Естественное не безобразно

Они пришли сюда, потому что Федяю понадобились какие-нибудь незаурядные кроссовки. И потому что это был единственный обувной, в котором можно было отыскать обувь, подходящую для Артёма. Да, Депо вследствие выделяющегося роста являлся счастливым обладателем очень маленькой по мужским меркам ноги — тридцать девятый размер. Мало ему вечного загона из-за роста, тут ещё и приятное дополнение. Спасибо. Да, он носил иногда женские кроссовки, особенно в детстве. Благо, свобода выбора в век капитализации почти свела этот комплекс к нулю. Правда, на фирменную и брэндовую мужскую обувь ему приходилось только облизываться. Облизываться. Зайдя в эту Мекку обувных фанатов, каждому хотелось вздохнуть полной грудью, преклоняясь перед бессчётным количеством обуви тут и там, во все стены, от пола до потолка, на стеллажах и постерах. Каждому хотелось, а Депо это взял и сделал. Как следует, запрокинув голову, во всю мощь лёгких, с лёгким фырчанием носа. От неописуемо прекрасной смеси ароматов свежей обуви немного закружило, а во рту появился шлейф кисловатой слюны. Подташнивает немного. В самом низу живота приятным ощущением забурлили, лопаясь, миллиарды пузырьков несуществующей газировки. На этой стадии восторга Шатохина во всех смыслах повело, и он сам не понял, как умудрился затормозить спиной в стеллаж у дальней стены. Откуда-то с верхней полки на затылок что-то приземлилось, отрезвляя. Артём распахнул глаза. На кафельном полу валялся ярко-лиловый кроссовок с причудливым геометрическим узоров из мелких треугольников на шнурках. Там были все оттенки фиолетового. Они должны понравиться Феде, верно? Верно. Нужная коробка, нужный размер, и вот уже Приходов, склонившись в три погибели худым телом, снимает непозволительно серые уличные кроссовки, оголяя большую узкую ступню в ярко-салатовом носке, неизбежно вспотевшем и провонявшем от летней жары и дороги. К лиловому зайдёт идеально. Не в пример спокойствию и размеренности переобувающегося, Артём выглядел как-то совсем странно. В метре от банкетки, он стоял, опустив руки по швам, с виду обычно. Но бездонно непроглядные, зеркальные зрачки абсолютно чистого на сегодня человека, и неадекватно приминаемая зубами нижняя губа.. И ненормальная бледность, на чьём фоне искусанные губы сияли пурпурным заревом. Что ж, однажды в интервью Депо таки проговорился, что, будучи простым смертным, развлекался бы, лишь смотря странную порнуху. Но простым смертным он, пожалуй, не был никогда. А значит, и порнуха должна быть страннее некуда. Некуда. Широкие синие штаны от спортивного костюма — это прекрасно. Но иногда не способны вывезти даже они, даже при всём своём великолепии и удобстве. Как, например, сейчас. И Бульвар, всё-таки ещё хоть сколько-нибудь оставаясь в сознании, прикрыл ярче и ярче выражающийся стояк ладонью. Как там говорят..? Естественное не безобразно. Что поделать, таковы уж его пристрастия. Таков уж его фетиш. Фетишей, кстати говоря, у Артёма было всего два: Федяй и ноги. А когда эти две вещи сходились в гармонии, тут только и оставалось, что восторженно мастурбировать на это, за невесть какие заслуги снизошедшее, ультраискусство. До этого, правда, мастурбация была лишь только душевная. Но рано или поздно следует обращаться к следующей ступени, двигаясь дальше. Дальше. Федю никогда не смущали чужие взгляды, даже если в нём откровенно пытались проделать дополнительную дырку пристальным взором. Он просто не замечал их. Но сейчас, почему-то, бросил пёстрые шнурки в тонких пальцах и поднял голову. Пальмообразный высокий хвостик из гладких каштановых волос игриво взметнулся. Нельзя сказать, что Федяй удивился. Будучи Молодым Придурком, он и сам прекрасно понимал чужие странности и заскоки, что уж говорить о лучшем и просто давнем друге. В раскосых глазах, трепетнув в движении ресниц, отразилась легкораспознаваемая, но сложнопереводимая эмоция. Явно не протест, отказ или негодование. Даже не вопрос. Это явно было чёткое и спокойное утверждение. Окей. Договорились. Вперёд. Вперёд. Прижимая к себе коробку со слишком быстро купленными лиловыми кроссовками, Приходов стоял на эскалаторе в абсолютной невозмутимости и улыбался. Стоящего же на ступень ниже Артёма от эмоций и ощущений просто распирало до бегающего взгляда и трясучки в руках. В одном глазу ясно читалось "разорву", в другом — "вклочья". Сейчас он был похож на матёрого наркомана, который уже заполучил желанную дозу, и быстрее ветра мчится на худых ногах в любое потайное место, чтобы наконец поставиться. Потайное место было странным, неожиданным и спонтанным. Даже, может, глупым. Наткнувшись взглядом на рекламу боулинга на минус первом этаже, Бульвар уже ни о чём не раздумывал, и буквально хватанул едва успевшего выйти из магазина Федяя за локоть, уводя к точке назначения. Запах пластика, яркие цвета, приятные звуковые вибрации катящихся по дорожкам шаров, тихая ненавящивая музыка, скользкие полы.. Полы. Подсобное помещение, аналог рабочей кладовки для немногочисленных сотрудников. Маловаттная энергосберегающая лампа в агонизирующем моргании, простые посеревшие стены, просторные полки и непередаваемый запах ношенных ботинок для боулинга. Бе-зу-преч-но. Даже не ощущая собственного тела, Депо перевернул одну из прозрачных коробок на пол. Нелепые красно-синие ботинки с белыми шнурками рухнули почти бесшумно. Эксперимент удался. За одной прозрачной коробкой последовали другие. Интересно, а дверь закрыта? Сам задав себе этот короткий вопрос, Артём тут же сам на него и ответил. Он буквально спиной ощущал гармонизирующую энергетику Фёдора. А там уже и наплевать: заперто, открыто, есть вообще дверь или голый проём стоит.. Не столь важно. Это даже не деталь, и уж точно не нечто главное. Главное. У этого парня безупречные ноги. В принципе, заменив окончание прилагательного, последнее существительное можно спокойно сменить на всё, что угодно, от "флоу" до "характер". И это всё равно было бы чистой правдой для Шатохина. Но его ноги были чем-то особенным, неприкосновенным и святым. От тощих ляжек до островатых колен, от хрупких щиколоток до узкой ступни, от эстетически приятных длинных пальцев до красивых квадратных ногтей. Даже лебединую шею Больного Лебедя не хотелось целовать с такой страстной нежностью, как эти роскошные конечности. С удобством расположившись на целом ковре разбросанных ботинок, Молодой Придурок все равно не собирался возражать. Тонкая ступня, играясь, вырвалась из рук и проскользила сначала до плеча, плавно устраиваясь на нём на пару секунд, а оттуда — ниже. Ключица, грудная клетка, соски, пресс, живот.. Пах. Четыре чёрные цифры года рождения на коже дрогнули в несдержанном выдохе. Худое тело в полубессмысленных татуировках легко поднялось и село. Изящные ступни упёрлись в центр груди, щекоча солнечное сплетение подушечками пальцев. Круг, ещё один, и ещё. Лучше, чем в новых кроссовках, эти прекрасные шнурки могут смотреться только на Артёмовой шее. Ладони с жадностью прошлись под коленями, а искусанные губы не выстояли в окончательно пробивающем крышу поцелуе. Ступни вновь скользнули по выбросившему первые капельки пота животу, влажными следами приземляясь к самому обострённому. Не контролируя блаженство, Депо дёрнулся вперёд. Длинные полосы шнурков медленно натянулись, добивая безумный порыв в своей сладости. Растопыренные ладони уткнулись в прохладный кафель подсобки под протяжное хрипловатое мычание. Так не бывает. Или..? Или.