Он ждал.

Тихо горел камин, и Отабек сказал Юрию, что уедет лишь на месяц. Так нужно. Нужно решить много проблем, которые ему, наивному, не понять вовеки. Есть что-то важнее, чем их история о любви, и что-то больше этого особняка, хотя куда уж больше! «Ну, какая разница, где я: за океаном или вот за этой стеной, - просто закончу дела и вернусь», - сказал он. А еще сказал, чтобы развлекался и не думал о нем много. Сегодня Юрий проснулся на полу, на нем был вчерашний костюм. Он не помнит, когда ушли гости. Зачем приходили гости? Был праздник... какой-то. Он не пил, нет. Просто звонил телефон... Вот оно! Отабека никто не может найти, он пропал без вести. Не мог же его начальник врать! Нет, не может быть, нужно только ждать... Плисецкому хотелось потеряться в этих комнатах, хоть на время. В следующей комнате хранилась коллекция оружия. В ту осень они ездили на охоту. Весело было. Сколько уже прошло? Год и месяц. Какая разница? Фамильные драгоценности, прозрачный футляр с кольцом, дарственная... Милое, дорогое, колечко, где он? Ничего доброго не ощущалось, когда с портретов на него смотрели строгие лица ушедших родственников. В огромное окно большого особняка скользнул луч заката. Где-то из соседних комнат послышались шорохи, Юрий содрогнулся. Тишина опять застала его врасплох. Нужно закрыть шторы. Или нет: завтра снова открывать. Он заглянул в пролет между лестницами - там, внизу, телефон, и может быть, есть пропущенные вызовы. Вызовы? Лучше - в зал, там рояль. Музыка развеет сомнение, страх. Особняк молчал, светилось одно окошко, и всю ночь слышалась нежная и грустная мелодия, которая стихла под утро. Дождливый вокзал, такси, в окне мелькнула чья-то тень... нехорошее предчувствие. Отабек улыбнулся, разглядывая в прихожей его забавные рисунки с их историей о любви. Нетерпение и тревога не давали дышать. Юра! Вот же он! Юрий спускался по лестнице медленно, ступень за ступенью, лицо подростка в этот пасмурный день выглядело очень бледным, даже белым. Он не сводил сияющих глаз с Отабека и шел к нему с открытыми объятиями, он тоже протянул к любимому руки. Когда он стоял уже совсем близко, Юрины взгляд уходил вдаль, куда-то сквозь него. Отабек оглянулся на распахнутую дверь. Он кинулся ему в ноги. Он еще слышал Юрин «ничего, я буду ждать» и ощущал его ладони, а когда поднял лицо, возле него стояли изумленные и очень сочувствующие соседи. «Три месяца, как не стало», - ударило его, как громом, и вдруг он понял, что они его не видели. Юрий умер от горя и был похоронен на старом кладбище вместе с другой могилой , где было написано "Отабек Алтын".