Craving

Ким Тэхен — человек, который любит себя, свое положение и искренне наслаждается осознанием того, что перед ним стелется и падает все. Он любит власть, любит злоупотреблять ею, когда требуется навести порядок. Тэхен любит, когда подчиняются, и позволяет себе просто все, что только угодно его душе. Это его город, его страна и вообще нет ничего, что ему не принадлежит, что не склонит голову перед его волей. Тэхен — именно тот, кто искренне любит ощущение власти и все ее подобающие бонусы. Он начал с самых низов: мелкие грабежи, перепродажа наркотиков и заказные угоны автомобилей, но кто знал, что с таких низов можно взобраться на самый верх? Никто из тех, кто когда-либо был выше или на одном уровне. Молодой паренек поначалу довольствовался тем, что над головой есть крыша, а в карманах найдутся и деньги на выживание. Выживание, но никак не полноценную жизнь. Идя на очередное задание, он уже понимал, что ему мало. Мало власти и того, что его воля и желание никого не интересует, он — только пешка. Был ею, до самого переломного момента. В свои неполные 18 ему посчастливилось познакомиться с женой своего меньшего босса — первого в рядах заказчиков, переспать с ней и узнать через некоторое время обо всех тайных лазейках и секретах непутевого муженька, благодаря которым он и поднялся на ступень выше. По данному коду от сейфа в кабинете, он достал все нужные бумаги из него, перенес все данные с компьютера и смог остаться незамеченным. И остался бы «не при чем», если бы не тупая женушка босса, слившая все. Но не страшно: Ким умеет пользоваться оружием и, благо, смог вовремя прострелить головы обоих. Но дальше ему и не требовалась помощь со стороны женщин или кого-то на своем уровне, он делал все сам. Можно было просто тихо и спокойно убирать с пути весь мусор и извлекать из них необходимое, а главное было найти нужное время и подход. Тэхен еще с детства мог угодить, втереться в доверие и обольстить, если ситуация того требует. В его венах кровь стыла, когда он понимал, что его власть, могущество и сила росли все быстрее. С каждым новым приобретением, с каждым новым изощренным убийством или заключенным контрактом парень понимал — этого мало. От его руки умирали все, сделавшие неверный шаг или малейшую ошибку. Наравне с обычными контрабандистами умирали депутаты, главы государственных отделений, для него все они — очередной мусор и преграда. Тэхен всегда учился на чужих ошибках, потому что своя может стоить жизни. Благодаря приобретенным связям и данным, он узнавал о потребностях страны, распределении группировок в каждом ее регионе и их обязанностей. Графики и места поставки товара, базы данных каждого центра — уже ничто не утекало из его рук. Каждую деталь, каждую мелочь он старался не упустить, лишь бы в дальнейшем не проколоться и не оказаться одной из убранных пешек кого-то еще. Начиная с уровня уличных бандитов, Ким Тэхен добился места главы целой империи, в руках которой находились все криминальные дела не только страны, но и континента. Наркоторговля, поставка оружия, работорговля, все притоны, бордели, каждая сука была в его руках, и от ощущения этой власти парня кроет. Соорудив себе лестницу из костей и крови соперников, он взобрался на самый верх благодаря своим умениям и труду. Он лгал, крал, совращал, убивал, и даже имея у своих ног все, о чем мечтал, ему не стыдно и он ничуть не жалеет. Кровь с его рук не смыть ничем, но совершенное явно стоит того, чем он обладает сейчас.

***

Все самое важное и ценное, а также просто клубы, бары, притоны и бордели, находятся под руководством его правой руки и друга — Ким Намджуна. Почти с самого начала становления авторитета Тэхена он был рядом, помогал и прикрывал, но никогда не видел в нем потенциального соперника. Джун боится абсолютной власти — это вдвое больше проблем, опасности и риска, но довольствуется тем, что имеет при своем положении. Тэхен любит посещать свои владения после тяжелого (но не всегда) рабочего дня. Каждая сука в его борделях уже знает, что он любит и чего хочет — они всегда угождают, и Ким этому несказанно рад. Его боятся, но также искренне хотят угодить, и сам парень прекрасно это осознает. — Тэхен, — Намджун заходит в кабинет, предварительно постучавшись, но парень в кресле даже не шелохнулся. — Ты сегодня едешь? — Да. Куда посоветуешь? — Ким складывает руки в замок и подносит к губам, закидывая ногу на ногу и глубоко вздыхая. Ему не могут надоесть этакие ночные развлечения, но иногда устаешь и от такого отдыха. — Недавно в Star's поступили новые девочки, не хочешь глянуть? — Ладно, подъеду, — Тэхен кивает, а Намджун сам понимает, что парень вымотался и уже нуждается в уединении. Дверь закрывается с негромким хлопком, и Ким вновь выдыхает шумно, откидываясь на спинку кожаного кресла. Одним движением он разворачивается к панорамному окну и устремляет взгляд куда-то в ночную темноту. На небе ни одной звезды нет, оно плотно затянуто туманом, но ночной город пестрит своими красками и огнями, увлекая и парня за собой. Свет фонарей, неоновых ламп, проезжающих по трассе меж зданий машин и окон делает город еще более живым. Он видит каждый грех в нем, каждое желание и то, что весь этот город в прямом смысле лежит прямо у его ног. За городом — страна, далее — континент и весь мир, это все, о чем он грезил когда-то давно и в итоге воплотил в жизнь. Это все — его владения. Его собственность. В последнее время он слишком увлекся сигаретами. Ким уже давно полюбил дорогой алкоголь, дорогое и хорошее оружие, начищать которое приятно почти также, как и иметь качественных девочек со смазливыми мордашками. Тэхен любит красивые дорогие вещи, он любит свою коллекцию дорогих часов, любит стиль, в котором обустроена его квартира. Плевать, что его там и не бывает практически, но главное — она есть, именно такая, о какой он грезил еще очень давно. Также, как и роскошь, Ким любит свою машину. Не единственную, но точно фаворитку среди всех. Lamborghini Aventador черного цвета, матовая — просто угождает всевозможным его пожеланиям. Докуривая очередную сигарету, Тэхен даже не удосуживается потушить ее, бросает в пепельницу и встает с насиженного места, все еще не отрывая взгляд от панорамы ночного города перед ним. Видит это практически каждый день, но, тем не менее, всегда неизменно красиво.

***

В колонках отчетливо слышится каждый бит, отчего в ушах у Тэхена начинает звенеть, а лицо хмурится. То, куда привел его Намджун — не просто клуб, а стрип-клуб. В свете неоновых ламп и софитов, девушки изящно крутятся вокруг шеста и стреляют глазами в каждого нового подошедшего — возможность угодить и сорвать большой куш. Тэхен поднимается сразу на второй этаж, где располагаются VIP-места, и уже глазами нашел Намджуна, говорящего с каким-то парнем. — А ты быстро, — старший Ким улыбается, а затем подзывает к себе того самого паренька, с которым разговаривал. — Слушай, ты говорил, что за компьютер тебе нужен новый человек, — Нам не торопится и ждет, пока на лице Тэ дрогнет хоть один мускул. Парень наблюдает за тем, как официантка разливает виски в стаканы, а затем берет свой и делает первый глоток, кивает, призывая продолжать. — Я нашел одного. Полностью уверен в том, что ему это можно доверить. — С улицы подобрал что ли? — Тэхен усмехается, прокручивая в руке стакан и наблюдая за движением жидкости. Параллельно слушая друга, взгляд бегает по всем девушкам у шестов, выискивая ту, что сгодится на эту ночь. — Нет. Он раньше работал на Ханбина, — Джун делает паузу, заметив то, с каким оскалом сейчас Тэ смотрит куда-то вглубь толпы, но все же продолжает. — Не стал предателем, конечно, но к нам все же перебрался. — И это не предательство, по-твоему? — его голос становится ниже, с хрипотцой, как только он слышит о предательстве — всегда было мерзостью, якшаться Киму с предателями. — У него не было доступа к какой-то важной или секретной информации, так что он вовремя сообразил перебраться к нам. — Зовут как? — Тэхен поворачивается уже к самому пареньку, что стоит неподалеку от Намджуна, окидывает его оценивающим взглядом, а затем отворачивается. — Чонгук, — Ким осушает стакан залпом, ставит его на стол и снова усмехается. У этого Чонгука голос больше походит на мальчишеский, нежели на мужской, несмотря на внушительную внешность, да и возраст, кажется, не маленький — лет 20. Не сказать, что парень имеет самое смазливое личико, но черты его больше плавные и мягкие, нежели грубые или резкие. Он нервничает, часто облизывает и кусает губы, переминаясь на месте с ноги на ногу, но главное — не боится. В черных глазах горит азарт и желание делать свою работу, и Тэхена это привлекает прежде всего. Волосы черные, как смоль, взъерошены, хотя и видно, что некогда были уложены. — Ну, хорошо, — Тэхен поднимается со своего места и подходит к Чону почти вплотную и оказывается одного роста с ним. — Если ты попробуешь что-то слить или просто облажаешься, то я прострелю тебе башку. Понял? — Понял… — юноша выдержал минутную паузу и шумно выдыхает через рот, как только Ким отходит в сторону, а затем, стоя к ним спиной, обращается к Намджуну. — Я подустал за сегодняшний день. Приведи ту девочку, — Тэ по своей привычке указывает на девушку двумя пальцами. Именно та, на которую он так долго смотрел все время. — В приватную комнату, какая там свободна… похуй, в третью. — Тебе на приватный танец или…? — «Или», блять, — он разворачивается к старшему и делает шаг вперед. Тэхен зол и очень раздражен, особенно сейчас, когда спрашивают лишнее. — Тупые вопросы, не находишь? — Да все-все, я понял тебя, — Джун поднимает ладони вверх, мол «сдаюсь», улыбается уголками губ только и выдыхает напряженно. — Обрадовал, — Ким разворачивается на пятках, хмыкает и уходит по направлению к этим самым комнатам, а Джун тут же начинает высматривать нужную девушку и, заприметив ее, велит охраннику позвать ту в комнату «№3».

***

Девушка слышит музыку и движется ей в такт: помахивает соблазнительно бедрами из стороны сторону, трется ягодицами о холодный металлический шест и улыбается, прикусывая губу. Бросает взгляд на одного из мужчин перед ней, а затем наклоняется, оглаживая ладонью его щеку. Выставляет грудь вперед, позволяя гостю просунуть стодолларовую купюру ей в чашечку лифчика. Он мерзок и противен ей самой, но если хочешь заработать больше — иди на жертвы. И так изо дня в день: каждый третий отвратителен, но и перед ними нужно стелиться, чтобы получить хороший отзыв и плату, если повезет, больше. Девушка — обычная стриптизерша, даже не элитная, не оказывающая за некоторую сумму «особых» услуг в форме близости. Она чувствует мерзкие, иногда влажные руки на своих ногах и благодарит всех богов за то, что стоит выше их — облапали бы всю. Второй мужчина довольно улыбается и облизывается, когда стриптизерша приседает немного и крутит призывно бедрами. Он, а затем еще двое толкают ей под резинку белья бумажные купюры, а самый жирный из них и противный шлепает напоследок по ягодице. Девушке ото всех этих касаний не просто выть хочется — блевать. Если бы не легкий наркотик в крови и алкоголь, то она давно бы плюнула на них всех и ушла, но нет. Даже гордость приходится втаптывать в землю и продолжать танцевать, игнорируя навязчивые касания. — Мэри, — подошедший охранник касается тонкой девичьей ноги, привлекая к себе внимание. — Приватный танец заказали. — Я не пойду, — девушка возобновляет движения, но затем чувствует крепкую хватку все на той же ноге. — Ты дура? Тебя заказал хозяин клуба, — слова мужчины словно тяжелой кувалдой бьют по голове, отрезвляя девичий разум. Не от алкоголя и ЛСД, который, к тому же, почти вывелся — осознание того, что можно сорвать немаленькую сумму не может не радовать. Мэри послушно спускается со сцены и идет за мужчиной, из-за широкой спины которого ничего и не видно толком. — Номер комнаты? — спрашивает, поднимая глаза на секьюрити. — Три. Девушка стоит в начале коридора приватных комнат — впервые за всю свою карьеру. Даже работая в этом клубе уже почти год, она ни разу не сняла нижнее белье, не сидела на коленях у посетителя и не соглашалась ни за какие деньги. Какая никакая, но все же скромность у нее оставалась, как и чувство собственного достоинства. Смешно рассуждать об этих качествах, имея такую профессию, но все же возможно. Засыпая в очередной раз в зашарпанной комнате мотеля, она думает именно об этом — стыд берет верх, оставляет влагу на глазах, а с наступлением темноты вновь отходит на второй план. Сделав глубокий вдох, Мэри ступает по коридору, стены которого обклеены темно-бордовыми обоями с узором золотого цвета, такого же, как плинтусы и фрезы, отчего девичью голову посещает мысль, что даже дизайн помещения, которое посещают не так часто, создан искусно и изысканно, продуман до мелочей. Ее взгляду встретилась пара небольших картин с преобладающим белым цветом, а затем глаза опускаются на пол: тоже красный и золотой цвета, но если задуматься, то элементы золотого цвета напоминают на красном фоне золото, купающееся в море крови. Усмехаясь со своей фантазии, девушка откидывает ненужные мысли в сторону и делает последний шаг к двери. Ей не по себе от того, что первый танец придется отдать хозяину заведения, но иного выбора нет. Глубоко вздыхая, Мэри опускает легкую руку на металлическую дверную и тянет ее вниз, «Будь, что будет…»