Фотограф

Всю неделю Намджуна думал о том, что ему сказал Хосок… О том, что возможно, тот странный парень испытует к нему какие-то чувства… Хоби, как лучший друг, заметил неспокойное поведения Кима, поэтому решил, что тому нужно отвлечься.

***

-Джунии, ты слишком много думаешь, а молодость то проходит! Ты молодой, КРАСИВЫЙ студент, так почему бы тебе не сходить куда-то розвеяться! — радосно афишировал Хоупи, нависая на плечах друга. — Хося, дорогой, давай будем честными сами с собой. Во-первых, мне некуда идти. Во-вторых, мне не с кем идти, кое-кто ведь у нас затерялся в Бермудском треугольнике «Работа-танцы-дом» — с видом философа отмазался Намджун, который не изучал вообще никакого желания идти куда-то. — И вот тут ты обломаешся, Намджуна! В эту субботу я отметил все свои дела и мы идём на двойное свидание! — щёлкая по носу донсена, хитро заулыбался брюнет. — Что?! — поперхнулся своим кофе младший. — То есть, ЧЕГО?! КУДА?! С КЕМ?! С ЧЕГО ЭТО ВООБЩЕ?! ХОСОК, ТЫ ТУТ НЕ ЗДУРЕЛ ЧАСОМ ОТ ОДИНОЧЕСТВА?!!! — Мы пойдем сначала в парк, а потом в караоке тут по близости, возле лопшичной дядюшки Пака. Я иду со студентом второго курса, кстати твоего универа — Мин Юнги, ты — с кем повезёт, это уже его выбор, кого захочет, того и приведёт. Это всё, что тебя интересует? — с улыбкой до вух прощебетал явно влюбленний — Хосолнышко, чего ты лыбишся как дебил, ты понимаешь, что тянншь меня не понятно куда, не понятно зачем и главное, не понятно с кем?! — не мог угомонится Джун. — А что если он приведёт парня. Я как бы не гуляю по голубым полям, как некоторые, я по девочкам… — Если приведёт парня, то вы просто будете гулять как обычные друзья, чего ты психуешь, как баба? Разве что вас унесут голубые волны радужного океана. — затанцевал бровями Хоби, из-за чего получил по морде лежашчим рядом меню. — Ты не исправим, Хосоки… — вздохнул напоследок Ким, выходя из кафе. Теперь его мысли были забиты этим двойным свиданием. «Кто вообще придумал такую фигню? Зачем это вообще?» Поэтому даже на уже знакомый щелчёк фотоаппарата, мозг згенерировал только сухое «Боже, чувак, ты просто бог безпалевности»