District 9: New world

Атомные бомбы, Что еще принесёт нам будущее? Соберёмся в миллионный хор И подождём, пока не запоют дети. Мы сможем пройти миллион миль И в итоге выйдем к морю.

      Чонин заметно расслабился, когда Чан наконец-то опустил его на пол. Не то, чтобы он сильно боялся того, что шатен его уронит. Силу его крепких рук Ян мог спокойно оценивать на протяжении всей их дороги, провисев на спине старшего большую часть времени, пока они добирались до этого места. Просто сейчас это казалось немного… смущающим? Чонин не уверен, какое слово подойдёт лучше, потому что после всего, что случилось несколько часов назад, выглядело всё происходящее довольно-таки странно. В голове и без того непонятно что, а действия Чана с каждым разом путают всё больше и больше. Чонин вообще-то совсем недавно был абсолютно точно уверен, что тот сам прибьёт его на месте, когда услышал, что он каким-то образом связан с той бандой, а теперь Чан брюнета опять на ручках таскает. У этого человека точно биполярное расстройство, других вариантов у Яна на счёт всех этих мгновенных изменений в поведении этого парня просто не было.       Чонин делает пару глубокий вдохов и немного раздражённо сжимая губы в тонкую полоску, стараясь не выдать своё внутреннее состояние. В конце-концов, он должен быть хоть немного благодарен за то, что ещё дышит, а не бродит в одиночку где-то там, снаружи.       Брюнет невольно зажмурился, когда дверь противно заскрипела, раздражая слух и тут же заметно расслабился, стоило им наконец-то оказаться в небольшом помещении, которое, кажется, раньше было комнатой отдыха для стаффа торгового центра. В детстве ему всегда было интересно, что же скрывается за этими огромными дверями с красной наклейкой «Вход строго для персонала», которая только раззадоривала любопытство ребёнка. Сейчас же это не казалось чем-то особым. Обычная, серая каморка. Зайдя внутрь вслед за остальными, Ян не торопясь опустился на пол неподалёку от двери, устало приваливаясь к холодной стене.       Комнатка, была совсем небольшая, благодаря чему Ян мог спокойно слышать всё то, о чём говорили его спутники. Он даже не сразу заметил, что его начало клонить в сон из-за тихих голосов парней, которые что-то обсуждали, полностью забыв о его существовании. Сейчас перед Чонином сидели обычные молодые мальчишки, которые просто радовались тому, что они живы и вновь вместе. Пусть временно, но в эту секунду они отгородились от всего того хаоса, творящегося за этими тонкими стенами. Маленький островок безмятежности, посреди разрушающегося мира, полного серости и ходячих мертвецов, которые тоже хотели жить обычной жизнью. — Так, что будем делать дальше? Ждать остальных? — Спросил блондин, которого Чонин видел впервые. Тот сидел на полу вместе с остальными, облокотившись спиной о плечо Чанбина, который, в свою очередь, даже не обращал на это никакого внимания, продолжая спокойно что-то искать в своей сумке. — Если честно, то я бы не хотел здесь надолго оставаться. На первом этаже довольно много ходячих. Мы забаррикадировали лестницы, но это не значит, что на втором их нет. Помогать другим, это конечно круто, но я бы не хотел рисковать. — Негромко ответил Хёнджин, прекрасно понимая, что его слова весьма эгоистичны по отношению к остальным людям из их общины.       И казалось бы, чувство стыда должно было исчезнуть вместе с миллионами погибших, чьи жизни унёс этот поганый вирус, но Хёнджин всё равно чувствовал лёгкую неловкость, раскрывая одну из своих не лучших сторон перед одним из присутствующих. Он уже давно убедился в том, что друзья не будут осуждать парня за всю его прямолинейность, потому что прекрасно знают, какой Хёнджин на самом деле, однако, брюнету всё так же тяжело привыкать к новым людям. Обычно, в убежище он особо не контактировал с остальными и по-большей части общался только с этими пятью парнями, которые стали для него родными братьями, жизнями которых рисковать совсем не хотелось, а тут ещё этот проблемный мальчишка, которого принёс Чан, сидит и сверлит его своими чернющими глазами, стоило Хвану начать говорить. Если честно, пока что он ему не особо нравился. — Некоторые из группы уже были здесь в прошлый раз и, если они живы, то по-любому придут сюда. Можем передохнуть здесь пару часов, на случай, если кто-то объявится, нет — пойдём дальше. Если пойдём прямо по шоссе, то где-то через двенадцать километров уже начнётся поле. — Присоединился к разговору Джисон. — Поспим, а утром пойдём. Парни правы, мы не можем ждать, пока все соберутся. Что скажешь, Чан? — Хоть Чанбин и был лидером в их общине, Крис всегда был тем человеком, к которому он всегда прислушивался и чьё конечное слово ставило точку при разрешении спорных вопросов, не считая их, скорее всего погибшего старика, который ни в какую не поддавался их уговорам уйти с базы вместе с ними, когда их обнаружили мародёры.       В итоге было решено переждать ночь здесь, а перед самым уходом спуститься в супермаркет, который находился на первом этаже этого развлекательного центра, чтобы пополнить запасы еды и, если повезёт, воды. Должно же было там остаться хоть что-нибудь, помимо ходячих, а пока что парни вывалили содержимое своих сумок в центр комнаты. Несколько металлических баночек с полу-фабрикатами и какие-то цветные пачки со снеками — для них это сейчас была вполне приличная еда, хоть на семерых было всё же маловато. Чан потерял свою сумку ещё там, в муравейнике, когда они лазили по крышам, так что сейчас приходилось довольствоваться тем, что было у остальных, а уж утром они будут как-то решать этот вопрос.       Чонин молча наблюдал за тем, как парни съедали по несколько ложек и передавали банку дальше, словно какую-то трубку мира. От этой мысли брюнет не смог сдержать улыбки. Ночью в его голове всегда возникают самые бредовые мысли. Ян быстро вернул себе прежнее выражение лица и отчерпнул пару ложечек, когда эта «трубка» дошла и до него. Безвкусная каша немного притупила чувство голода, на смену которому пришла сильная сонливость, когда обманутый едой организм почувствовал безопасность.

***

      Полусонный Чонин вздрогнул от неожиданности, когда кто-то привалился стене, рядом с ним, потерянным взглядом разглядывая лицо незваного гостя, которым оказался Чан.       На самом деле, он думал о том, что тот накинется на него сразу же, как они сюда зайдут, ещё на пути к этому зданию, но тот как-то совсем и не спешил, а резкий порыв покатать Чонина вверх по лестнице на своей спине и непринуждённая обстановка в комнате вынудили брюнета ненадолго забыть обо всём произошедшем. Все эти разговоры, смех и дурачество парней буквально вынудили его временно забыться. Конечно, пока что с ним никто не спешил разговаривать или заводить дружбу. За всё это время один лишь Уджин перекинулся с ним парочкой дежурных фраз, пока помогал перевязать ногу и на этом всё, однако ему большего и не надо было. По крайней мере, его ещё не выгнали, а это уже хороший знак. Только вот говорить о прошлом сейчас совсем не хотелось.  — Я извиниться хотел. Прости. То, что было в муравейнике… Я был на эмоциях и повёл себя ужасно. Мне не стоило сразу винить во всём тебя, даже не выслушав. — Чан неловко похлопал брюнета по плечу.       Всё это время Крис не знал, как начать разговор, потому что, когда он немного успокоился, а вся злость ушла при виде целых и невредимых друзей, ему стало немного стыдно. Сначала лично приволок мальчишку, а затем сам же хотел выкинуть, как какую-то дворнягу, толком не разобравшись.       Стало противно от самого себя, когда он тайком поглядывал на умиротворённое и расслабленное лицо Чонина, который так внимательно слушал их бредни ни о чём. Забавно хмурился, если не мог понять их очередной шутки, которая была понятно только «избранным» и довольно улыбался, когда ему наконец-то удавалось понять её смысл. — Я сам виноват, что сразу ничего не рассказал, — спокойно ответил брюнет, продолжая рисовать пальцем на запылившимся полу непонятные узоры. Чонина напрягало всё то внимание, что сейчас было приковано к нему. — Когда успел запугать его так, что он на тебя даже посмотреть боится? — спросил привалившийся слева от Чонина светловолосый парень, который до этого лишь наблюдал за неловким разговором этих двоих. — Я же говорил, что у него талант к такому. Даже я в первое время побаивался его, — добавил Чанбин. — Не верь им, — забавно возмутился Крис, неосознанно прижимая опешившего брюнета к себе за шею, призывая быть на его стороне.       На самом деле, даже не смотря на то, что Чан иногда «срывался», парни понимали, что главная причина такого поведения — элементарный страх не уследить хоть за одним из них. В их компании он неосознанно взял на себя роль старшего брата, который стремится заботиться об остальных. Возможно, парень просто привык к чувству ответственности. Джисон частенько подначивает шатена, говоря, что у того просто синдром старшего ребёнка в семье. Может, так оно и есть. Крис вообще очень быстро привязывается к людям. Чанбин нередко видел, как друг стоически выдерживал очередную потерю днём, а потом не спал всю ночь, глядя в темноту пустым взглядом, разрушая себя изнутри. — Он только кажется добреньким. Уж кому, как ни мне это знать. — Всё не унимался блондин, продолжая провоцировать Чана. — Кстати, я же ещё не представился. Меня зовут Феликс. Ты ведь Чонин? — Парень дружелюбно протянул Яну руку в качестве приветствия, на что брюнет кивнул, заторможено отвечая на рукопожатие.       Он понимал, что если хочет остаться, то ему ещё только предстоит заслужить их доверие. К сожалению, пока что у него это не очень получается, но он рад, что с ним заговорил хоть кто-то, не считая Чана, потому что у самого Чонина с детства были проблемы с общением. Конечно, парень не был тем самым тихоней, который всё время сидел на задней парте и боялся сказать хоть слово. Однако, застенчивость всё равно никто не отменял. Обычно, его спасало то, что люди решали заговорить с ним первыми и ему не приходилось делать первый шаг самому. Однако, сейчас Ян совсем в другой ситуации и ему определённо придётся постараться переступить через эту свою черту характера.

***

      Уставший после караула Джисон сонно потёр глаза, окидывая взглядом спящих парней и мысленно выбирая следующую жертву, которая займёт его место, пока он сможет поспать пару часиков до того, как они начнут собираться в дорогу. Обычно, все рвались следить за обстановкой где-то в середине ночи, потому что это не так утомительно. Конечно, караулить сон остальных сразу же, как только вы обустроитесь в более менее безопасном месте такое себе удовольствие, но хуже этого может быть только караул перед рассветом, когда каждая минута сна равносильна часу. Чаще всего, тот, кому достаётся эта участь, потом весь оставшийся день ходит без сил с тёмными кругами под глазами, зевая.       На губах Джисона заиграла довольная улыбка, когда его выбор пал на умиротворённое лицо Хёнджина, который сладко спал, свернувшись на полу у дивана. Всё же, месть — блюдо, которое подают горячим. Именно поэтому Хан поднимается со своего места, подходит к брюнету и тихо садится перед ним на корточки, обдумывая, как же лучше того разбудить, чтоб уж наверняка. Он всё ещё не забыл то, как Хван со всей силы скинул его на бетон с дикими воплями о том, что «тебе пора дежурить, дай и мне поспать», когда они вдвоём ходили на прошлую вылазку. Не то, чтобы Джисон был очень уж злопамятным, но кто же сможет устоять перед такой возможностью? — Хочешь прилечь? — неожиданно раздался шёпот Чана, который с интересом наблюдал за другом, развалившись на другом конце дивана. — Чего не спишь?! — возмущённо спросил тот, хватаясь за сердце, которое норовило выпрыгнуть из груди от испуга. — Не спится. — Спокойно ответил Крис, пытаясь распутать свои и чанбиновы ноги.       Вчера именно они стали теми счастливчиками, которые честно выиграли себе местечко на единственном диване благодаря игре в камень-ножницы. В итоге, они за всю ночь, кажется, даже не меняли положения, чтобы не свалиться на пол, а их ноги буквально стали одним целым, переплетаясь как корни какого-то старого дерева. Конечно, не обошлось и без неумышленных пинков в подбородок, но уставший Чанбин почти ничего не чувствовал, наслаждаясь беспробудным сном, а измученный бессонницей Чан в такие моменты просто отодвигался по-ближе к диванной ручке. — Если сами не спите, то дайте хоть остальным отдохнуть спокойно. — Возмущенно пробормотал Чанбин с другого конца их временной «кровати», накрывая глаза рукой. — Чан, оставь мои ноги в покое. — Да ладно. Я всё равно собирался тебя уже будить. Хочу сходить на первый этаж. Поищем еду, может ещё что по пути захватим. — Приняв сидячее положение, парень начал слегка трясти ногой лежащего рядом брюнета, который ни в какую не хотел просыпаться, и лишь недовольно что-то мычал. — Хёнджин, вставай. Присмотри за остальными, мы отойдём. — Монотонно проговорил Чан, зевая. — Меня сейчас стошнит, хватить трясти. — Хван оттолкнул от себя ногу старшего, растянувшись на полу. — Захватите мне что-нибудь по-теплее, я в этом мёрзну. — Садясь, пожаловался брюнет, застёгивая свою чёрную кофту по самое горло, шмыгая чуть покрасневшим от холода носом. — Ладно. Тогда сначала в ближайшие бутики за новой одеждой залезем, а потом уже вниз спустимся. Разбуди пока Феликса, мы сейчас вернёмся. — Зевая, сказал Чанбин, закидывая пустой рюкзак себе на плечо.       Когда-нибудь, их утро начнётся не с очередной беготни, а пока что парни будут продолжать верить и надеяться, что это «когда-нибудь» наступит как можно быстрее.

***

      Явно не сегодня. — проносится в голове Хёнджина, когда по комнате разносится торопливый стук кулаков по металлу с обратной стороны двери, а после того, как парень её спешно открывает, его чуть ли не сносят с ног трое запыхавшихся и измазанных в чёрной, запёкшейся крови парни. Зря он одел новую куртку, которую они притащили до этого.       Залетевший последним, Чан со всей силы прибивается к двери, захлопывая ту на замок, и лишь после облегчённо вздыхает, опускаясь на пол. — Что опять?! — на грани истерики вскрикнул Джисон, резко соскакивая с дивана. Слишком много потрясений за одну ночь для человека, который всегда остро реагирует на громкие и резкие звуки. — Мы тут не причём, там аномальный был, — ответил Феликс, поднимая руки в примирительном жесте. — Зато, мы принесли много еды. — Парень самонадеянно улыбнулся, помахав полным рюкзаком. — Да, но лучше через дверь не выходить. — Немного озадаченно добавил Чан, подходя к окну, прикидывая, как им спуститься.       Решение нашлось сразу же, когда парни приметили кучку старой одежды уже переодевшегося Хёнджина. Все тут же оживились, распихивая только принесённую еду по сумкам, попутно переодеваясь в новую одежду. — Тебе стоит поторопиться. — Сказал подошедший  к Чонину Феликс, который быстро пропихнул первому в руки одну из сумок. Всё ещё не отошедший ото сна мозг Яна соображал с большим торможением, и брюнет не сразу даже понял, что именно от него хотят, заглядывая внутрь. Вещи. Вещи...       Тихо ахнув, брюнет тут же стянул с себя старую кофту, чувствуя, как по коже побежали мурашки от прохладного воздуха. Вытащив из рюкзака тонкую футболку и надев её, парень поспешил накинуть на себя красную спортивную кофту, быстро застёгивая ту на замок. Стоило ему переодеть джинсы, как всю его старую одежду тут же подхватил Джисон, быстро направляясь в сторону распахнутого окна. — Вы там всех ходячих на уши подняли? — в пол-голоса зашипел Хван, помогая Уджину перевязывать одежду между собой, создавая подобие верёвки. — Сам спуститься сможешь? — «И всё-таки, он слишком добрый» промелькнуло в голове Чонина при виде запыхавшегося Чана.