Так, Нацу, бегом за мной, мы едем к Жерару! — с этими словами Люси выбежала из кабинета директора, а за ней — на четвереньках, её слуга. Знали бы они, что за дверью пряталась одна аловолосая особа, которая «случайно» подслушала их разговор.

***

Люси грациозно вышла из машины, за ней — на четвереньках, её слуга. Она остановилась перед красивым двухэтажным домом, принадлежащему никому иному, как Жерару. — Позвони. — приказала Драгнилу она, указывая на дверной звонок. — Аааа, так это цветочки, а я думал, что ваши трусики в белую крапинку. — произнес он, сидя как щенок и вглядываясь в труселя госпожи. — Извращуга! — заорала блондинка. Тут дверь открылась, и на пороге стояло что-то… Как позже оказалось — это был Гажил. Просто волосы не расчёсывал пару часов, в следствии сбора вещей из-за временного отъезда его господина. — Дай угадаю, — приложила палец к губам Сердоболия. — Ещё ты не плачешь потому, что тушь потечет? — Ха-ха, как смешно, — саркастически прошипел брюнет. — проходите, Жерар ждёт. Дом оказался невероятно красивым внутри, чего не ожидала Люська. — А где твоя будка, Гажил? — съязвила блондинка. — Господин Жерар ожидает вас. — фыркнул Редфокс. — Господин? Буха-ха, а вы теперь как в гейских книжечках в ролевые игры играете? — начала язвить блонди. — Ты — бездомный пёсик в облике человека, а он — твой спаситель, и приютил тебя, когда тебе было холодно, и теперь у вас связь пса и господина, дружба и приязнь. А может вы уже перешли на более интересный уровень отношений? Жора с тобой нежен? Особенно ночью… — Заткнись, и иди внутрь. — зло сказал Гажил. — Прости, если я на что-то личное надавила, и что-то лишнее сказала. — тихо сказала Люси, но вдруг на лице появилась ухмылка. — А я очень много узнала, интересный, однако, у тебя синячок на шее. — от этих слов, глаза брюнета покраснели от злости. — Госпожа, а вы не хотите и себе такой синячок? Как вам идея, что я поставлю вам более десяти таких засосиков, а может и больше, и в более интересных закрытых одеждой от глаз мест? Мне кажется, я уже готов! — радостно, будто пятилетний ребёнок кричал Драгнил, от чего вводил Люси в краску. — О, Люсьена Хартфилия. Звезда ночи, звезда дня. Ты ночью небо можешь освещать, а днём и солнце тебе не ровня. — сзади стоял сам ваше высочество пидо… Кхм-кхм, Жерар Фернандес. — Здравствуй, Жерар, я тоже рада тебя видеть, с нашей последней встречи прошло достаточно много времени. — от такой вежливости челюсть Нацу пошла на свидание с полом. Но Люська делала вид что не замечает этого. — Надеюсь, та аловолосая дикарка тебя больше не беспокоит. Не хочешь повторить то, что мы не закончили в прошлый раз? — После последней реплики, глаза Драгнила увеличились раза в три-четыре, а Гажил подавился воздухом. — Люси, я не против. Ты была такой страстной, и в то же время милой, когда унижала ту никчёмную простолюдинку. Ты такая добрая. — Нацу, ровно как и Гажил, был в шоке. — А ведь ты могла бы с ней и более жестоко обойтись: к примеру — показав всем фото с её тайного блога. — лыбился Фернандес. — Ну разве над убогими смеются? Над ними же бог уже посмеялся. — как представитель сбора денег для приюта бездомных животных, сказала Люси. — Ну, если на чистоту, то я напрочь об этом забыла. — Люси, ты ещё можешь так легко и честно высказать свои мысли, такие люди очень редко встречаются. — Жора забыв обо всём обклеивал Сердоболию комплиментами. — Доо… (не ошибка, выражает и иронию и согласие) — состроил умную рожу сакуроволосый. — Люси у нас пример бескорыстности, честности, праведности, доброты, чистосердечности, — от попытки Нацу сказать комплимент, Люси чуть ли не вырвала. — и множество других похожих слов, которые напрочь не соответствуют характеру моей госпожи. — Гажила скрутило от смеха, Жору исказило, Люси ухмыльнулась. — Нацу, ты что, меня не ценишь? — с серьёзным видом спросила Люси, хотя было видно, что сейчас Хартфилия будет валятся от смеха на полу вместе с Гажилом. — Люси, ты серьёзна, даже когда поднимают на смех. Ты так аристократична, когда отбросы делают весьма слабые попытки унизить тебя. — Жора ликовал. — Ты будешь идеальной женой. После этих слов все присутствующие подавились, кто кексиками, кто чаёчком. — Жерар, что это значит?! Обоснуй! — ярости Гажила не было предела, а Драгнил хлопал по спине откашливающуюся Хартфилию, которая изнемогала от смеха. — Гажил Редфокс, разве ты не знаешь, что будущий глава семьи Фернандес, помимо слуг, обязан обзавестись милой продолжательницей нашего рода. Я что-то новое для тебя открыл? — слова Жорика были и смешными, но в то же время и слишком резкими, так что Гажил загрустил и пошёл принести списки того, что должно быть на фестивале. — Жерар, мне кажется, что ты переборщил. Гажил явно дорожит тем, что именно ты его хозяин! — резко вспылил Драгнил. — Разве простой раб может за что-то держатся и чем-то дорожить? — с надменным взглядом, Жорик сверлил Нацушку. — Слуги созданы для удобства господ, и ни как иначе. Разве не таким принципом ты живёшь, Люси? — А? Что? Ах, да. Да, конечно, всё абсолютно так как ты сказал… Но мой холоп в чём то, да прав, не находишь? Ведь именно от нашей благосклонности, доверия и милости, слуги могут себя уверенно чувствовать, и только так они готовы нам служить. — слова Хартфилии трогали сердце Жерара, а у Драгнила от неожиданных слов хозяйки румянец появился, но ох уж этот талант всё портить. — Они могут только так: слушать нас и служить долго и преданно, словно пёсики, которые приносят тапочки или дают лапку своему хозяину. А Лохматый явно выглядит подавленным. В дверном проёме появился Лохматый, в руках у него была стопка необходимых документов. — Вот, здесь — план того, как должен выглядеть фестиваль, здесь — список школьных клубов и кружков, здесь — идеи, как распределить местоположение классов… — Гажил подробно рассказывал где, что и как, ведь… Ведь через полтора часа они должны сидеть с господином в самолёте. Вдруг мобильный блонди завибрировал. Встав и не сказав не слова, Люсьена удалилась. До её прихода ни один человек и словом не обмолвился. — Кхм, хм. Гажил, залупа ты сахарная, пойди позови Люсичку. — лицо Жерара напоминало стухший помидор на солнце. Но счастью брюнета не было границ, ведь хозяин лишь иногда так хвалил его. А что до Драгнила, то он корил себя за то, что не записал на диктофон эту цитату того надменного петуха. Спустя пару минут пришла Хартфилия, и услышав ещё множество несвязанных между собой комплиментов, вместе с Нацу и пачкой бумажек пошла домой. А слуга Жоры понял что через двадцать минут уезжает самолёт и, подхватив чемоданы и хозяина, понёсся в машину.       В тот день, а точнее вечер, Люси сидела допоздна, раздумывая о празднике. Нацу спал за ней, на её кроватке вместе с блохастым, но до жути милым котёнком. Гажил был вне себя от счастья, и уснул, облокотившись на господина. Жерар, улыбаясь, раздумывал о словах Люськи и её холопа. А одна длинноволосая особа молилась, смотря в небо, где только что пролетел самолёт, и молилась она… что бы та белобрысая обезьяна ничего не напутала!