Новая жизнь (Скованные одной цепью 2)

Жена должна верить мужу. А как же? В семейной жизни главное — доверие. Иначе семейная жизнь просто немыслима.

4 месяца спустя. — Сонь… Что ты дёргаешься, -обратил внимание на беспокойство жены Михаил, — каждый раз волнуешься после проверки! — Да не знаю я, — нервно размешивала кофе она, совершенно не замечая слов заместителя. — Проверка прошла прекрасно. Ты гений у меня! Лучшая управляющая на свете! — говорил он, взяв её за руку, — Чего ты? Всё же хорошо. Менеджмент — это уже пройденный этап для тебя. Всё! Вчерашний день. Только вот взятку научись давать, и твой путь завершится. — Миш, что с тобой? — с опаской взглянула на него управляющая. — Да ничего, просто думаю о будущем, — он сделал непринуждённый вид, мешая кофе, — Элеон — это не навсегда, сама понимаешь. Может свой отель когда-нибудь откроем! — Ты сейчас кого уговариваешь-то, себя или меня, — сделала глоток кофе она, смотря на Мишу. — Да нет, я никого не уговариваю. Просто мысли вслух. Они смотрели друг другу в глаза, и Соня думала: «А чем это не тот самый момент? Когда он, видите ли, о будущем думает.» Собираясь с силами, мысленно сжала кулачки, глубоко вздохнула и прошептала: — Миш… — Всё, хватит, — он перебил её, вставая из-за стола, — успокойся уже. Нервная ты сегодня, эти дни начались что ли? — Ничего у меня не началось, — прикрикнула София, резко встав из-за стола. Из-за чего стол покачнулся, и чашка с утренним кофе полетела на пол. Миша усмехнулся и поспешил в ванную за шваброй, чтобы убрать этот беспорядок. Пока Соня пыталась отмыть пятно, он уже допивал свой кофе. — Всё, что ты будешь сейчас говорить, будет использовано против тебя! — А… — Соня только раскрыла рот, чтобы возразить ему, но в ответ получила поцелуй в губы. — Всё. Я полетел, уже опаздываю. Вечером продолжим, — подмигнул ей заместитель, — Женя, слушайся маму, а то она сегодня не в настроении, — говорил Миша, надевая батники. — Хорошо, — раздался голос мальчика из комнаты. Миша направился к двери, а Соня так и осталась стоять с широко распахнутыми глазами. Ну, не кричать же было такие новости вдогонку, в конце концов. POV Несколько недель назад я узнала, что беременна. Меня переполняла радость, но Мише так и не решилась сказать. Так как у отеля появился новый хозяин, нужно было приготовить большое количество отчётов, и время на такие важные разговоры просто не было. Я много думала о ребенке, о том, какими родителями мы станем, как смогут воспитать маленького человечка… Женя очень хочет братика или сестрёнку, обещал даже гулять и кормить его. Когда маленький заместитель появился в нашей жизни, ему было уже 6 лет, с ним можно было договориться, а иногда он сам принимал очень взрослые решение. Пусть и прошло 4 месяца, я до сих пор не перестаю удивляться его сообразительности и находчивости. Во многом он был похож на Мишу, а иногда он напоминал и меня. Особенно, когда мы ссорились с мужем, что случалось редко, он чаще всего был на моей стороне, это не могло не подкупать. Его воспитанием занимался Миша, а теперь, когда приближается ещё одно прибавление в семействе, ему придётся разорваться. Тем более я совершенно не представляю, как мы будем справляться с работой. В декрет я не хочу уходить, хотя я думаю, меня заставят двое мужчин. Они же у меня главные! В беременность пока не очень верилось, всё это было таким хрупким, что казалось, только подует ветерок, и всё рассыплется, как карточный домик. Я проснусь, и всё это окажется лишь сном. И разум не спал, диктуя процент спонтанных абортов в первые недели беременности, особенно в моём возрасте, да и после операции. Было страшно, но в то же время и хорошо. Плохо спала, потому что не знала, как сказать мужу, да и стоит ли обнадёживать его на таком сроке. Ведь он-то не переживёт такой потери. Проснувшись раньше, я долго смотрела на похрапывающего супруга и много думала, как ему рассказать эту новость, но всегда получалось только сказать стандартное: «Доброе утро».

***

Каждый день по дороге в отель мы обсуждали работу, вечерние планы, успеваемость Жени в школе. И вот во время одной из таких прогулок я решила попробовать рассказать ему. — Миш, с чего ты решил, что всё про всех знаешь? Пусть Лев и самодур, но может человек он хороший, — Я всё пыталась остудить его пыл в отношении Льва — нового хозяина отеля. — Потому что я вас всех насквозь вижу! — Федотов не понравился Мише с самого начала, но после того, как он начал заигрывать со мной, их отношения ещё больше обострились. — Посмотри на меня! Что видишь? — в голове быстро созрел план, как ему всё рассказать. — Красивую женщину! А что, я должен что-то видеть, — спросил он, бросив непонимающий взгляд на меня. — Хм, а как же твоё «насквозь»? — ехидно отозвалась я, повторяя его интонацию. — Да ладно тебе, что-то случилось, — забеспокоился он. Прокашлявшись, я уже было собралась сообщить главную новость, но в последний момент испугалась. Оправдала себя тем, что дорога — не место для таких новостей, и выдала новость совсем другую, радуясь попутно её наличию. — Лев предложил мне 40% отеля, за очень большую скидку… Ты как думаешь, -спросила я улыбаясь. — Чего же я должен быть против, — буркнул он. — Ну, так, подумала, вдруг… — я сделала вид, что задумалась. — Что «вдруг»? Забеременеешь? На секунду перехватило дыхание, но Миша тут же, посмеявшись, продолжил: — Не волнуйся, всё будет хорошо. Давай иди работай, — снова не дал мне времени, чтобы собраться с духом и признаться.

***

Вечером на кухне вновь собиралась сказать. Твёрдо решила, что вот сейчас — точно скажу! Не позволю ему перебить, не помешают другие люди, дороги, ничего! — Слушай, Миш, информация для тебя есть, — развязывала галстук я. — Хорошая, плохая? А то у меня лимит на сегодня исчерпан, — бубнил он. — Ну-у, хорошая… Мне кажется, хорошая, — хитро заулыбалась девушка, а в глазах запрыгали искорки радости. И снова не успела открыть рот, как раздался звонок в дверь. Пришедший Женя с фингалом под глазом, выдал такую новость, что мою новости отложились как-то сами собой. В какой-то момент мне стало казаться, что сама судьба против того, чтобы Миша узнал о грядущем пополнении. Беременность всегда вселяет в женщину веру в приметы, поэтому хоть сколько-то настойчивые попытки сообщить о беременности перешли в попытки скрыть её «до подходящего момента». Но время шло, за страхом потери пришёл страх реакции мужа, а нужный момент всё никак не наступал. Полностью запутавшись, я решила не думать пока об этом, и как всегда утопить проблемы в работе. Работа-то от этого даже выигрывала, а вот личная жизнь, увы, страдала. POV end Утром, когда Соня уже ушла на работу, Миша отвёл Женю в школу и стал потихоньку собирался на дневную планёрку. Времени оставалось много, смотреть телевизор не хотелось, читать тоже. Решил использовать энергию в мирное русло и, наконец, приколотить дощечку на балконе, которая отходила, зацеплялась и которую Соня вот уже месяца два ненавязчиво просила прибить. Он же мужчина! Уже предвкушая, как вечером обрадует жену своим трудовым подвигом, посадил занозу, неосторожно схватившись на деревяшку. Была бы тут Соня, обязательно бы приметила эту мелочь. В поисках пинцета обыскал несколько косметичек жены и наткнулся на круглую баночку с таблетками. В хозяйственном порыве решил убрать её в аптечку, взял в руки и обомлел. Этикетка гласила «Пронаталь» — витамины для профилактики и лечения гиповитаминоза, недостатка минеральных веществ и микроэлементов в период беременности. Мысли хаотично забегали, собирая воедино странный паззл небольших мысленных заметок. Вдруг стали понятны странные выходки Сони непривычно нервное поведение по всяким мелочам и хороший аппетит жены, хитрые глаза, несколько мелочей, которым он до этого не придавал значения, а ещё что-то давно не припоминалось «красных дней календаря» в их личной жизни. Но почему она ничего не сказала? Кажется, это длится месяц или два, а то и больше. Миша размышлял уже по дороге на работу, так и не забив бедную дощечку, и весь день пребывал в крайне задумчивом состоянии.

***

За день чего только не передумал. И выкидыш, и аборт, и даже беременность от другого промелькнула в мыслях, но эту версию он всё-таки отогнал подальше в ту же секунду. Шагая длинными коридорами, лестницами Миша всё думал, и никак не мог решить, обижаться ли ему на то, что Соня ничего не сказала, или радоваться наследнику. Заглянув через щель открытой двери, он увидел супругу, сосредоточенно рассматривавшую отчёты. Она смотрела, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, задумчиво крутила ручку и не заметила, как он вошёл. — Привет, — медленно подходил он к ней. — А ты чего это тут, — оторвалась от документов Толстая и посмотрела на Мишу. — Да вот, решил за тобой зайти, — приблизился зам. — С чего это вдруг?! — засмеялась она. — Надо же тебя когда-то с этой работы вытащить, это же невозможно, вся жизнь проходит. Так состаримся, а ты всё работаешь и работаешь, — нервно тараторил заместитель и старался не смотреть на жену. — Нет, у меня просто очень сложные отчёты попались, вот, проверь вместе со мной, коли пришёл! А то у меня уже голова болит от них, — Соня скучала по временам совместной работы, когда в любой момент можно было спросить совета у Миши, ведь сейчас он всё время занимается указаниями Льва. Ей просто хотелось ощущать рядом его плечо, получить порцию уверенности в том, что всё получится, — я не понимаю вообще, откуда столько бумаг! — Ты ничего не хочешь мне сказать? — наконец посмотрел на жену, которая, впрочем, выражала полную заинтересованность исключительно работой. — Что именно, — холодно спросила она. — То есть нам поговорить не о чём? Она отрицательно покрутила головой, как вдруг поняла, к чему он клонит, и почувствовала себя застигнутой на месте преступления. — Сонь, я, конечно, понимаю, что я изменял тебе, предавал и жизни тебе нормальной дать не могу, ну уж… извини. Сама меня такого выбрала. Но, тем не менее, я твой муж, и кое-что я всё-таки вижу. Соня смотрела широко распахнутыми глазами и отчего-то не могла вымолвить ни слова. — Ну, — Девушка отвела глаза. — Значит, не хочешь сознаваться? Ну, хорошо, София Яновна, давай тогда поговорим об отчётах за семестр, — он перевёл взгляд на бумаги и, сделав самый заинтересованный вид, заговорил о работе. София уже не слушала его, а лишь снова собиралась с духом, наконец, выдавив: — А что ты видишь? — Какой срок? — коротко спросил он, прервав свой монолог. — Четырнадцать недель, — Соня сказала и сама вдруг удивилась такой значительной цифре. Четырнадцать… Четырнадцать… Эхом повторялось в голове Миши. Четырнадцать! Он ожидал услышать пять, восемь, ну хоть десять… Но четырнадцать! — О Господи, какая же ты дурочка, — причитал он, а Соня смотрела на него и как будто ожидала приговора. Отчего-то всё равно боялась его реакции, хотя знала, что он хотел от неё детей. — Угораздило же меня, боже… А что же ты молчала-то? — Я боялась, — честно выдала она, расставляя всё на столе, — Правда боялась. Глупо и неоправданно, но боялась. — Чего? — недоумевал Миша, внутреннее всё-таки ликуя, что вскоре снова станет отцом. — Я боялась, что эта беременность не сохранится. Потом началась вся эта история с отелем. Потом я что-то так затянула, что я уже стала бояться говорить тебе, потому что я понимала, что ты будешь злиться! Я ждала какого-то подходящего момента, — знакомы до боли были ему эти слова. — Ну что, дождалась? — Ну вот ты злишься, понимаешь?! А он злился. Злился, что Соня, которая, как ему раньше казалось, ничего не боится, вдруг снова не доверилась ему, как с той операцией. Злился, потому что хотел бы осознанно прочувствовать каждый день этой беременности и ничего не пропустить, потому что хотел вместе переживать, вместе ходить на УЗИ, рассматривать снимки, вместе выбирать имя, и бог знает, что ещё, только бы вместе. — Соня, какая ты дура! — на самом деле хотелось встать и потрясти её за плечи, вновь напомнив, что если вместе, то это значит вместе, — правда, я с тобой разведусь. Соня чувствовала, что, наконец, не одна со своим приобретением, и что он уже почти не злится, раз шутит. Пусть лучше обещает развестись, чем молчит. — Не, ну… нельзя, — убеждала она, бросив взгляд на живот. И он таял, хоть и продолжал говорить, что разведётся. А она улыбалась и глядела на него виноватыми хитрыми глазами безумного голубого цвета, и он не мог сдержать улыбку в ответ, хоть и собирался помучить её подольше. Девушка встала, сделала два медленных шага вперед, оказавшись рядом с мужем, и смотрела на него виновато и вопросительно. Мысленно извинялась, а он мысленно просил никогда так больше не делать. Он ведь отчего-то был уверен, что у них будут ещё дети, и ей всё-таки придётся научиться разделять с ним такие новости. В раздумьях о будущем, он простил её намного раньше, чем планировал, и, притянув к себе, обнял, прижался, слушая стук её сердца, а она гладила его голову и молчала. Он ощущал теперь, что, хоть она и дурочка, несмотря на весь свой ум, она теперь больше, чем просто жена, она — мать его ребенка. И жизнь его с ней приобретает всё больший смысл, и мечты его исполняются прямо сейчас. И больше не хотелось никуда идти, хотелось сидеть вот так, слушая стук её сердца, и мечтать вместе о будущем, которое непременно будет хорошим. — Я люблю тебя, — единственное, что он смог сказать, после чего с небывалой страстью примкнул к её губам. Беременность — это начало новой жизни! Хорошие супруги имеют многочисленные цели в жизни и всегда готовы идти к ним несмотря ни на что. Но всего лишь одно желание — быть вместе и навсегда!