Последний берсерк

      — М-мам?       Я не верила своим глазам. К горлу подступил комок, а где-то глубоко внутри меня сердце замерло и стало биться с бешеной скоростью. Ноги подкашивались от увиденного, но я, собрав волю в кулак, приосанилась и судорожно выдохнула.       Мать выглядела отвратительно. Желтоватые жидкие волосы с проплешинами в местах, где были её уши. Когда-то сильные пальцы с когтями превратились в тонкие и аккуратные, а клыки стали ровно подпиленными белыми зубами.       — Что они с тобой сделали?..- выдавила из себя я, делая шаг вперёд, но тут же опомнилась и уже громче добавила, — мам, бежим скорее, нет времени, потом поговорим. Верманд, помоги мне сломать стекло, вряд ли оно настолько крепкое.       — Люси, — женщина мило улыбнулась, протянув ко мне руку через небольшие дырочки в стекле, предназначения которых я так и не поняла, — милая, ты даже не представляешь, насколько просто мне стало жить. Я так рада, что тебя не убили, но теперь тебе нужно остаться здесь. — Мама аккуратно обхватила мои плечи, — Это не так уж и страшно, правда. Но зато, мы сможем жить с людьми в нормальном мире и…       Она много сбивчиво говорила, а мне было очень тяжело осознать — она не пойдёт с нами. Моя мать умерла с трансформацией и теперь она уже не та.       — Люси, останься, я тебя умоляю. Не убегай, они убьют тебя, пожалуйста, подожди врачей здесь.       — Люси, если ты решишь уйти, то настало время. Мы уже не можем задерживаться, — Верманд нервно кашлянул.       — Прощай, мам.       — Нет, не уходи! — женщина схватила меня за руку, но я с лёгкостью сбросила её ладони, следуя за учёным. Бывшая свободолюбивая крыса плакала, кричала мне вслед, но я уже не оборачивалась, понимая, что видела её последний раз.       — Мне жаль.       Я промолчала, торопливо сбегая по ступенькам. На глаза накатывали слёзы и я пару раз споткнулась, чуть не покатившись кубарем вниз.       Это конец. Если уж моя мать перешла на ту сторону… Это конец.       Где-то вдалеке заверещала сигнализация, я отдалённо слышала, как Верманд зло шипит, хватая меня за плечо и утаскивая вниз. Вроде я с кем-то дралась, меня ударили по голове, но, честно говоря, мне было абсолютно всё равно. В душе залегла пустота, которую невозможно было заделать ничем. Мой мир по кусочкам рушился, оставляя лишь горькие воспоминания. Никогда не будет уроков папы, ведь его, скорее всего, убили. Никогда не будет сказок мамы на ночь, ведь её больше нет. Никогда не будет игр с братьями, ведь я даже не знаю, живы ли они.       В тот момент я явственно поняла: я повзрослела.

***

      Я сидела у берега небольшой реки, находящейся в сорока минутах езды от базы. Рубец на щеке все ещё заживал, тупой болью отзываясь где-то в затылке. По дороге большинство синяков и ссадин зажило, но я не чувствовала ничего, что тогда, что сейчас. Я воспринимала мир, будто бы глядя на него чужими глазами. Ещё одна рыбка вынырнула из реки, весело помахав плавником.       Верманд первым же делом стал латать себя. Кажется, его тоже ранили, хотя, честно говоря, я не особо обратила внимания. Перед глазами стояла изуродованная мать, протягивающая мне руки.       Учёный тихо ругался, бурча себе под нос что-то про то, что ему стоило надеть бронежилет, а я задумчиво следила за тем, как листочек с дерева уносит течение. Он слегка подпрыгивал на волнах, иногда совсем исчезал под водой, но всё равно всплывал, отчаянно борясь за своё существование под солнцем. Очередной порыв ветра не только откинул все волосы с лица мне за спину, но и немного привёл меня в чувство. Что ж. Её выбор — это её выбор. Не мне её осуждать.        — Люси, послушай, я понимаю, что у тебя сейчас тяжёлая ситуация и всё такое, — несколько рассерженный Верманд подошёл ко мне со спины, легонько коснувшись пальцами макушки, — но убиваться по этому поводу просто нет времени, понимаешь?       Парень тяжело выдохнул и присел на корточки, небрежно проводя пальцем по земле и вырисовывая петли. Поднял уставшие серые глаза на водную гладь и набрал воздуха в легкие, чтобы сказать мне длинную речь, чтобы вдохновить на подвиги, но промолчал.        — Всё верно. Нужно просмотреть то, что мы успели схватить и делать определённые выводы, — голос предательски задрожал и я судорожно вздохнула, в попытке успокоиться. Всё происходящее сейчас стало настолько реальным, что прокрутив в голове события прошедших дней, я содрогнулась. Дьявол, я ведь всего лишь подросток-берсерк, почему я во всё это встряла? Почему взрослые матёрые волки гниют в лабораториях среди людей в белых халатах, а мне везёт раз за разом?       Я истерично рассмеялась. Хорошо, если судьба «одарила» меня такой удачей, то возьму-ка я быка за рога и назло всем выживу и останусь берсерком. А большего мне и не надо.        — У нас всё получится, — словно в подтверждение моих мыслей сказал Верманд, но…       В его голосе совершенно не было уверенности.