Попытка не пытка

Сначала мне показалось, что я сошла с ума из-за частых мыслей о Чонгуке, но когда переспросила, Юнги ответил также. - Это был он, Джунг. Земля ушла из-под ног. Я поверить не могла в услышанное. Зачем ему так подставлять себя, своего отца, в конце концов? Мне бы очень хотелось, чтобы это оказалось ложью. - Ты в порядке? Я медленно киваю, не поднимая взгляд на парня. Ведь знаю, что мои глаза полны слёз в данный момент. Шуга догадывается, что мне нужно побыть одной, поэтому, не говоря ни слова, уходит. Я слышу, как машина заводится и отъезжает от моего дома. После этого я даю волю своим эмоциям.

***

Глупо реветь, буквально, захлебываться слезами, не зная, правдой ли является сказанное. Но сейчас меньше всего мне хочется разбираться в чём-то. Я просто нуждаюсь в том, чтобы высказать абсолютно всё, не думая, причиню ли я боль кому-то. Никто никогда не переживает об этом, имея дело со мной, так почему я не могу также? Вытерев капли соленой жидкости, я хватаюсь за телефон. Естественно, он не заряжен. А это значит, что Мин Юнги не копался в нём, что не может не удовлетворять. Быстро поднимаюсь по лестнице, доставшись своей комнаты, подключаю мобильный к зарядке. Включив его, наблюдаю несколько пропущенных звонков от Тэ, которые были сделаны в субботу (видимо тот не знал о моей потери телефона), а также от матери, которая звонила совсем недавно. Ей, разумеется, об инциденте я не рассказала. Но сейчас меня это волнует меньше всего. Я нахожу сообщение от Чонгука, отправленное в субботу утром. "Ты нормально досталась домой? Надеюсь, ты в порядке." Я горько улыбаюсь, смотря на экран. Нет, чёртов ты Чон Чонгук, я не в порядке, и это благодаря тебе. Набираю его и ожидаю ответа, который так и не приходит. Смотрю на часы - 19:03. Скорее всего, они возвращаются сейчас с какого-то "интересного" места, в которое водили их учителя. Я отключаюсь и, лягнув под одеяло, вновь начинаю плакать. Я почти не плакала, когда мы поссорились с Хонг, когда она распространила придуманную мною ложь о Шуге, когда мать рассказала о своем романе, даже когда появились те фотографии - всё это было не тем, что могло сломать меня. Эта небольшая деталь, о которой я даже не догадывалась. Она стала последней каплей. Никакая ложь не способна задеть человека настолько, насколько это может сделать горькая правда.

*Среда, 9:15*

Из-за того, что я болею, да ещё и столько потратила сил из-за вчерашнего инцидента, я уснула около девяти и проснулась только сейчас. Голова болела, но чувствовала себя я значительно лучше, чем вчера. Кашель не прошел, но вот горло больше не болело, что не могло не радовать. Хотя кого я обманываю, настроение у меня ужасное. Нехотя поднявшись, я пошла в душ. Войдя в кабину, я несколько минут просто стояла под горячим потоком воды, прежде чем начать мыться. Также лениво я чистила зубы. Одевшись в большую серую толстовку и штаны для йоги, я ненадолго открыла окно, чтобы впустить хотя бы немного свежего воздуха в комнату. Погода была пасмурной, но не такой холодной, как в предыдущие дни. Думаю, можно было выйти даже без куртки. После этого я всё же решилась взять телефон. Мать звонила вновь, несложно представить, как она злится и переживает. Стоит поговорить с ней. Но не сейчас. Звонила Ту, на которую у меня тоже не было настроения, как бы эгоистично это не звучало. Я не хочу, чтобы она знала о чём-либо. Пока что. Если она узнает, то вряд ли сдержится, чтобы не наговорить гадостей Чонгуку, или ещё хуже, сделать с ним что-нибудь. Она-то может. Сам Чон не перезвонил, хотя, уверенна, видел пропущенный. Сейчас я радовалась, что вчера парень не поднял, я была на эмоциях, кто знает, что сказать могла. А сегодня выяснять зачем и почему я тоже не хотела. Написав смс-ку Ту о том, что поговорим позже, я спустилась на кухню, чтобы позавтракать. Хотя я и раньше виделась с мамой мало, так как мы обе работали, уже на второй день я скучаю за ней, так как готовить я не любила и не умела, а сейчас я бы с радостью съела её блинов. Насыпав хлопья в тарелку, я взялась подогревать молоко, так как холодное с моим состоянием лучше не пить. В этот момент мне пришло сообщение, которое, вероятнее всего, должно было быть от рыжеволосой подруги. Но, взяв устройство, отправителем оказался Мин Юнги. "Нормально всё?". Кратко, холодно, резко. Как обычно. Но, раз тот написал, то может не так и холодно, как я себе представляю? В любом случае, я не ответила. Я ценила то, что сам Шуга написал мне, но я не хочу ни с кем общаться сейчас. Если бы я знала, как это изменит ход событий в тот день.