Я не хотел...

Томас медленно поглащал пищу, сонно глядя в тарелку. Торд осторожно сел напротив гитариста. -Доброе утро, Том- неловко улыбнулся коммунист Том посмотрел на Торда с непониманием. -И тебе..- безразлично буркнул Томас. Коммуняка начал трапезу. На кухню заглянул Мэтт. -Ребят... я понимаю, что не должен отрывать вас от еды.. Но.. мы с Эддом идём гулять. Вы пойдёте с нами?- неуверенно выдал голубоглазый. Торд посмотрел на Мэтта. -Как-то неуверенно ты это говоришь. Ты действительно хочешь пригласить нас? Мэтт тяжело вздохнул и подошёл к коммунисту. -На самом деле..- Мэтт обернулся по сторонам, дабы проверить, слышит Эдд или нет-.. я хочу проводить больше времени на едине с Эддом.. Рыжеволосый залился румянцем. Торд понимающие кивнул. Не сказать, что он особо удивился. Коммунист давно видел то, как Мэтт не ровно дышит к кареглазому. -Я понял. Скажи Эдду, что мы отказываемся. Хорошо вам погулять- улыбнулся "рогатый". Мэтт воссиял улыбкой и побежал за Эддом. Коммунист посмотрел на Тома. Что-то в нём манило "рогалика". /Нет.. ну не могу я любить его. Но и ненависти я не чувствую../- подумал Торд. Мэтт и Эдд ушли в парк. Торд помыл посуду и сел на диван, где отдыхал черноглазый. Садясь рядом с Томом, их руки соприкоснулись. Ларссон смущенно отвел взгляд, отдёрнув руку. Томас не проявил эмоций. Гитарист думал о прошлом. Он помнил предательство Торда так же чётко, как и сам коммунист. Не было бы Тому так обидно, если бы это была просто дружба. Нет. Это была больше чем дружба. Томас никогда не привязывался ни к кому так прочно, как к Торду в те годы. Он любил его "рожки", любил его серые глаза. Он любил ЕГО. В тот вечер, когда Ларссон ушёл с группой подростков, Риджуелл хотел рассказать другу о своих чувствах. Но Торд всё испортил. Он сломал в Томе любовь к жизни. С тех пор Томас стал таким... безразличным. Но кто знает, может в алкоголике всё ещё есть эти тёплые чувства к Торду? Только.. скрыты они под толстым слоем боли, ненависти и предательства. А если он расскажет об этих умирающих чувствах? Если он раскроет душу? Что будет тогда? Томас был уверен, что коммунист пошлёт его, даже слушать не будет. От этого ему становилось ещё больнее. Торд печально посмотрел на Томаса. /Он глупый. Он пофигистичный. Так что же меня так тянет к нему?/ Торд слегка приблизился к лицу Тома, что сидел с закрытыми глазами. "Целуй" пролетело в голове коммуниста. "Целуй". Одни и те же мысли. "Целуй". Коммунист приблизился ещё. И вот, они на опасном расстоянии друг от друга. Красноармеец уже чувствует дыхание алкоголика. В последнюю секунду Торд срывается с места и уходит в комнату. /Это ужасная идея, Ларссон. У-ж-а-с-н-а-я!/ Томас смотрел вслед коммунисту. Сможет ли он полюбить его снова?