Неожиданное появление

За запланированные два дня у меня не получилось закончить с машиной, так как Мария захотела проводить со мной больше времени. Точнее она всё-таки решила затащить меня по магазинам. И я согласилась, на свою глупость. Но сказала, что с одним условием. Я пойду как Анна. К моему счастью у меня в машине ещё валялись три комплекта маскировки, которая включала в себя линзы с подбором цвета глаз, а также фотовуаль. Все, конечно, удивились, но не стали спрашивать как я собираюсь это провернуть. Одев линзы и вуаль, я взяла телефон и сканировала лицо Анны, а после началось изменение. Через несколько секунд я стояла как две капли похожая на Анну. — Это какая-то иллюзия? Магия? — спросила Мария. — Нет, это техника. Разработка Старк Индастрис, к слову, Говарду не слова, — сказала я присутствующем. До магазина нас вез Джарвис, так как оказалось у Анны нет прав. До наших ТЦ местным магазинам далеко, но мы все равно пошли. Начали мы с платьев, которые были не совсем в моем стиле, но парочка мне всё-таки понравилась. Мария себе тоже купила несколько платьев, а также пару костюмов с юбкой. Мы также зашли в детский магазин, где купили десяток одежды для папы. А я прихватила детский набор инструментов. Бабушка ворчала, но не запретила брать. С большим количеством сумок мы направились на выход, где нас уже ждал Джарвис. Кое-как он их всё-таки запихал в багажник. — Смотрю поход по магазинам был успешным? — спросил Джарвис. — Ну не таким успешным к каким я привыкла, но не плохо. Я даже себе парочку платьев купила, — ответила я. — Это сложно назвать платьями, — сказала бабушка. — Это нормальные платья, — проговорила я. — В каком месте они нормальные? У всех декольте слишком глубокое, а длина? Два выше колена, а третье хоть и в пол, но с двумя разрезами по краям. Порядочная молодая девушка не должна так одеваться. Она должна быть скромной, — сказала Мария. — Я и забыла что попала в 20 век. Мария пойми, то что я купила это нормально. В наше время есть ещё более открытые, — ответила я. Бабушка хотела ещё что-то добавить, но не стала. Оставшееся время, пока не приехали, мы говори о планах на вечер. Я хотела уже закончить машину, а Мария хотела провести время вместе. — Мария, пойми, я не могу здесь остаться на долго. Во-первых, я могу случайно повлиять на прошлое, а значит изменю будущее. А во-вторых, я соскучилась по отцу, по Харли и Пеппер. По своему питомцу, — сказала я, заходя уже в дом. — Я знаю, что это эгоистичное желание, но я не хочу, чтобы ты уходила, — ответила бабушка. — Мне тоже не хочется уходить, но там мое место и там люди, которые мне дороги. И за них, за их безопасность отвечаю я. — Но давай хотя бы ещё пару дней ты побудешь здесь, с нами, — предложила бабушка. — Хорошо, но вначале я закончу с машиной, — проговорила я и направилась в гараж. С машиной я провозилась весь оставшийся день, и наконец-то закончила. Конечно, хорошо бы сделать пару опытных вариантов, но я решила обойтись без них. Выйдя из гаража, я пошла на кухню в надежде что-нибудь поесть. Но кухня оказалась не пустой. — Здравствуйте, Говард, — сказала я. — О, здравствуй, Габриэла, — ответил он мне. — Я закончила с машиной, поэтому если хотите её осмотреть, то лучше сегодня. Завтра или послезавтра я вернусь в свое время, — проговорила я. — Замечательно, тогда можем приступить сейчас, — сказал он. Захватив пару бутербродов и кофе, я вернулась в гараж вместе с Говардом. — Вы пока осматривайте, а я приберусь немного. Чуть больше часа Говард осматривал машину, заглядывал везде, куда только можно. Я же закончила с уборкой. Осталось только вернуть отвёртку и тетрадку обратно в бардачок. — Говард, положите, пожалуйста, вот эти вещи в бардачок, — попросила я и протянула тетрадь с отвёрткой. — Хорошо, — ответил он мне и забрал вещи. Но положил не сразу, его привлекла отвёртка, — ты знаешь, у меня есть такая же отвёртка, мне её Мария подарила как-то. И она в одном экземпляре, не конкретно модель, а вот из этих материалов и с поим почерком, — показал он мне надпись, но видимо не заметил остальные две, — мы тебя приютили, не отослали в ЩИТ, а ты решила воровать. Может ещё что-то украла? — Кем-кем, но воровкой меня ещё не называли. Это отвёртка из будущего, на ней есть ещё две надписи, а вот вашу я даже не видела, — спокойно ответила я. — - Тогда откуда она у тебя, если даже и из будущего? — продолжил расспрос Говард, уже выйдя из машины и встав напротив меня. — Посмотри на надписи. Ты вроде гений, должен догадаться, — ответила я. Видимо не суждено мне уйти отсюда оставшись практически для всех неизвестной. Да ещё и так по глупому спалиться. — Собственность ЭЭС и Собственность ГМС? Ну предположим, что первая это Энтони Эдвард Старк, но вторая? Не знаю, — сказал Говард. — Вторая это Габриэла Мария Старк, — дедушка удивлённо посмотрела на меня, — Ты подарил её своему сына в 4 года, когда тот собрал первую плату. Мне отец её подарил, когда я в 5 лет починила его ретро машину. Так что верни мне мою отвёртку, дедушка, — последнее слово я специально выделила. Забрав отвёртку и положив её в машину, я вышла из гаража, оставив Говарда одного. Зайдя на кухню, я поставила тарелку и чашку в раковину, а сама пошла в гостиную, откуда слышала голоса. Войдя в нее, я плюхнулась на диван м закрыла глаза. — Что случилось? — спросила Мария, держа на руках отца. — Я спалилась перед Говардом. Ну вот ведь надо было мне попросить его убрать вещи. Из-за одной долбанной отвёртки так спалиться, — встав с дивана, я начала возмущаться. — Габи, может объяснишь, что произошло? — спросила Анна. — Говард… — начала я, но была прервана Говардом, который войдя в гостиную, начал задавать вопросы: — То есть ты хочешь сказать, что ты моя внучка? И ты считаешь я тебе поверю? — Хочешь верь, хочешь нет, но это факт. Который был проверен и доказан, таким же скептиком Старком, как я и ты, — ответила я. — Раз ты закончила с машиной, то возвращайся в свое время, — проговорил Говард. Ну этого стоило ожидать, но вот Мария была не согласна. — Нет, Габи, пожалуйста, побудь здесь ещё немного, — попросила Мария. — Нет, я запрещаю. В моем доме нет место лгуньям, — возмутился дедушка. — Она не врёт. Это правда, Габриэла наша внучка, — встала на мою защиту Мария. — Я смотрю все знали, кроме меня, великолепно, — сказал дедушка. — Нет, только я знала, — ответила Мария. — Хватит, не хватало еще, чтобы из-за меня вы здесь поругались. Я это делаю только из-за Марии, если бы не она я со спокойной душой свалила бы прямо сейчас. Джарвис, Анна, вы можете пройти за мной и принять участие в одном тесте? — спросила я. — Да, конечно, — ответила Анна. — Мария, Говард, вы тоже идете, — проговорила я и пошла в сторону гаража. Войдя в помещение, я встала около машины и стала ждать, когда все войдут. — В вашем времени ещё нет такой вещи, как тест ДНК, поэтому доказывать буду по другому. Конкретно у этой машины ключа для её открывания, как и для заведения, нет, все завязано на моем ДНК. Кроме меня и моих родственников её никто не может открыть, если я не внесу ваше ДНК в систему. Никого из вас я не вносила в систему, поэтому открыть её могут только Говард и Мария. А Джарвиса и Анну я позволю, чтобы показать, что открыть её могут не все. Это единственный способ доказать родство, — сказала я. — И как она работает? — спросил Говард. — В ручке двери с водительского сиденья установлена система. При контакте с любым человеком, она быстро укалывает его тонюсенькой иглой и сразу сравнивает. Укол иглой вы даже не почувствоваете, — ответила я, — Анна, Джарвис начните вы. Подходя к указанной двери по очереди, они брались за ручку и пытались открыть, но у них не вышло. Когда я попросила это да сделать Говарда и Марию, это происходило сразу. Говард после этого ничего не сказал, кроме как разрешил мне и дальше здесь оставаться, а сам куда-то ушел. Мы же пошли пить чай. — Габриэла, не злись на Говарда. Ему сложно принимать, все что связано с семьёй. Он очень долго осознавал, что станет отцом, а тут буквально после рождения сына, узнает, что стал дедушкой, — сказала Мария. — Я не злюсь. Будь я на его месте, я бы тоже потребовала доказательства. Когда я досталась папе, он тоже не поверил, и только сделав нужный тест, поверил, — ответила я. — Это ненормально, — проговорила бабушка. — Это нормально, особенно когда на самого богатого и известного человека хотят скинуть ребёнка. После меня это происходило и не один раз, я уж не знаю, сколько было до меня. То придут и скажут, что беременны, то с грудничков. Это жизнь, и то что для одних считают ненормально, для других норма, — сказала я, а после встала из-за стола и направилась на выход из кухни. — Ты куда? — спросила бабушка. — До Говарда дойду, мне с ним нужно поговорить, — ответила я и пошла к кабинету, потому что обычно он там заседает. Постучавшись в дверь, я вошла и увидела дедушку сидящим в кресле с бокалом янтарной жидкости. — Что хотела? — спросил он. — Поговорить. Я слишком много рассказала и тебе, и остальным, мне надо удостовериться, что это не скажется против меня в будущем, — ответила я, подходя к Говарду. Дойдя до него, я забрала стакан и села напротив него. — Вообще-то это мое, — проговорил дедушка. — Было твое, стало мое, — ответила я, — я надеюсь, что ты понимаешь, что говорить о мне никому не надо. Как только я от вас уйду, вы должны сделать вид, как будто ничего и не было. И особенно ничего обо мне не говорить Тони. Растите его так, как будто не знаете, что у вас уже как-бы есть внучка. — Ты серьезно? Как ты себе представляешь это? Каждый раз проводя время с Тони, я буду знать что я буду/стал дедушкой, что однажды Стив Роджерс подерётся с моим сыном, и тот будет в коме, — сказал Говард. — Так вот в чем твоя проблема, не в отрицание факта нашего родства. А в том что это все так неожиданно. Ну уж извини, что ты об этом узнал, я вообще не планировала раскрывать факт нашего родства. А на счёт второго, то папа будет жить дальше, а эта кома она временная, она даже не опасная. А Роджерс получит по заслугам, не переживай. Это я могу обещать. Мне только нужно, чтобы ты оформил несколько документов и вшил в корку тетради, но так, чтобы об этом знали только мы с тобой, — проговорила я. — Я надеюсь это не что-то противозаконное, — спросил дедушка. — Нет, что ты. Всего на всего документы на имущество SI. Щит из вибраниума, который затонул с Роджерсом, должен не на словах, а на бумаге принадлежать SI, а значит нашей семье. Ещё бы было бы замечательно, если бы где-то в документах упоминалось о том, что Эрскин работал на SI, а значит все, что он придумал, изобрел в какой-то степени принадлежит SI. Получится? — обрисовала ситуацию я. — Думаю да, — ответил Говард. — Тогда у меня будет ещё одна просьба, и я оставлю тебя. Не останавливай поиски Роджерса. Ты должен его искать. При воспитании Тони, тебе придется упоминать Роджерса, хотя бы иногда. Рассказывать его истории, о его подвигах с Ревущими. Это должно быть в его воспитании, — проговорила я, и начала вставать, чтобы уйти. — Хорошо, Мария знает об этом всем? — спросил Говард. — Нет конечно, и не должна узнать, — ответила я. Уже открывая дверь, я услышала от Говарда: — Прости, что назвал тебя воровкой и лгуньей. — Я не обижаюсь. Выйдя из кабинета, я пошла в сторону детской, ведь должен же быть у меня компромат на папу. Зайдя в комнату, я увидела не только отца, но и Марию. — Ты от Говарда? Что он сказал? — спросила бабушка. — Да. Мы просто с ним поговорили, но этот разговор останется между нами, — сказала я и сфотографировала папу. — Что ты делаешь? — спросила меня Мария. — Я? Собираю компромат, чтобы потом папе показать. — Зачем? Нельзя сделать хорошие снимки? — Конечно можно, но так во-первых, не интересно, а во-вторых, у папы столько этого компромата на меня, что думаю мы будем в расчете, — проговорила я и сделала очередной снимок. — Ты ведь побудешь здесь ещё пару дней? — спросила Мария. — Завтра ещё буду, а послезавтра мне придется выдвигаться домой, — ответила я. Побыв ещё немного в детской, я решила пойти и поиграть на фортепьяно. Все равно нечем больше заняться. Сев за него, я начала с небольшой разминочки для пальцев. После нескольких сыгранных гамм, я начала играть ту песню, что сочинила Мария. Дойдя до сложного момента, который у меня очень редко получается, я попыталась сыграть его правильно, но в этот раз мне не повезло. Я запеклась на нем. — У тебя одна и та же ошибка. Ты слишком торопишься. Не спеши, пропускай всю музыку через себя, — сказала бабушка, стоя за моей спиной. Выслушав замечание, я начала пробовать этот момент ещё раз, но опять провал. — Давай я тебе покажу, — проговорила Мария. Бабушка отдала мне Тони, а сама села за инструмент и начала играть. Я старалась как можно внимательнее смотреть как она играет этот момент, но все равно не понимала, почему он у меня не получается. — А теперь давай сама попробуй, — сказала она мне и мы опять поменялись местами. Попытавшись сыграть, как это играла бабушка, у меня не вышло. Но я пробовала ещё и еще, пока не начало хоть как-то получаться. Мария говорила, где мне исправить, и я исправляла. Но потом Тони начал капризничать, и бабушка ушла его кормить. А я осталась дальше играть. Оставшийся день до моего отъезда проходил довольно разнообразно: утром я продолжала уроки игры на фортепиано, потом помогала с Тони, а вечером мы с Говардом торчали в гараже. А следующий начался с того, что я еще раз переговорила с дедушкой на счёт моей просьбы, а потом отдала Марии свои платья, которые были куплены здесь, чтобы она их убрала на хранение. Возвращаться в свое время я решила ближе к вечеру, а пока проводила последние часы в этом времени. В основном мы все сидели на кухне и просто разговаривали. Как-бы мне не хотелось остаться здесь ещё, но мне нужно вернуться в своё время. Когда настало время, я вывела машину из гаража и поставила системы загружаться. В это время я подошла к Говарду и Марии, к Ане и Джарвису, которые стояли на крыльце. Как только я подошла, то Мария меня крепко обняла. — Мы рады были познакомиться с тобой, жалко только, что так мало, — сказала Анна. — Передавай привет от нас Тони, — сказал Эдвин. — Мария, отпусти Габриэлу, — увидев на моем лице просьбу, сказал Говард. — Я буду скучать, — сказала бабушка и всё-таки отпустила. — Я по всем ват тоже буду скучать, — сказала я, а после пошла в машину. Не люблю прощаться. Пока загружались все системы, Говард и Мария все ещё стояли на крыльце. Перед тем как нажать на кнопку запуска, я бросила последний взгляд на бабушку и дедушку, и увидела как Мария стоит и плачет на плече Говарда. И я просто не смогла нажать на кнопку. — Черт! Сказала я и стала изменять дату перемещения. Выставив вместо февраля 2016 года, 14 декабря 1991.