Болезнь Билла

      Торговый центр, в который отправились парни, находился всего в двадцати минутах езды на машине. Но в этот раз им удалось приехать намного раньше, чем обычно. Сложившаяся ситуация очень обрадовала парней, но ненадолго.       Диппер довольно долго искал место, где бы он мог припарковать машину. Он ведь неспроста всё время подгонял Билла, так как понимал, что в торговом центре всегда очень много народу, а значит и машин примерно столько же. А в выходные дни сюда приезжает ещё больше людей, и найти свободное место после одиннадцати часов утра — просто невыполнимая задача.       Но всё же после десяти минут поисков Дипперу удалось найти свободное место, и он уже хотел припарковаться, но не успел. Прямо перед его носом какой-то мажор на дорогой машине его опередил. Парня это очень сильно взбесило, и он решил сказать этому человеку пару «ласковых» слов (хотя Билл просил этого не делать). — Ты чё делаешь, придурок! Да, я к тебе обращаюсь. Ты что, не видел, что здесь уже я собирался припарковаться? Между прочим, это место я первый увидел! — произнёс Диппер, которому было плевать на то, что о нём подумают.       В ответ парень услышал практически то же самое, только в ещё более грубой форме. Но Диппер не хотел сдаваться. Он заставит этого олуха убраться куда подальше. — Засунь свои слова, знаешь, куда? Если ты сейчас же не дашь мне припарковаться, то, я тебе обещаю, ты потеряешь своё самое главное достоинство, — пригрозил Диппер, который в этот момент был сам на себя не похож. Билл был просто в шоке от слов парня.       На секунду он даже подумал, что перед ним не его стеснительный мальчик, а кто-то другой. Хотя Биллу он нравился и таким. Кстати, ему тоже захотелось кое-что сказать тому парню. — Ты слышал, что сказал мой парень? Проваливай, — сказал Билл, подмигнув Дипперу.

***

      Парень-мажор не стал дальше спорить с Диппером и Биллом и быстро удалился, чтобы не услышать что-то подобное в свой адрес. А Пайнс успешно припарковался и, выйдя из машины, направился вместе со своим возлюбленным в торговый центр.       Несколько минут парни просто шли молча, ничего не говоря друг другу, но Билл всё же решил нарушить эту тишину. — А знаешь, я даже и не представлял, что ты можешь так грубо с кем-нибудь разговаривать. С каждым разом, Ёлочка, я узнаю о тебе всё больше нового, — сказал парень, очень смутив Диппера.       Пайнс вообще не понимал, почему у него вырвались те слова, которые он сказал тому парню. Он просто не хотел потратить кучу времени на то, чтобы найти свободное место. — Ну ты же знаешь, что обычно я так себя не веду. Просто тот парень реально вывел меня из себя. Ненавижу этих богатеньких сыночков. Без обид, Билл, — произнёс Диппер, зная, что Сайфер тоже раньше относился к «богатеньким сыночкам». Но всё это уже в прошлом. И, к слову сказать, парень никогда не чувствовал себя таким. — Да ладно, всё нормально. Кстати, а если бы он не уехал, ты бы реально сделал с ним то, что обещал? Ну, то, что он потеряет своё самое главное достоинство? — спросил Билл, заставив Диппера смутиться ещё больше. — Ну, наверное, нет. «Это» я бы доверил тебе.       От слов, сказанных Диппером, Билл остановился и вопросительно посмотрел на него. Он не ослышался? Дипперу было ужасно неловко от того взгляда, с которым на него смотрел Билл. — Так, Ёлка, я чего-то не понял. Ты что, думаешь, что я садист? — А что, нет что ли? Ты разве забыл, как изнасиловал меня? — ответил Диппер. — Ёлка, ты опять? Зачем ты снова напоминаешь о моей самой ужасной ошибке за всю мою жизнь... То, что я тогда сделал, было чудовищно, просто отвратительно. Несмотря на то, что я извинялся перед тобой уже раз сто, я понимаю, что ты никогда не сможешь забыть этого. Ты не представляешь, как сильно мне жаль. Не знаю, что мне ещё надо сделать, чтобы ты меня простил, — сказал Билл, не веря в то, что Диппер считает его садистом.       Хотя отчасти оно так и было. В юные годы Сайфер был, можно сказать, каким-то маньяком. Страшно представить, скольким людям он причинил жуткую и невыносимую боль, сколько жизней погубил... Сейчас он ужасно жалеет обо всём, что когда-то сделал. Но, увы, ничего изменить он уже не может, и ему приходится жить с осознанием того, что он такой вот мерзавец, которого по каким-то неведомым причинам до сих пор не упекли в психушку. — Кстати, если ты считаешь меня садистом, то знай, что я считаю тебя мазохистом. И не обижайся на меня, потому что это чистая правда.       Диппер ничего не ответил, хотя понимал, что Билл прав. Псих-садист и парень-мазохист — просто отличная пара, не правда ли?

***

      Наконец парни подошли к дверям  большого здания, которое и было торговым центром. Они очень часто сюда приезжали, потому что только здесь можно было купить всё и сразу. Билл, если честно, любил этот торговый центр только из-за того, что здесь есть огромный кинотеатр, в который они с Диппером ходили пару раз.       Вообще Сайфер прекрасно понимал, что так просто отделаться ему не удастся, потому что он прекрасно знает, как Диппер выбирает себе одежду. Парень может часами ходить по магазинам, но так ничего и не выбрать. Но Билл надеялся, что в этот раз ему повезёт.       Зайдя в торговый центр, первое, на что обратили своё внимание парни, был огромный постер, оповещавший о выходе нового фильма, который Билл давно хотел посмотреть. Парень даже не сомневался в том, что ему удастся уговорить Диппера пойти на него, потому что тот был комедийным. Пайнсу вообще нравились кинокартины всех жанров, кроме, разумеется, фильмов ужасов. От них его, мягко говоря, всегда тошнило. — Ёлка, смотри, — произнёс Билл, указывая рукой на плакат, — на этой неделе выходит тот самый фильм, о котором я тебе говорил. Давай пойдём на него. — Знаешь, вообще-то мы сюда приехали не ради того, чтобы пойти в кино, не забывай об этом, — сказал Диппер, который в отличие от Билла не любил ходить в кино.       Раньше Диппер просто обожал кинотеатры, но всё изменилось с того злополучного дня. В тот вечер (это было примерно полгода назад) парни как всегда отправились на один интересный фильм. Всё было просто замечательно до того момента, пока они не услышали недовольные возгласы людей, которые сидели рядом с ними, в их адрес.       Билл очень часто любил целовать Диппера и другими способами проявлять свою любовь к нему на людях, чему тот был не рад. Он знал, что большинство людей ну очень уж отрицательно относятся к однополой любви. Сколько раз Билл ни говорил Дипперу не считаться с мнением окружающих, тот всё равно не мог ничего с собой поделать. — Ну, пожалуйста, ну, Ёлочка, давай пойдём в кино. Я ведь знаю, что ты хочешь увидеть этот фильм, — начал умолять Билл своего парня, стоя на коленях.       Диппер ужасно покраснел и не знал, что ему сказать, особенно когда на него смотрели проходившие мимо люди. Сколько парень ни уговаривал Билла прекратить это «представление», тот его не слушал. — Ну что, пойдёшь со мной в кино? — спросил Билл, который был уверен на все сто процентов, что Пайнс согласится. Парень, так же, как и Диппер, всегда добивался того, чего хочет. — Билл, я… наверное… Ладно, уговорил, я пойду, — наконец согласился Диппер. Он готов был абсолютно на всё, лишь бы только Билл встал с пола. — Я знал, что ты мне не откажешь, — прошептал парень на ухо Пайнсу и поцеловал его в щёку.       Диппер знал, что на самом деле хотел сделать Билл, поэтому он положил свои руки ему на плечи и втянул парня в страстный поцелуй. Своими мягкими губами он накрыл губы партнёра, полностью растворившегося в его объятиях. Поцелуй длился довольно недолго, но этого вполне хватило, чтобы удовлетворить желание обоих. Отстранившись, Диппер увидел на лице любимого очень довольную ухмылку. Парень обнял возлюбленного за талию и положил голову ему на плечо. — Хм, неужели моя любимая Ёлочка больше не стесняется меня? — спросил Билл, не веря в то, что Диппер, наконец, всё понял. — Я никогда тебя не стеснялся, — ответил Пайнс, обняв Билла в ответ.