Жизнь нельзя остановить...

Мозазавр плыл по океану в поисках добычи. Он был в настоящее время возле Галапагосских островов, где смог съесть только труп утонувшей игуаны - мелкая закуска для гигантского ящера. Внезапно его глаза увидели мелькнувшую в воде акулу-молота. Быстрее молнии мозазавр схватил её и проглотил, но акула была всего-лишь двухметровой. Морской монстр продолжил плаванье. И вот, через несколько часов, он увидел его. Огромный остров, на котором не было ничего, кроме застывшей лавы и сгоревших лесов. Когда-то здесь жил и он - в небольшой бухточке на его границе. Но теперь здесь не было жизни... Только на мелководье кишмя кишела мелкая рыба, а в одном месте она была мёртвая. Акулы кормились на ней. Выбрав крупную, четырёхметровую, галапагосскую акулу, мозазавр рванулся, схватил её - и вдруг почувствовал сильную боль в боку. Здесь плавала мёртвая рыба, потому что лава вытекала в океан и убивала её- вода просто кипела. Мозазавр сделал рывок, но как раз в этот момент лава хлынула с силой, и мозазавр едва успел отплыть, но кипяток зацепил его. Через час мозазавр, мёртвый, плавал на поверхности у берега острова. Он не смог пережить тех ужасных ожогов, и умер здесь, у берегов родного Нублара. Снизу тело морского ящера обгладывали, а на спину садились местные птицы. Все, от огромных фрегатов и пеликанов, до крохотных, с воробья, дарвиновских вьюрков - последние любили полакомиться мясом и кровью. Но вдруг на спину мёртвого мозазавра сели огромные летающие существа - не птицы. У них были кожистые крылья и слегка пушистое тело. На голове был огромный гребень. Это были птеранодоны - они теперь жили на Галапагосских островах и их окрестностях, улетев с Нублара. Но и на нём обосновалась новая колония - два птерозавра на берегу дрались из-за пригоревшего к костям мяса погибшего брахиозавра.

***

Оуэн был в больших сомнениях всю последнюю неделю. Мало мозазавра, который невесть где плавает и может угрожать людям, так ещё и важный гость в парке - Ян Малькольм, который сперва не считал эту задумку положительной и решил посетить парк, чтобы понять, что к чему. В парке, тем временем, жизнь шла своим ходом. Блю с детёнышами охотились неподалёку от реки, где паслись стигимолохи и галлимимы. Рекси же предпочитала горы. Все остальные динозавры тоже жили спокойно. Оуэн был у входа в заповедник уже третий час - ждал визита математика. И вот, его автомобиль показался вдали. Подъехав к входу, Малькольм вышел и сказал: - Мистер Грэйди, здравствуйте. Значит, заповедник? А вы уверены, что они не вырвутся? Оуэн ответил: - Я в этом уверен, мистер Малькольм. Могу показать вам стены. Они изготовлены из бетона с арматурой - его не легко пробить. А наверху колючая проволока - они не перелезут. Плюс, они и не стремятся к побегу. Хотите, покажу вам вид с птичьего полёта? Малькольм помедлил, но ответил: - Да, почему бы и нет?

***

Молодой карнотавр подкрадывался к паразауролофу и бросился на него. Мощные челюсти хищника схватили травоядного, и после недолгой борьбы карнотавр обгладывал уже мёртвого паразауролофа. Тем временем, Оуэн, Клэр и остальные сотрудники беседовали с Малькольмом. Малькольм всё ещё не верил, что это может быть безопасно. Тем временем, к обгладывающему тело паразауролофа карнотавру подошёл аллозавр. Карнотавр зарычал, но и его противник не отступал. Динозавры бросились друг на друга, карнотавр попытался укусить аллозавра, но аллозавр увернулся и бросился на карнотавра сам. Хищники сражались, а тем временем, серо-голубая самка раптора подкрадывалась к телу паразауролофа. В кустах сидели трое её детёнышей. Она острыми своими зубами оторвала кусок мяса от тела и тут же бросилась бежать вместе с детёнышами. Малькольм уехал только вечером, в конце концов поверив Оуэну и Клэр, а они продолжили работу.

***

Галапагосские острова. Мёртвая игуана лежит на скале, и её обклёвывают два огромных летающих ящера. Птеранодоны уже прижились на Галапагосах, но оставались достаточно скрытными и незаметными. Но не сегодня... Исследовательская станция имени Чарльза Дарвина. На её крыше сидит летающий ящер. В его клюве - небольшая рыба. Люди смотрят с удивлением на него. Птерозавр, застыв и скорчившись, как гаргулья-декорация, не шевелит даже лапкой. Он сами не понимает, чем вызвал такое внимание. Внезапно ему надоедает пристальное внимание, а вспышка фотоаппарата вовсте спугивает его. Ящер взмывает в небо и исчезает над морем в небе.