Вы имеете право на любимчика

- Я ко всем вам отношусь одинаково, зверюшка заморская. Зачем ты снова приходишь с этим вопросом ко мне? Быков вальяжно раскинулся на диване. Рядом стоял Фил и кусал губы. Ответ заведующего его не устраивал, и каждый раз он надеялся услышать что-то новое, поймать нотки эмоции в этом хриплом голосе. - Что стоишь, кто работать за тебя будет? - Как всегда, иронические колкости, как всегда, скрипящая мелодия голоса. Парень развернулся и вышел из ординаторской. Это был поздний вечер. Благодаря слаженному русскому коллективизму остальным интернам удалось избежать ночного дежурства. Американец шел по коридору. Кое-где мерцал слабый свет, но парень не поднимал глаз. Он просто брел и рассматривал шнурки на кроссовках. Юноша не понимал, в чем он ошибался. Последние недели он брал дополнительную работу, выполнял все в срок, даже быстрее, но к нему относились точно так же, как и ко всем. Эта мысль не давала Филу покоя, и на подколы друзей по поводу его усталого вида он перестал обращать внимание. Фил зашел в туалет и, убедившись, что кроме него там никого нет, сел на пол между двумя раковинами. Тот факт, что он мог испачкать халат, его совершенно не волновал. Запустив пальцы в небрежно причесанные волосы, парень снова погрузился в бездну своих мыслей, медленно опуская веки. Ему хотелось уснуть, но только чуть позже, когда Быков, убедившись, что интерн работает, все-таки свалит домой. А может, и не свалит до утра. В это время в ординаторской у окна молча стоял заведующий отделением. Непривычно видеть его таким тихим, но это ненадолго; если кто-то потревожит его, у мужчины готов набор фраз, доведенных до автоматизма. Ну, а если сильно разозлят, то в дело пойдет богатая фантазия. Но сейчас полная идиллия. В коридоре раздавались гулкие шаги, каждый из которых был немного громче предыдущего. Фил занес руку над ручкой двери и замер. Нерешительность мешала ему зайти туда, где все еще витает в воздухе запах его наставника. - Да заходи уже! Я тебя слышал. - Андрей Евг… Парень ворвался в комнату и замер. Быков восседал в той же позе, что и при уходе интерна. Мужчина жестом пригласил юношу сесть рядом. Фил осторожно опустился на край дивана, поправив полы халата. - Ну, амеба недоразвитая, выкладывай, что тебя беспокоит? Не то, что бы я волновался за тебя, но вид твой пациентов распугивает. - Я просто подумал, Андрей Евгеньевич, что мы все неодинаковы. Поэтому Вы могли бы завести любимчика из нас. Но Вы не делаете этого. Почему? - А потому, Филька, что для меня вы просто куча бесполезных пустых голов, в которые мне нужно вложить опыт. Вот и все. - Но тогда Вы могли бы вложить в меня немного больше, я же достоин… По усмешке американец понял, что сказал что-то не то, и начал оправдываться. Тогда Быков потрепал его по волосам и, притянув за плечи, едва заметно коснулся губами светлого лба. Фил покраснел, но не отодвинулся. Заведующий поднялся с дивана и направился в сторону двери. - Возьми историю болезни на посту и начинай уже работать. Может, тогда до тебя снизойдет мое уважение! Быков вышел и стал орать на санитаров, устроивших только что погром в коридоре. А Фил остался в комнате, довольный собой и немного счастливый.