Чашечка эспрессо для призрака.

— А у меня, знаешь, привычка выработалась расставаться с людьми, — поведала я, выдыхая клубок дыма. — Всё началось с пятнадцати лет, когда я познакомилась с одним замечательным парнем, ему было восемнадцать тогда. Мы в сети общались, чтобы ты понимал, я даже отчётливо помню дату нашего знакомства — 13 июля. Глупо запоминать такие мелочи, не так ли? — усмехнулась я и снова затянулась, продолжая смотреть на тёмный парк. Кажется, что собеседника и вовсе не было. Создавалось чувство, будто я разговариваю сама с собой. Да, так выглядело со стороны, ведь никто, кроме меня, не мог его видеть. А ведь он сидел рядом, всё тот же, неизменный. И этот человек спокойно слушал меня, не перебивая. Он не устраивал истерики по поводу того, что девушкам курить нельзя, за что я была ему безумно благодарна. — Нам не хватило шесть дней, чтобы отпраздновать большую дату — год, как мы общаемся. Хотя, всё начало рушиться ещё в ноябре, а февраль меня просто убил, — дрожащим голосом промолвила я и смахнула рукой подступающие слёзы. — Для тебя эти слова ничего не значат, уверена, но для меня… Он просто был рядом со мной и кое-как, но поддерживал, а большего мне не надо. Да, этот человек пропадал, неделями мог не появляться в сети, но всё равно он оставил огромный отпечаток в моей жизни. Это первый горький опыт, который будет меня преследовать до смерти. Мимо как раз проходила женщина, которая странно покосилась на меня. Она улыбнулась, явно заметив провод от наушников. В моей голове сразу же вырисовался вопрос: а если бы я не скрывалась? Музыка в наушниках не играла, это просто для других был небольшой спектакль, а то мало ли чего. Они могли вызвать даже работников психиатрической больницы, что ни в коем случае нельзя было допустить. Я уже смирилась, что сумасшедшая, осталось научиться с этим жить. — Он знал очень многое, ведь учился в пансионате. Только я заметила, что у него с медициной проблемы, с биологией, если быть точнее. Хотя один раз случилось так, что тема зашла о любви, и он назвал все элементы, которые входили в эту химическую реакцию. Я чувствовала себя глупой, общаясь с этим человеком. У меня были только суицидальные мысли, плохие оценки в табеле, депрессия и постоянные рамки в голове: нельзя курить, нельзя материться, противозаконно употреблять алкоголь и не дай Бог нарушить дресс-код. Честно, понятия не имею, почему он со мной общался, мы были из разных миров: у него богатая семья, знание английского, квартира, начитанность, отличные оценки, умственные способности и логика, а у меня же всё не так. Да, в его характере были недочёты, плюс проблемы со здоровьем и родителями. Идеальный человек с ужасной жизнью, он и внешне был красивый, — я выкинула сигарету в стоящую рядом урну и прокашлялась, откидываясь на спинку лавочки. — Глеб, ты никогда не поймёшь, что я чувствовала, да и я сама плохо понимаю. — Лиза, — окликнул меня собеседник, на что я моментально перевела на него взгляд. — Почему ты мне это рассказываешь? — Ты попросил поведать о себе, — мягко ответила я и вытянула ноги, смотря уже на них. — Вот именно, а ты рассказываешь о совсем другом человеке, — как-то строго подметил он. — Если ты слушал, то мог обратить внимание на информацию и обо мне. — О, да, Лиза, мне очень интересно узнать о том, что ты была тупой и страдала по какому-то тексту в интернете. — Это не просто текст! — воскликнула я и строго посмотрела на парня. — В этой всемирной паутине можно так разрисовать человека, что ты влюбишься в него без памяти. Там нет ни правды, ни сочувствия, ни понимания. Интернет — фальшивая копия реальности. Мы встретились взглядами, когда Глеб произнёс свою последнюю фразу, но я поспешно отвернулась, поражённая его словами. — А разве в этом мире есть правда? — тихо спросила я, поправив сползающие очки. — Нет, она есть в людях, — мягко ответил он, на что я усмехнулась и поднялась с лавочки. — Куда ты? — Домой, мне холодно. Ты же не чувствуешь этого всего, ведь так? Это был глупый вопрос, на самом деле. И это я смогла понять по тому, как он улыбнулся и вновь смахнул с лица мешающую чёлку. Я уже говорила, что он чертовски привлекательный? — Если под словом «всего» ты имеешь в виду холод или тепло, дыхание ветра или капли дождя, то ты совершенно права. Но я могу касаться неодушевлённых предметов, что хоть как-то разбавляет моё скучное существование. — Ты бы мог за это время много книг перечитать или путешествовать по всему миру! Наверняка, ты так и сделал. На этой реплике парень засмеялся, что заставило меня немного смутиться. Снова глупости говорю? Держи себя в руках, Лиза! — Иди домой, Элиза. Ты слишком устала, — с улыбкой на устах проговорил он, положив руки в карман своей толстовки. Я непонимающе взглянула на него, но не сдвинулась с места, всё также продолжая смотреть на Глеба. Но его сосредоточенный взгляд был направлен за меня, отчего я сразу поняла, что грядёт опасность. — Если я не ошибаюсь, то твоя мама направляется сюда, — спокойным тоном произнёс парень, на что я моментально обернулась и заметила своего родного человека. Итак, что она здесь делает, да ещё и с чемоданом? Мама помахала мне рукой, и я вяло улыбнулась, поражённая её неожиданному приезду. Сказать, что я была рада — это ничего не сказать. Она всё ближе подходила ко мне, а я хотела в этот момент испариться, как сделал это Глеб. Но была проблема: я же не призрак, меня все видят. — Привет, Элиза! — радостно воскликнула она и обняла меня, отчего я ещё больше впала в ступор. Это точно моя мама? Она никогда не проявляла ко мне нежности. — Привет, — кратко промолвила я и отстранилась от неё, чтобы снять наушники. — А ты что здесь делаешь? — Ой, нет, от тебя несёт сигаретным дымом! Снова взялась за прошлое? — сразу же упрекнул родной человек. Теперь это точно моя мама. Я чуть не закатила глаза в этот момент и не съязвила ей, но повременила с этим, зная, что у меня может быть ещё больше проблем. Вообще-то, я и не переставала употреблять никотин, но этого ей знать не стоит. Как и то, что у меня первые признаки шизофрении. — Чего не отвечаешь?! Стыдно матери в глаза смотреть? — повысила на меня голос она, смотря в упор. — Ты так и будешь кричать на весь двор прямо перед мимо проходящими людьми? — не сдержалась я и указала на прохожих. Отлично просто! Ещё и минуты не прошло, как она вычитывает меня! Как в друг в моём кармане завибрировал мобильный телефон, отчего я сразу же спохватилась и, даже не посмотрев на экран, приняла вызов. Кто бы это ни был, огромная благодарность ему. — Отпустите меня! Что вам нужно? — услышала я отдалённый голос Гали, а потом и её всхлипы. Послышался какой-то шум и то, как что-то стеклянное упало на пол и разбилось. Не было сомнений в том, что она в беде. Меня сразу же одолел страх, я просто приросла к земле, шокированная всем происходящим. Мама с испугом посмотрела на меня, и я выставила руку перед ней, мол, всё хорошо. Но на самом деле ничего хорошего не было: рыдания Гали не прекращались, а на пол падало всё больше вещей. Вдруг я прислушалась к голосу старшей официантки, которая шёпотом проговорила адрес. Этих слов было достаточно, чтобы я сбросила вызов и сообщила родному человеку, что мне срочно нужно на работу. — Но сейчас поздно! — воскликнула она, на что я отмахнулась и отдала ей ключи от квартиры, быстрым шагом направляясь на нужную улицу. Даже не раздумывая, я сразу же набрала номер полиции и доложила им о случившемся. Странно, что Галя позвонила именно мне, а не кому-то другому, кто реально мог бы помочь. Я тяжело вздохнула, собираясь с силами и выходя на главную улицу, ещё быстрее набирая темп. Что бы там сейчас не происходило, нужно быть в том месте. Но что я могу сделать сама? Стать свидетелем или заложником? Мне эта роль не нравится. — Паш, привет. Пожалуйста, скорее приезжай в кафе, — позвонила я бармену. — И без лишних вопросов. — Чёрт, Лиза, если это какая-нибудь мелочь, то ты мне поплатишься за это! — послышался недовольный тон парня и ещё какой-то отдалённый женский голос. Он хотел сказать что-то, но у меня не было сил слушать его упрёки. Я перешла на бег, всей душой ощущая, что если я этого не сделаю, то случится что-то ужасное. Мне нужно быть там как можно скорее. В крови бушевал адреналин, а голову забивали разные мысли. Я боялась, что могу не успеть, но вот к чему? Было ощущение, что я должна там быть, несмотря ни на что. Перебежав дорогу, я свернула на тёмный проулок, чтобы скоротать время, но меня резко остановила фигура, выросшая из ниоткуда. Я резко притормозила, чуть при этом, не упав, но меня придержал одной рукой за талию он. Я даже сквозь парку почувствовала его ледяные пальцы, отчего мурашки пошли по телу. Глеб находился достаточно близко, но никто из нас не собирался отойти друг от друга. Я, пытаясь отдышаться после такой физической нагрузки, к которой не привык мой организм, вопросительно посмотрела на него, ожидая хоть каких-то слов. И я их услышала, только к такой фразе точно не была готова: — Тебе не надо туда идти, — шёпотом проговорил он, смотря своими голубыми глазами на меня. Я потеряла дар речи, когда мой взгляд встретился с его. Я тут же попыталась отойти, но он не дал мне возможности, ещё больше притянув к себе. Я опустила голову, поражённая его действиями. — Пожалуйста, Лиза, иди домой, — тихо промолвил Глеб, и я почувствовала, как он рукой дотронулся к моим распущенным волосам, перебирая пряди. Прикрыв глаза, я сделала глубокий вздох, уже готовясь взорваться от переполнявших чувств. Сердце бешено колотилось в груди и, несмотря на холод, который царил вокруг, мне было слишком жарко. Но отдалённая сирена полиции вывела меня из этого омута, отчего я сразу оттолкнулась от него и отрицательно замотала головой. — Ты не обязана её спасать. Там опасно! — воскликнул он и развёл руками. — А ты не обязан меня контролировать и говорить, что я должна делать, а что - нет, — отчётливо проговорила я и прошла мимо него, с каждым шагом ускоряя темп.