Жизнь НЕ странная

— Айщ! — Рейчел жмурилась, когда Хлоя, закусив губу, пыталась обработать заживляющей мазью ребра девушки. — С ума сойти, — бормотала, склонившись над боком и рассматривая кожу. — Я ни за что не поверю, что тебе не нравится, — бодрилась Рейчел, ну и что, что глаза слезятся, а к ребрам хочется приложить кусок льда. — Ох, нет, конечно… Мне… Нравится, определенно, просто… — Больно, — перебила Рейч. — Да, именно. — Да нет же, ты мне больно делаешь!       Рейчел поморщилась, стараясь не скинуть с себя руку Хлои, которая аккуратно промазывала новенькую, еще блестящую татуировку. Под черным лифчиком на ребре красовался якорь, выбитый тонкой, прерывистой линией, набросок, словно бы начерченный карандашом.       Рейч много раз заговаривала о тату. О том, как ей нравился рукав самой Прайс. Когда Хлоя ходила на последний сеанс, Рейчел увязалась с ней, снимала на видео и не один раз спрашивала, насколько ей больно, и как, по мнению Хлои, перенесла бы это она. И нет, дело не в том, что она неженка, вовсе нет. Просто Хлоя очень не хотела, чтоб Рейчел было хоть как-то больно, вот и отговаривала.        И сегодня, когда пришла домой, она увидела, как Эмбер ходит, немного наклонившись и избегая прикосновения рубашки к коже. Первая мысль — тату. Но ничего не сказала, просто подошла и обняла, как бы ненароком затронув бок девушки. В ответ — шипение. — И ты серьезно думала, что я не замечу?       И вот теперь, уложив ее на кровать, Хлоя рассматривала творение своего тату мастера, только уже на теле своей девушки. — Я не думала, что так быстро, — Рейч отвернулась, а Хлоя запустила руку в ее волосы и притянула голову к себе поближе. — Что хоть обозначает? — усмехнулась, продолжив гладить волосы. — Спасение и преданность. Ты не бесишься? — спросила, заглянув в глаза.       Хлоя не ответила, но пробубнила что-то про дерзких горячих девчонок. А на следующий день, ближе к вечеру, молча расстегнула перед Рейч свою рубашку, демонстрируя на этом же месте штурвал корабля, выполненный в таком же стиле.