Оставь её, тебе нужен я.

За завтраком на телефон Куффена пришло SMS от младшей сестры. «Лука, ты помнишь о предстоящем фестивале?» — высветилось у парня на экране. — Оу…фестиваль же через неделю…-проговорил темноволосый, отпивая чай. — Фестиваль? А, там же твоя группа постоянно выступает. — Ага, только в этом году не получится. Группа разъехалась. — Мы поможем! — заявила Аля. — Спасибо. Значит с завтрашнего дня начинаем репетицию. Кстати, на фестивале будет выставка художников. Натаниэль, может примешь участие? Нужно нарисовать картину на тему «Ля мур». — Я…подумаю. Куртцберг конечно же хотел участвовать, он не был уверен, что из этого выйдет что-то хорошее. Через час ребята стали расходиться по домам. Последним ушёл Лука. На прощание он поцеловал Натаниэля в лоб и произнёс заветные слова, которые так давно не слышал красноволосый. Весь день он думал о том, что же нарисовать на выставку. Он взглянул на тексты песен Луки и вспомнил о нём. Парень придумал первые наброски. До поздней ночи он сидел над этой заготовкой. Целую неделю ребята трудились к фестивалю. Маринетт, Аля и Адриан помогали Луке с песней. Нино же с аппаратурой. Мари также пошила всем костюмы. Куффен всё время следил за девушкой. М: И что Натан нашёл в ней? Да, она милая и добрая… Но…это всё. Возможно она хороший собеседник. Эх, почему меня вообще это заботит? Он же мне нравится как друг. Хотя я бы не прочь поцеловать его… — Да о чём я думаю! На носу фестиваль! — прокричал Лука и взял гитару в руки. — Нужно отвлечься от него…-прошептал парень. Он уселся в угол и начал репетировать. *** Вечер. Куртцберг закончил картину. Он решил позвонить другу и поинтересоваться как идёт подготовка к фестивалю. — А…Алло, Лука…привет. — Привет, Натан…- Куффен проговорил это безразличным голосом. Вообще темноволосый не знал что с ним происходит в последнее время. Началось это всё с первого знакомства с Куртцбергом. М: Когда он рядом, я чувствую обжигающее чувство внутри. Хочется улыбаться… И грустить… И я так счастлив, когда Натан смотрит на меня… И злюсь, если он смотрит на Маринетт. Почему именно она? Почему?! — Хей, Лука, ты слышишь меня? — А…что? — Я сказал, что буду участвовать в выставке. Но она начнётся раньше, поэтому мы не сможем поехать вместе. — Ну, в любом случае мы увидимся. Мне пора. Пока. — П…пока… В груди красноволосого что-то кольнуло. Голос Куффена, который до этого вызывал лишь тёплые чувства, на этот раз принёс некую боль. Он показался парню холодным и чужим. Натаниэль всё-таки лёг спать. Завтра красноволосый покажет всему Парижу свою картину. Картину, которая перевернёт представление о любви.