За гранью

– ... Или второй случай, когда уже сама смертная женщина, которая была царицей владыки одного острова, воспылала непонятной страстью к быку, что был послан Зевсом в подарок ее мужу. Тогда местный изобретатель создал корову, чтобы замысел царицы завершился успехом. В результате этой неведомой дерзости было рождено чудовище... Насколько это мифы, каждый считает по-своему, однако одного не отнимешь: с какого-то факта и начинается основа для мифов и легенд. После этого повествования от Доко повисла тишина. Некоторые осмысливали рассказанное, а некоторые – и сам рассказчик в том числе – исподтишка поглядывали в сторону двух Святых, старательно делавших вид, что речь шла не о них в подоплеке. Вернее, делал такой вид лишь один. Второй словно и не слушал ничего, и непонятно было, то ли из-за медитации, то ли благополучно пропустил все мимо ушей как не достойное его внимания. – Ну, кто следующий на очереди вспоминать мифы и легенды? – наконец вернул всех из задумчивого забвения Святой Весов. – Я, – коротко вызвался Шура и, недолго думая, начал рассказывать о подвигах героя Тесея. * * * Вечер рассказов затянулся за полночь. По завершении оного Айолос забрал клевавшего носом младшего брата к себе, а Камю, особо не церемонясь, утащил уснувшего-таки Мило к тому в храм, после чего двинулся в свой. Остальные разбрелись по храмам сами. Доко, провожавший всех взглядом, поскольку вечер проходил на площадке близ его обиталища, при этом отметил, что двое из уходящих, в отличие от других, не сильно торопятся к храму Девы, коий находился не так далеко. И догадка, отчего так происходит, была весьма отчетливой. Заговорить Альдебаран рискнул, лишь когда они оказались у дальнего входа в шестой храм. – Шака, тебе ничто не показалось странным? Тот даже не повернул головы при ответе: – Мифы часто имеют общие черты и стиль повествования, поэтому стоит ли судить рассказанное только потому, что в обоих случаях упоминались женщина и бык в качестве главных героев? – Однако наставник Доко с каким-то особым выражением рассказывал о них. – Это не должно задевать твое внимание. Всего лишь очередная история, коих множество на этом свете, несущих в себе гораздо более глубокий смысл, нежели нюанс об... Прикосновение к волосам близ шеи, не имеющее отношение к легким порывам ветра, враз вынудило умолкнуть и чуть повернуть голову вправо. – Даже если это правда, одного по-любому нельзя ни убрать, ни изменить, – убрав руку, едва заметно улыбнулся Святой Тельца. Его спутник незаметно вздохнул и позволил призрачной улыбке изменить свое лицо на миг. – Коли жива надежда, результат когда-либо да проявится, – повторил давние свои слова Шака и первым вошел к себе в храм. – Доброй ночи! – донеслось ему в спину. – Тебе тоже доброй ночи, Альдебаран, – отозвался он, не оглядываясь и уходя в дальние покои храма. Ибо зачем затягивать прощание надолго?