Оставь её, тебе нужен я.

Иллюстратор вздрогнул. Знакомый голос заставил волну мурашек пробежаться по коже красноволосого. — Натаниэль…помнишь ты сказал мне…когда я удалю ту фотографию тогда и поговорим. Так вот…я удалил! Блондинка ухмыльнулась, так как знала, что к её телефону никто не прикасался и удались фото не мог. Но её не было. Хлоя стала беситься и кричать, вновь вспоминая своего отца — мэра. Куртцберг же с такой нежностью посмотрел на друга. С Иллюстратором связался Бражник и сообщил ему, что забирает силы назад. За мгновение Натаниэль перенёс пленных на мост, а сам… Не успел. Крылья, как и его силы исчезли, и парень полетел вниз. В воду. Очнулся красноволосый у себя в комнате. Вечер. Лёгкая прохлада касалась щеки парня, от чего тот жмурился. Мокрая одежда уже сушилась на верёвке, а возле кровати маленькие лужицы. Куртцберг поднялся с кровати. Он ничего не помнил, только необъяснимое чувство, вызванное падением. — Мам…- тихо произнёс красноволосый, но матери дома не было. Никого не было. Парень сел посреди комнаты на пол. Он хотел заплакать, но не мог. Слёз не было. Вдруг тишину прервал звук открывающейся двери. Вошли друзья Натаниэля, но сразу они его не заметили. Парень сидел в тёмной комнате, прижимая к себе колени. — Натан? Это ты? — проговорил Нино, всматриваясь вглубь комнаты. Куртцберг подскочил и подбежал к друзьям. — Вы… Вы пришли… Все до одного улыбнулись. Лука подошёл ближе к другу и крепко его обнял. — Не знаю помнишь ли ты, что я говорил, но всё-таки скажу вновь. Фотографии этой больше нет. Хлоя больше не будет тебя шантажировать. Красноволосый улыбнулся. Он почему-то помнил это. — Спасибо… — Так, ребята, давайте пить чай! Маринетт принесла много вкусностей со своей пекарни…-проговорила Аля и, взяв пакеты, направилась на кухню. Все пошли за ней. Все, кроме Луки и Натаниэля. — Я рад, что с тобой всё хорошо. — А я рад, что вы не бросили меня… Куртцберг поцеловал парня в щёку и хотел уже побежать на кухню, но его перехватил Куффен. — Почему ты не интересуешься ничем? Например, как мне удалось удалить фотографию… Или как ты оказался в сухих вещах. Натаниэль только сейчас понял, что не переодевался. — Ты промок до трусов. Не бойся, я аккуратно тебя раздел и одел. Красноволосый заметно смутился. Он прикрыл лицо руками и на этот раз всё-таки смог убежать на кухню. Лука проводил его взглядом с ухмылкой на лице.