Свободное падение

Омега смотрел на рассвет… Лицо его было освещено первыми лучами солнца. Он будто полыхал в алом мареве. Зеленые глаза были полны надежды… Нармир прикоснулся к плечу омеги. Тот вначале вздрогнул, выныривая из своих дум, а потом, увидев того, кто прикоснулся к нему, нежно улыбнулся. Рукой он убрал прядь, соскользнувшую на лицо, и заправил ее за ухо. На несколько мгновений во взгляде его мелькнуло волнение. — Почему ты не спишь? — Лисси положил свою руку на руку Нармира, и слегка сжал ее своими тонкими пальцами. — Проснулся, а тебя рядом нет, — ответил альфа, любуясь своим юным супругом. — Даже разволновался немного… — Да куда я от тебя денусь? — Лисси прильнул к своему альфе. — Я так рад, что мы нашли друг друга… Нармир обнял, прижал к себе хрупкое тело омеги. Он уткнулся в волосы истинному и вдохнул такой любимый и родной запах. — Я обещаю тебе, — произнес альфа. — Я никогда не позволю никому причинить тебе вред. Ты всегда сможешь на меня положиться. Ты покинул родное гнездо ради того, чтобы быть со мной, и я не подведу. — Люблю тебя, — муркнул омега, поднимая лицо и целуя альфу. х х х Озлобленный, жестокий, подлый. Осталось ли хоть что-то от того милого, спокойного и нежного Лисси? Нармир иллюзий не строил и своей вины не отрицал. Он взвалил на свои плечи огромную ответственность за чужую жизнь, и он же сам предал. Да, отцу было плевать на счастье сына, и он сам убил бы омегу, не прогони тогда Нармир супруга. Но… чем больше проходило времени, тем больше вариантов появлялось в его голове. Он мог поступить иначе — не унижать, не ломать истинного жестокими словами. Он должен был сделать все, чтобы убедить отца позволить омеге в первый раз раскрыть крылья в гнезде. Что он мог дать старику взамен? Он мог пригрозить себя лишить жизни, если погибнет истинный… Или попробовать поднять переворот. Вряд ли бы что-то вышло, но подчиниться и уничтожить тем самым истинного — куда хуже. Может, лучше они погибли бы оба еще тогда, будучи преданными друг другу до конца? А так выходит Нармир разрушил жизнь обоим — и себе, и своему омеге. Да, они выжили, но оба разбиты. Нармир встрепенулся… все тело затекло, было больно, сознание путалось. Он провел здесь не так много времени, но ошейник заблокировал магию, а потому тело его ослабло. Попался так глупо… Конечно, перед селением свободных драконов был охранный контур, и конечно он пропустил Лиса. Скорее всего сам омега и ставил защиту на поселение драконов, потому легко проскользнул в брешь, а Нармира приложило защитным заклинанием. Без еды и воды он погибнет довольно быстро. Если бы не ошейник, был бы шанс, что он сможет пополнять силы физические магией. Да, беззащитное уязвимое состояние пугало. Нармир никогда не попадал в такие передряги, он всегда был достаточно силен, чтобы дать отпор. Быть связанным, пойманным, ослабленным — пугало. — Эти хроники довольно забавны, — Лис расположился невдалеке на ковре. Одинокая свеча освещала его силуэт. Омега читал какую-то книгу. — Тут ты описываешься как черный монстр, не знающий любви и жалости. И даже упоминаюсь я… как бедная жертва обстоятельств. Правда, в видении автора наша история кончилась не так печально, как в реальности. В конце книги я погибаю, а ты вскоре следуешь следом. Иногда, гибель все же лучше, ведь является освобождением… Хотя многие говорят, что книга заканчивается на печальной ноте. На губах омеги появилась улыбка. — Эту книгу написал один эльф… Он опирался на легенды, сложенные о нас. Здесь довольно много вымыслов, но и часть правды так же есть. В глазах автора ты чудовище… Хотя и я сам не лучше… Во рту был кляп, потому Нармиру оставалось лишь смотреть на бывшего возлюбленного. Пора признать, что омега наконец победил. Нармир был слишком самоуверен. Он считал, что достаточно связал Лиса, что тому больше некуда деваться, и он наконец подчинится. Это глупо. Его омега знал лишь предательство, и на удар отвечал ударом. Так было всегда. — Я случайно наткнулся на эту книгу, и был удивлен, узнав в главных героях нас с тобой. Этот эльф на нашу историю посмотрел со стороны… Некоторые его мысли задели меня. Например, он предположил, что омега действительно неполноценен, как и говорил некогда альфа, потому что не умеет прощать. Действительно, удивительно для омеги быть настолько сильным и жестоким. Я рос рядом с братом — наследником, Повелителем. Когда мы встретились, ты немного смягчил меня, а после всего произошедшего, кажется, я окончательно ожесточился. Немного подумав, я пришел к решению, что прощаю тебя за то, что произошло триста лет назад. Никогда не забыть мне пережитой боли. Я остался тогда совсем один, и был сломан. Но я продолжаю жить… Нельзя нести и дальше все плохое, необходимо это отпустить. Однако… теперь я обеспокоен будущим. Я не заинтересован в твоей гибели. Зак пока слишком юн, чтобы потянуть и твое гнездо. Драконы снова будут гибнуть… Мне придется отпустить тебя, даже несмотря на то, как сильно я боюсь тебя, несмотря на то, что ты меня убиваешь. Нармиру с трудом верилось, что Лис в этом мире может хоть чего-то бояться. Однако, он и сам забыл, что перед ним омега, беременный омега. Он давно уже перестал воспринимать Лиса слабым и уязвимым, и не сделал скидки на его особое положение, повязав. — Если ты погибнешь, опасность будет грозить и моему малышу. Я не хочу этого, потому у меня нет выбора. Сколько бы я не доверялся тебе, ты каждый раз предавал. Это будет последний раз… теперь, если предашь, окончательно уничтожишь меня. Я лишь хочу, чтобы ты доверился мне, раз требуешь доверия от меня. Чтобы не ломал под себя, а прислушивался к моему мнению. Ведь довольно неприятно быть беззащитным, связанным, не так ли? Запомни этот момент. Я мог воспользоваться шансом и избавиться от твоей власти. Но я больше не полагаюсь лишь на собственные чувства, я полагаюсь на разум. Омега приблизился к альфе. — Я надеюсь, что ты не станешь больше пользоваться своим правом главы по отношению ко мне, и не станешь приказывать… Я сниму кляп… А дальше только ты решай. Услышал ли ты меня, принял ли мои слова, или все еще считаешь, что я играю с тобой. Я бы хотел, чтобы все было как раньше… Конечно, всего не вернуть. Но ты обещал быть моим мужем, а не хозяином. Омега потянулся, потянул за шнур и аккуратно снял кляп. Глаза Нармира горели. Он всматривался в лицо Лиса, и не знал, что дальше. Все произошедшее разозлило, и сейчас он вновь мог подчинить омегу. Но после услышанного не решался. Было страшно потерять последний шанс. И довериться страшно. Лис столько всего натворил, и на столькое способен. Поверить ему, означало рискнуть всем. Хотя что у Нармира осталось? У него есть взрослый сын, который уже может сам о себе позаботиться. Гнездо без него возможно погибнет… хотя и там Зак пригодится, возьмет под крыло. С другой же стороны есть омега… и будущий дракончик. — Я голоден и хочу пить, — наконец произнес Нармир. — Освободи меня… пожалуйста. Лис выдохнул, плечи его немного опустились. Он принялся освобождать альфу, однако ошейник снимать не спешил. Нармиру пришлось слегка опереться на омегу, так как тело его затекло. Он не ожидал, что его освободят, и готовился к чему угодно: пыткам или мучительной смерти от голода и жажды, но только не к подобному развитию событий. Омега не воспользовался своим преимуществом, в отличие от альфы. Нармиру стало стыдно за свои прошлые поступки. — Ошейник не снимешь? — спросил он. Голос немного охрип, очень хотелось пить. — Пока мы здесь, лучше не стоит, иначе свободные драконы посчитают тебя угрозой. Они боятся тебя. Они станут костяком гнезда Зака, так что не в твоих интересах уменьшать их популяцию. — Это унизительно! — рыкнул Нармир, а Лис лишь с легкой усмешкой на губах пожал плечами. — Не переживай, я смогу тебя защитить… — ответил омега. Альфа смерил омегу недовольным взглядом, но перечить не посмел. Несомненно им будет очень сложно найти общий язык, вряд ли из этого вообще что-то выйдет. Однако, сейчас Нармир был уверен, что попробовать стоит. Лис прав, пора и ему довериться хоть чуть-чуть. А если что-то пойдет не так, он в любой момент сможет отдать омеге приказ.