Happiness or betrayal?

После событий на Крейте, Рей ни с кем не разговаривала. Ей было тяжело потерять учителя, но это было не так страшно, как потерять надежду. Сколько она себя помнит, у нее было лишь две надежды. Первую она оставила на Джакку. Еще на Токодане она поняла, что ждать родителей смысла нет, и даже, возможно, что она их встретит на просторах бесконечного космоса, что было маловероятно. Вторая же частично умерла, в тронном зале, где она плечем к плечу сражалась с Беном Соло. Или с Кайло Реном. Но это уже не имеет никакого значения. Его предложение не дает мне покоя. Он ведь убил Сноука ради неё! Он предложил ей пойти с ним. Он просил. Она была ему нужна! Но она его отвергла. Во второй раз. Если ей так плохо, то как чувствует себя он? Еще хуже? Или ему уже все равно? Кто знает. Сорок восемь человек летели на соколе тысячилетия в систему Сóлер. Там находилась их база. Вторая по величине после Ди'куара. Она была оснащена новейшими технологиями и соответствующей техникой. Эта база функционировала до сих пор и на ней проживало и работало около девятиста человек. Корабли же Лея прятала за лунами, которые блокировали излучения, по которым можно было выследить местонахождение крейсеров и разрушителей. На планете, находились X-Wing, мастерские и склады. Все два дня Рей не выходила из отсека. Она намертво заблокировала дверь, которую открыть могла только она. Она ела два раза в сутки и то, очень мало. Ее поддерживало лишь то, что на другом конце ниточки уз Кайло всеми силами пытался спасти ее никчемную жизнь. На второй день полета Рей ощутила уже знакомую ей оглушающую тишину вокруг и учащающееся дыхание. Только было ли оно её, или его? Она оборачивается на сто восемьдесят градусов и видит мужчину со шрамом на лице. Кайло иногда даже радовался этому шраму. Ведь это напоминало ему о ней, о той схватке, в которой магистр ордена Рен проиграл необученной мусорщице, взявшую в первый раз в руки сайбер. Рей смотрела в его черные глаза, которые закрывали волосы. — Здравствуй. Я чувствовал, что что-то не так. То-ли ты заболела, то-ли специально моришь себя голодом. Вот скажи мне, ты кому хочешь навредить - мне или себе? — его язвительная полу-улыбка хотела вызвать в ней злость, чтобы указать насколько она близка к темной стороне. — Я никому не хочу навредить. Я устала, Бен. Устала. Я потеряла всех, кто был мне хоть капельку дорог. Хан, Люк, родители и ты. — Рей дала волю слезам. Впервые за несколько дней она смогла дать волю слезам. Ей было плевать кто сейчас стоит перед ней. Он же, как только услышав последнее слово, вздрогнул. — Я? Если тебе не хватает меня то, только скажи. Ты всегда знаешь, что мое предложение в силе. Тебе стоит лишь позвать меня, и я приду. Неважно, просто или когда дашь ответ, я приду. Потому, что знаю, каково это, быть одиноким, никому не нужным. Рей, я не прошу тебя перейти на Тёмную Сторону. Я лишь прошу тебя пойти со мной, чтоб я смог обучить тебя использовать силу. Подумай, пожалуйста, над этим. Береги себя. Не мори себя голодом, это может закончится трагически.— он говорил искренне, надеясь на то, что она согласиться. Это было единственное его желание на данный момент. — Бен, я правда обещаю, что подумаю над твоим предложением, — Тут она почувствовала, что пора прекращать форсбонд, но Сила распорядилась иначе — Чувствуешь? В этот раз связь сильнее, чем в предыдущие разы. Бен, расскажи, почему ты перешел на темную сторону? Ведь твои родители тебя любили. — он вздрогнул. Никто и никогда не задавал ему подобных вопросов. Да и некому было. Рей уже знала о нем практически все. Поэтому он решил ей это рассказать. — Мои родители встретились еще во время существования Империи. После ее кончины они поженились и спонтанно получился я. Мои родители любили друг друга, только они не были готовы ко мне. Мама - дипломат, которая торчит дома за столом с документами постоянно. Отец же - контробандист, редко появлялся дома. Хан и Лея постоянно сорились из-за этого. Хан улетал на неделю или на две. Однажды он улетел из дома, поругавшись с мамой. Спустя пять дней, маме доложили, что Сокол Тысячилетия был задействован и ликвидирован в результате военных действий на Корелии. Тогда мама два дня рыдала и была никакая. После же, папа объявился весь целый, с соколом на парковке. Мама его тогда расцеловала, обнимала, в общем, что только не делала. Мне двенадцать тогда было. Тогда, как раз Люк нам выходной дал. Их частые ссоры и неуделение должного внимания ко мне, дали повад Сноуку забратся ко мне в голову. Он обещал что будет власть, деньги, могущество, а самое главное, не будет страданий. Я ему поверил. Ну, а дальше ты и сама знаешь. — во время рассказа у него, то настроение поднималось, то опускалось. Рей даже посочувствовала ему. Она взяла его руку и сняла перчатку. Кайло смотрел ровно, будто это было повседневностью и в порядке вещей. Взяв его руку в свою и, переплетя пальцы, она завороженно смотрела в его глаза. Так они стояли минуты три, а потом, Кайло резко, даже не дав остепенится, обнял ее. Она зарылась в его волосы и крепко его обнимала попутно вдыхая его аромат. Если бы человек со стороны посмотрел бы на нее и увидел что она обнимается с воздухом, то непременно вызвал психиатров. Они расцепили объятия и отстранились друг от друга. Но на этом сеанс связи был окончен. Впервые за два дня изоляции она почувствовала себя нормально. Ее не мучала совесть и, она спокойно вышла из своей будки. Дойдя до кухни, все посмотрели на нее очень странно и, когда Финн поднялся, чтобы распросить, зачем она заперлась, и почему никого к себе не впускала, Рей, Силой посадила его на прежнее место. Только тогда она подошла к буфету, чтобы взять еду. Неожиданно, Чуи прорычал в микрофон: «Через 5 минут будем садиться. Вытащите Рей из ее заточения, она мне, ой, как нужна!» С этих пор, кажется, Рей не станет такой как раньше. Или... Посмотрим...