ВладиСлавик

Пусть Слава и не вошёл в палату первым, но мысль о том, что этот ужасный день подходит к концу и операция закончилась, — утешала. Через стекло в двери он наблюдал, как мать Влада судорожно гладит его руку и плачет, что-то приговаривая. На город спустилась тьма. Палата Влада была освещена менее ярким светом, чего не скажешь о коридорах. От одной мысли о них становилось дурно: эти стены, давящие со всех сторон, эти мысли, пожирающие изнутри, эта душевная боль, забиравшаяся под рёбра, выдавливая воздух. Жуть… «Все позади» — приговаривал Слава, нежно гладя руку Влада. — Такая же холодная и белая, но моя… — шептал парень, еле касаясь горячими, обкусанными от волнения, губами. — Я никогда не оставлю тебя одного, слышишь! Никогда. Чего бы мне этого не стоило. Охуеть я неженка бля… Да, Слава умел «корректировать» романтичные моменты. Поглаживая руку и не отрывая взгляда от Влада, парень неподвижно просидел все 15 минут. Дыхание брюнета спокойное, ровное. Все хорошо, все будет хорошо… — Ваше время вышло, — раздался по палате голос медсестры, отчего Слава подпрыгнул на месте. — Ой бля! Простите… — смущённо, опустив в кафельный пол глаза, произнёс Слава. — Ничего, бывает. — неловко произнесла девушка, — Вы можете прийти завтра и посидеть дольше. — Спасибо. — снова расстроившись поблагодарил Слава. Он не хотел покидать палату. Оставлять Влада — своё сокровище — одним. Нехотя он встал, подошёл к двери, прощально взглянул на Влада и ушёл. Но ненадолго… Вернувшись домой, после тяжёлого дня он сходил в душ. Минут 30 он просто стоял под струёй горячей воды глядя вниз, находясь в прострации. Его мысли были затуманены; он не мог ни на чем сосредоточиться, ни подумать о чем-то отчётливо, здраво. Выйдя из душа, он переоделся, надев белую футболку, джинсы и любимую кепку. Не очень-то и приятно, когда идёшь по больнице, а на тебя все озираются, как на отсидевшего. Но он и не рассчитывал в этом долго ходить. Привычный костюм «Adidas» был намного удобнее. Наконец хоть немного, но поев и накормив утёнка (которого они так и назвали), он вызвал такси и снова отправился в больницу. Почему он не пошёл пешком? Он был измотан, а ноги отказывались слушаться; были ватными. Но и дома он остаться не мог, никак. Мысли о Владе, одиноко лежавшим в палате, терзали беспокойную душу. — Вы к кому? — К Владу… эээ… — Слава нервно почесал нос. А какое отчество у Влада? А фамилия? Наконец этот вопрос застал врасплох. — Ну к парню… бля… — протянул Слава. Девушка за стойкой хихикнула в кулак. — Я вас поняла. Мальчишка, которому делали операцию на внутренний варикоз стенки желудка? — Д-да, именно он. — растерявшись ответил парень. Он до сих пор ещё не отошёл от недавно сказанной фразы. «К парню»… По идее так оно есть, но непривычно-то как! — Утром вы сможете к нему прийти, но сейчас ему нужен отдых. — спокойным тоном ответила девушка. — Но… Я могу перекантоваться в коридоре? — он очень не хотел возвращаться в треклятый коридор, но также сильно хотел быть как можно ближе к Владу. Хотя бы заглядывать в стекло двери. Он надеялся, что тёмные мысли не полезут в голову. Ведь все уже хорошо. — Хорошо. Если захотите есть — спуститесь в столовую. Она круглосуточная. — Спасибо. — поблагодарил он девушку, улыбнувшись уголками рта. Всю ночь, не смыкая глаз, Слава стоял у двери в палату Влада, заглядывая в стекло. Палата была слегка освещена и поэтому не тонула во тьме ночи. Благодаря этому Слава мог любоваться своим любимым. Его смоляные волосы беспорядочно лежали на белоснежной подушке, создавая своими витками замысловатые узоры. Лицо выражало спокойствие и умиротворенность. Веки были сомкнуты, образовывая веер из густых длинных ресниц, которые изредка подрагивали. Дыхание размеренное; грудь медленно вздымалась из-под одеяла. Слегка розоватые, в отличие от цвета лица, губы были приоткрыты. Смотря во внутрь палаты, создавалась ощущение, что Влад там не один. Что Слава ментально там, рядом, держит его за руку. — Доброе утро. — разрезал предутреннюю тишину женский голос. — Здравствуйте. — не отрывая взгляда от Влада, поприветствовал Слава медсестру. — Я пришла поставить капельницу. Вы спали? — любезно поинтересовалась девушка, перебирая в руке ампулы. — Нет. Да что-то и не хочется. — Вы бы поели… — Когда я смогу зайти? — кивнул рыжий головой в сторону Влада. — Через час. Пока что можете спуститься и позавтракать в столовой. — Спасибо. Слава, по совету девушки, спустился вниз и поел запеканку, запив кофе. Для него непривычно было есть такую еду; конечно, куда там до шавухи. Час пролетел незаметно. Слава вошёл в палату распираемый чувством радости. В желудке почувствовалось приятное шевеление, а воздуха в легких стало мало. Сердце с сумасшедшей силой билось о рёбра. Он был безумно рад видеть своего возлюбленного. Лицо Влада освещали утренние тёплые лучики солнца. Палата наполнилась тёплым светом, создавая приятную расслабляющую атмосферу. Сев на кушетку рядом с лежащим Владом, Слава погладил его по руке. Еле касаясь, кончиками пальцев он водил по его бледной коже, выводя рисунки, известные только ему. Он хотел касаться его, ощущать его вечно холодную кожу. Взгляд скользнул по черным растрепанным волосам Влада. Слава привстал, зарывшись левой рукой в шевелюру брюнета. Жесткие тёмные волосы блестели на солнце. Оставались все такими же непослушными. Уткнувшись носом в пряди его волос, Слава ощутил до боли знакомый запах. Каждый человек, как бы это странно не звучало, пахнет по-своему. У каждого был неповторимый запах, присущий только ему. Запах волос Влада был сладковато-терпким, но ненавязчивым. Смешиваясь с запахом лекарств, создавалась непередаваемая какофония запахов. Слава перевёл взгляд на приоткрытые, уже розовые губы. Такие соблазнительные… Он много раз замечал, как Влад, когда нервничал или записывал новые, приходящие в голову строчки стихов, закусывал нижнюю губу, после, зализывая её. Именно это он и захотел сейчас сделать. От своего лица. Немного опустившись и оказавшись напротив лица Влада, на прощание проведя конопатым носом по волосам, Слава слегка прикоснуться своими губами губ Влада. Мягкие тёплые… А главное — его. И плевать было, что кто-то увидит. Прикусив нижнюю губу Влада и зализав её, Слава довольный устроился на кушетке. — Слав? — Что? — Иди ко мне. На кухню. — послышался голос из соседней комнаты. В нем слышались нотки заигрывания, призыва к действию. — Ну бля счас. Комп вырублю. — раздался приглушённый расстоянием между комнатами голос. Послышался скрип стула и тяжёлые шаги. — Звал? В-влад… — протянул Слава, остановившись в дверном проёме. Конечно, не каждый день можно увидеть такой явный призыв к сексу. На столе, раздвинув свисавшие ноги и положив ладони на колени, сидел Влад в одних черных джинсах. Без верха. Склонив голову, он заискивающе заглядывал в глаза Славы. Уложенные волосы брюнета спадали набок. Глаза выдавали его желание, а закусанная нижняя губа выглядела, как призыв к действию. Все бы ничего, но на шее у него красовался… ремень от этих самых джинсов. Он был затянут, как поводок… для питомца. Взгляд Славы прошёлся по худощавому, но такому притягательному телу брюнета. Аристократично-белая кожа, слегка выделяющиеся на ней бугорки пресса, очерченные контуры мышц. Недолго думая, Слава в мгновение оказался перед сидящим Владом так, что нос брюнета уткнулся ему в шею. Нависая над ним, рыжий зарылся рукой в его жесткие волосы. Влад воспринял это как призыв к действию. Коснувшись смуглой шеи Славы, он начал прокладываться дорожку поцелуев на шее, остановившись в районе пульсирующей вены. От удовольствия вторую руку Слава положил на шею Влада. Оставив на шее красноватую отметину, брюнет поднялся к мочке уха. Облизнув кончиком языка, захватив губами, он нежно пососал её, обдав ушную раковину горячим дыханием. С уст Славы слетел сдавленный хриплый стон. Рыжий слегка оттянул волосы Влада, заставляя посмотреть в свои глаза. Это было довольно приятное ощущение, не болезненное. Томным взглядом посмотрев в тёмную пучину глаз Влада, Слава провёл языком по губам парня. От верхней губы к левому краю и проведя по нижней, прикусив её. Сорвался приглушённый стон, который Слава с удовольствием поглотил, припечатавшись своими губами к его. Тягучий, буквально высасывающий душу поцелуй, казалось, длился вечно. Слава водил руками по деланным изгибам тела Влада, то усиливая, то ослабляя хватку. Языки обоих сплетались, игрались друг с другом, а воздуха стало не хватать. — С-слав? — еле оторвавшись от желанного, Влад снизу вверх потянул белую майку Славы. — Сейчас. — слегка помедлив, он поднял вверх руки, чтобы Влад мог с лёгкостью освободить тело парня от ненужного элемента одежды. Футболка бесшумно слетела на пол. Взгляду Влада открылась прекрасная картина накаченного тела парня. Недолго думая, ладонями он обвёл контур груди и припал к ней губами. Он водил языком, оставлял красные отметины, целовал каждый миллиметр кожи. Слава сильнее сжал талию Влада, оставив красные полосы на разгоряченном теле. Голова кружилась от учащенного глубокого дыхания и здраво соображать становилось тяжело. Влад провёл языком по выступающим ключицам, обводя их контуры, покусывая кожу и вылизывая ямку у шеи. Эрекция в штанах обоим уже не давала покоя, отдавая неприятной болью. — Слав, — послышался хриплый, сводящий с ума голос Влада, — спусти меня на пол. — проговорил парень, лизнув нижнюю губу Славы. Вот как можно отказать? Не смея сопротивляться, как заворожённый, Слава приподнял Влада и поставил на пол. Развернув Славу так, что он облокотился на край стола, брюнет сразу же опустился на колени. Снова обратив внимание на шею Влада, не зная зачем, Слава схватился за свободно свисающий конец ремня, сжав его в руке. — Хочешь поиграться? — заискивающе, игриво глядя снизу вверх, посмотрел Влад на Славу. Послышался звук шуршащей ткани спортивок. — Влад? Ты… уверен? — неуверенно, напоследок спросил Слава, немного притянув Влада к себе про помощи ремня. — Что такое, Слав? Слава… — Слава… — раздался в голове далекий, почти невесомый отголосок. — Проснись. — уже разборчиво. — Ч-что? Где я? — протерев глаза, вскочил испуганный Слава. — Ты уснул. С добрым утром, дорогой. — улыбнулся Влад, махнув головой в направлении окна. На улице была ночь. — Влад! — счастливо обхватил за шею Влада, с силой обняв его. — Я так скучал, Влад! Так сильно бля! — голос парня дрогнул. — Ай, тише-тише. Я же после операции. Я тоже очень сильно рад тебя видеть. Ну тихо-тихо, не плачь. — Нихуя я не плачу. Я просто как не в себе рад. — вытерев мужскую скупую, пробубнил парень. — Конечно… — обвив руками шею Славы, брюнет с силой впился в сухие губы Славы…