Он знает

      — С каких пор тебе интересно это шоу? — поинтересовался Плагг, удивленно наблюдая за восторженным лицом Адриана.       — Съемки проходят у Маринетт, — ответил тот, с интересом глядя на огромный экран.       Этот репортаж он ни за что бы не пропустил — нет, он не был влюблен в Маринетт (этот пьедестал в его сердце прочно занимала Ледибаг) — но на фоне остальных одноклассниц он определенно выделял её.       «— Маринетт, моя любимая леди, — воскликнул Джагет Стоун на экране, — идем споешь с нами!» — и картинка сдвинулась, чтобы показать замершую от волнения Маринетт. Скованно помахав в камеру, она подошла к Джагету.       Адриан с безотчетной улыбкой в пол-лица наблюдал за ней, словно чувствуя испытываемое девушкой волнение. Плагг же, не отрывая неверящего взгляда от экрана, пораженно всплыл ближе к его лицу.       — Это… она… — залепетал Квами совершенно изменившемся голосом, — Это же она…       — Это Маринетт, Плагг, — произнес Адриан, рассеянно отмахнувшись от Квами.       А в следующую секунду он решительно поймал Плагга в кулак. Теперь его внимание было целиком и полностью сосредоточенно на Квами.       — Это она? — затаив дыхание, переспросил Адриан и поднес Плагга прямо к глазам. — ЭТО ОНА?       Не может быть…       Зелёные глаза Плагга заметались в агонии — и Адриан все понял. Он пораженно разжал пальцы, выпуская Плагга.       — Маринетт — это ЛедиБаг… — произнес юноша совершенно дико звучащие слова и в потрясении шлепнулся обратно на диван.       — Я этого не говорил! — воскликнул Квами, — Я хотел сказать… что она… э-э…       — Поздно выкручиваться, Плагг, — Адриан впился взглядом в изображение Маринетт, которая в этот момент через сложную комбинацию случайно осыпала Джагета мукой с головы до ног.       — Господи! — воскликнул Адриан, снова вскакивая на ноги. — Это у неё такое гениальное прикрытие, её вечная неуклюжесть?       Начался перерыв, в течение которого Адриан расхаживал по комнате, пытаясь переварить информацию и успокоиться. Но то, что начали показывать после рекламы, лишило его последнего шанса на покой:       «— Да тут больше фоток этого парня, чем моих! Похоже, дочка пекаря кое в кого влюбилась!» — подмигнул в камеру Джагет на фоне стены, увешенной его, Адриана, фотографиями.       Это было… нереально. Но на этот раз Адриан быстро пришел в себя, два плюс два в его голове сложилось моментально. Он запустил пальцы в свои волосы, стараясь не скатиться до истерических смешков. Маринетт влюблена в него! Маринетт — ЛедиБаг! Безумие, прямо как Джек-Пот в национальной лотерее!       Аккуманизированный злодей пришелся как раз вовремя, потому что Коту Нуару нетерпелось встретиться со своей напарницей/одноклассницей.       В течение всего, довольно сложного сражения с Бунтаркой, Кот Нуар периодически обалдевал от происходящего. Вот в комнате Маринетт его с ног до головы осыпало его собственными фотографиями… Вот она неловко дёрнулась, когда они обнаружили себя держащимися за руки — мысленно ухмыльнувшись, он подчеркнуто аккуратно отпустил её руку…       И если у него и были какие-то сомнения, то их не осталось после того, как Траблмейкер удалось снять с ЛедиБаг одну сережку.       — Катаклизм! — воскликнул Кот и ринулся на Суперзлодея.       Чтобы избежать атаки, Бунтарке пришлось снова щелкнуть ручкой и стать призраком. Сережка выпала из её нематериальных рук, а Кот с разбегу проскочил сквозь неё и с силой ударился о противоположную стену. ЛедиБаг тут же подхватила сережку и надела её — но Кот, лежа после удара у окна, успел увидеть открытую половину лица Маринетт прежде, чем трансформация полностью восстановилась.       Сделав вид, что ничего не заметил, он со вздохом произнес:       — Это было на грани… Совсем не так я мечтал о раскрытии наших личностей, — он постарался скрыть ироничные нотки в своем голосе: — О нет, — протянул он, -совсем не так.       Через некоторое время Бунтарка была побеждена, талисманы предупреждающе пищали, им пора было разбегаться. Они запрыгнули на перила её мансарды.       — Уф, чуть не попалась, — ЛедиБаг раскрутила йо-йо, — похоже, ты всё-таки не узнаешь мою настоящую личность сегодня, — улыбнулась она.       — Я уже знаю, кто ты, — признался Кот Нуар, испытывая блаженство от возможности сказать правду. Ледибаг/Маринетт в испуге приложила ладонь к губам, а он нежно и пристально посмотрел ей прямо в глаза: — Ты девушка моей мечты.       Ладибаг с видимым облегчением смущенно захихикала.       — Глупый котенок, — она подставила кулачок, и он ударил по нему. — Получилось!       Получилось… ***       Адриан пришел в школу раньше, чтобы успеть поговорить с Маринетт до начала занятий. Всю ночь он проворочался без сна, будучи в таком лихорадочно-восторженном состоянии, что заснуть не представлялось возможным. Сейчас, он наблюдал, как Маринетт как заправский шпион крадется на полусогнутых ногах за спинами своих одноклассников, стараясь остаться незамеченной. Он последовал за ней в раздевалку.       — Уф, надеюсь, он меня не видел, — произнесла Маринетт, закрывая шкафчик.       — Привет, Маринетт! — Адриан возник перед ней и, пропустив мимо ушей её испуганный вопль, продолжил: — Как дела? После того, что произошло у тебя дома, я волновался, что…       — Так ты смотрел шоу, да? — она неловко засмеялась, а потом, видимо решив, что лучшая защита, это нападение, с напором продолжила: — В общем, насчет того, что ты видел… тотографии, в моей комнате!       — Ты имеешь ввиду — фотографии? — переспросил Адриан.       — Гротографии, точно! — решительно произнесла она, махнув пальцем перед его лицом, — это не то, что ты подумал. Видишь ли, я увлекаюсь модой… и….       Адриан впился в неё взглядом и, подавшись совсем близко к её лицу, вкрадчиво спросил:       — Ты врешь сейчас? — «Багабу» добавил он мысленно и уголок его губ поднялся вверх в коварной улыбке, их носы почти соприкасались.       Маринетт моргнула:       — Что? Не-ет! — она порывисто отстранила его и деланно-беззаботно хихикнула. — Ты мне не интересен, то есть интересен, но не в таком смысле…       Адриан со снисходительной улыбкой слушал её лепет, видя её насквозь. И это её «ха-ха» как азбука Морзе, выстукивающее «люблю».       — Я просто дразнил тебя, — он закинул руку ей на плечо, с большим удовольствием наблюдая, как его Миледи от этого сжалась в восторженный комочек — она уже была его, она просто об этом ещё не знала. — Не волнуйся, я привык к множеству фанатов, и к своим фотографиям повсюду, — его тон слегка замедлился. — Даже в самых неожиданных местах.       Маринетт снова захихикала, совершенно не подозревая, что он читает её как открытую книгу:       — Как например над чьей-то кроватью, да? — пролепетала она.       — Раз ты так увлекаешься модой, ты можешь прийти посмотреть на мою следующую фотосессию, — предложил он, держа на уме мероприятие гораздо более интересное, чем фотосессия.       — Серьезно? Штоя… стощему, то есть — по-настоящему? — её глаза загорелись.       — Если честно, это довольно длинно и скучно, — предупредил он, — но если бы ты была там, точно было бы по-веселее. Что скажешь?       — Ух ты, ДААА! — Маринетт вскинула руки, как футбольный фанат после победного гола, и тут же спохватилась. — Спасибо, Адриан, — вежливо добавила она.       — Я сообщу тебе… Увидимся в классе, — он сделал шаг к выходу, но все же не сдержавшись, приостановился — ему очень хотелось прямо сейчас ошеломить её — отбросить сумку, заключить её в объятия и поцеловать — да-да, вот так вот нагло, по-Нуаровски, прошептать «Миледи»… Но он удержал этот порыв, потому что у него уже имелся вполне хороший план, продуманный им ночью до мелочей… поэтому он только произнес: — Я рад, что ты моя фанатка*.       Он ушел, оставив Маринетт с открытым ртом провожать его взглядом. И, уже стоя у дверей, он ещё раз оглянулся.       Уж теперь он устроит ей такое фееричное «раскрытие личностей», которое Маринетт запомнит на всю свою жизнь, и которое, безусловно, с большим удовольствием будет потом пересказывать их детям.