Смешанное.

Роботы не умеют чувствовать, – Хэнк удаляется, не зная, как ещё ему приподнести простую истину для напарника-андроида. Он действительно хотел помочь, чтобы тот сам догадался, что волен сам распоряжаться своей жизнью и чувствами. Почти девиант не замечает затянувшееся молчание и что лейтенанта нет поблизости. Коннор делает шаг вперёд. Возможно, эта модель ничего и не знает о людском поведении, хотя его прошивка говорит, конечно, об обратном, но чувствовать умеет, просто не знает, как обозначить эти самые чувства. Рядом стоящая Кэра не смела и слова сказать, понимая, что сейчас её другу нужно время. Влюблённость, которую впервые они смогли познать на данный момент, никак не вязалась со словами его товарища. Конечно, он бы и сам догадался, что тот просто хочет подтолкнуть к правильности решения, но программный сбой, появившийся внезапно, выбил из колеи детектива. Он всё ещё сомневался, поэтому до конца так и не разрушил ту злопулочную стену, которая непременно давила морально, не давая спокойно постоять и подумать. Однако все страхи и сомнения как-то улетучились сами собой, когда модель AX400 с ободряющей улыбкой взяла того за кисть руки, даря своим касанием уверенность. Впрочем, большего и не требовалось, стена покраснела и раскололась, а в сознании уже-девианта отразилась маленькая победа, которую они свершили вместе. Дело оставалось за малым, догнать Хэнка и сказать спасибо, а потом вчетвером смотреть у того телевизор, обсуждая прошедший период, который они смогли преодолеть и не поддаться на провокации других девиантов, людей и прочих сторон. Гнетущая тишина испарится, наполняясь лёгкими улыбками и громким смехом с фразами «Ну наконец-то, не прошло и двести лет!», а счастливые лица будут улыбаться прохожим, даруя свои настоящие чувства. Всё-таки это прекрасно.