В гараже

Определенно, заманить Стива Роджерса в гараж стоило всех приложенных усилий и потраченных денег. О, Капитану всея Америки безусловно нравились спортивные машины Тони Старка. Как и любому другому обывателю в мире. Но вот мотоциклы. Мотоциклы Стива Роджерса _заводили_, если вы, конечно, улавливаете разницу. Тони Старк же к двухколесным железным коням всю жизнь был всецело равнодушен — в пятнадцать лет он лично соорудил себе мопед, присовокупив к нему слишком сильные ускорители, проехался вокруг дома исключительно ради того, чтобы взбесить отца, в итоге столкнулся с одной из статуй в саду и получил растяжение и обильные синяки по всему телу. За сим Тони и любые двухколесные транспортные средства навеки расстались, и кто бы мог подумать, что спустя тридцать лет они снова сойдутся в одном пространстве. И целью столь неожиданного воссоединения послужит желание соблазнить человека, чья добродетель сияет над благословенной Америкой ярче Солнца. Вообще, все началось с того, что Тони просто подвозил Стива на своем эксклюзивном Мустанге до базы Мстителей. Мотор работал, как часы, трасса сама стелилась под колеса и из динамиков неслись раскаты грома Immigration Song, когда Стив вдруг вздохнул, зажмурился и сказал: — Хорошая машина. Но помню в сорок третьем я мчался по лесным ухабам на КроссБоунсе* и чувствовал себя по настоящему живым. — Постой, — Тони от возмущения сделал музыку потише, — Хочешь сказать, что отбивать задницу и нюхать выхлоп тебе нравится больше, чем почти лететь в идеально выверенной машине? — О да! — Воссиял Роджерс белозубой улыбкой, не оставлявшей и тени сомнения в его искренности, — Это сложно объяснить. Но на мотоцикле ты чувствуешь себя хозяином своей жизни и укротителем дикого зверя. А в машине просто крутишь руль. — Просто крутишь руль?! — Тони так возмутился, что этот самый руль отпустил, благо Пятница отлично справлялась и без него. — Ага, — Кивнул бесстыдный Роджерс и прикрыл глаза с мечтательной улыбкой. Эта воплощенная в идеальном мужчине Мона Лиза несколько выбила Тони из колеи, так что до Базы они добрались в молчании, и снова вернулись к этому разговору спустя две недели, когда закончили с тренировкой. — У каждого из нас, — заметил Клинт, — Есть особенности. Я, например, неплохо так стреляю. И еще у меня избирательный слух, самая главная суперспособность в счастливой семейной жизни. У Наташи... — Клинт сбился, потому что Наташа бросила на него убийственный взгляд, — Вот! Вот Нат умеет смотреть так, что сам все понимаешь. И душить бедрами. — Я еще и когнитивную рекалибровку могу, — мечтательно добавила Романова, так что Клинт поперхнулся водой. — Точно, — подтвердил он, откашлявшись и перевел взгляд на Тони, — Вот, Старк вообще сам по себе весь особенный. И любит железки. И выделяется набором солнечных очков самых диких раскрасок! — Не диких, а модных. И не стоит выдавать свое отсутствие хорошего вкуса за авторитетное мнение, Бартон, — Тони хмыкнул, — И еще я здесь единственная суперзвезда, между прочим. С кордебалетом и спецэффектами. — Не единственная, — заметил Стив Роджерс, весело улыбнувшись, — Хочу напомнить, что я выступал во славу пропаганды нашей доблестной страны задолго до того, как это стало мейнстримом. И еще мой кордебалет был в два раза больше твоего, Тони. — Нет, это возмутительно! — вскинулся Тони, — Со мной еще никто не мерялся кордебалетом! И я точно уверен, что у меня больше. Пятница! — Кордебалет Капитана Америки насчитывал тридцать пять участниц в составе, всего три состава. На фронт с ним ездили сорок две девушки, работавшие в две смены, — отозвалась Пятница. — В вашем кордебалете, босс, тридцать участниц в составе, всего два состава. — Бинго! — довольно заключил Стив. — Зато у меня фейерверки, — попытался защитить свою честь Тони. — А я поднимал настоящий мотоцикл с тремя девушками! — На губах у Стива Роджерса снова заиграла загадочная улыбка Джоконды и Тони не был бы собой, если бы не сопоставил два и два. Так что Тони зарылся в архивы. Вернее, Пятница подняла всю возможную информацию о Стиве Роджерсе и его безумной страсти к двухколесным. Выяснилось следующее: В детстве у Стивена Гранта Роджерса был фанерный самокат, доведший его до дважды сломанной руки, а его матушку наверняка до нервного истощения. В юности Стивен Грант Роджерс нарисовал сто сорок три иллюстрации с мотоциклами разных фирм и модификаций, включая рекламу для газеты. Когда Стивен Грант Роджерс подписывал с армией контракт, то собственноручно вписал туда обязательное обучение езде на мотоцикле. Говард Старк предлагал Стивену Гранту Роджерсу пятнадцать разных модификаций военных автомобилей того времени, но Капитан Америка настоял на том, что передвигаться будет на КроссБоунсе. Мотоцикл в музее Смитсона в Вашингтоне оказался репликой, а не оригиналом. Оригинал «сгинул» где-то в Европе, во время последней операции Капитана Америка. В архиве Говарда Старка сохранился полный перечень модификаций и улучшений для Харлея Капитана Америки, так что можно было бы без труда восстановить его, но Тони не был бы самим собой, если бы не пожелал во что бы то ни стало найти тот самый мотоцикл. Деньги на это Тони потратил баснословные, но в итоге старый железный конь Роджерса нашелся на гаражной распродаже в Дюссельдорфе и оказался едва живым ржавым остовом с абсолютно мертвым мотором. В общем все, как Тони любил. Заниматься восстановлением доставило Тони отдельное удовольствие, но ничто не могло сравниться с выражением лица Роджерса, когда тот явился в гараж Тони «взглянуть на крутые тачки», и увидел своего сияющего хромом старого друга. — О Боже, — сказал Стив Роджерс с таким непередаваемо прекрасным восхищением на лице, что Тони испытал неуместное совершенно умиление. Капитан Америка подошел к своему мотоциклу и пробежал по рулю пальцами, чуть прикрыв глаза. Он и сам не замечал, наверное, как заалели его скулы, дыхание стало ниже, а зубы словно бы сами закусили нижнюю губу. Это зрелище оказалось настолько завлекательно-возбуждающим, что Тони уставился на Стива во все глаза, жадно впитывая все его реакции. — Хочешь... Сесть на него? — Хрипло поинтересовался Тони. — О да, — немедленно отозвался Стив и, кто бы мог подумать, уселся. Джинсы завлекательно натянулись, обрисовывая стройные, идеально длинные ноги Капитана и его узкую, ничуть не менее идеальную задницу, отчего в голове у Тони вспыхнули фейерверки, а в штанах произошло восстание локального масштаба. Тони сглотнул и улыбнулся, немного неловко попытавшись прикрыться руками. Куда там, стояк выдавал его с головой, как бы пошло это ни звучало, а Стив Роджерс, хоть и был человеком Прошлых Дней, оказался, к тому же, весьма наблюдательным засранцем. — Хм, — сообщил он задумчиво, глядя на Тони сначала с изумлением. А затем с неподдельным интересом, — Надеюсь, ты так вожделеешь не мой мотоцикл, Тони. — Эммм, нет, — заверил его Тони и тут же нахмурился. Капитан его подловил, а ведь была такая отличная возможность вывернуться из неловкой ситуации. Ну да Тони не был бы собой, если бы не попытался все равно обернуть ситуацию в свою пользу, попытавшись смутить Капитана в ответ, — Нет, Роджерс. Просто смотрю на твою задницу и думаю, что она идеально подходит к этому сиденью. — Хм, — вновь скептически отозвался Кэп, смерив его проницательным взглядом, — Это вот не правда. Лучше скажи мне, о чем ты думаешь на самом деле, что это так красноречиво на тебе отразилось? — О... — Тони прищурился и убрал руки, все равно скрывать было бесполезно. Ну ладно. Раз уж Роджерс решил играть на его поле, то поделом ему, сам напросился. — Я думаю, что хочу больше, облизать эту задницу или сразу вставить. Стив Роджерс заломил брови. Хмыкнул. Покачал головой. Покрылся легким, невероятно сексуальным румянцем. И сказал, ничуть не смутившись, подлец! — Конечно, сначала облизать. Вставлять на сухую, да еще и в первый раз, как минимум не вежливо. — И одарил Тони таким взглядом, что все святые угодники немедленно осознали себя геями и занялись безудержным сексом. Но впрочем, Тони никогда не смущался телесности и сейчас начинать не собирался, решив показать Роджерсу, что раз тот решил играть по его правилам, то эта серьезная игра, не терпящая снисхождения, а потому подошел к Стиву и положил ладонь на его восхитительную левую ягодицу, упругую даже под жесткой тканью джинс. — Что же, — хрипло сообщил Тони, не намеренный отступать, — Тогда тебе придется снять штаны, Роджерс. И устроиться на мотоцикле поудобнее. Стив хмыкнул, встал с мотоцикла и покачал головой. — Ну нет, — сообщил он, впрочем, уверенно расстегивая ширинку и стягивая джинсы, — Тут дорогая обивка, не хотелось бы ее испортить. Лучше капот одной из твоих машин. Мустанг? Да, вполне подойдет. И стоять удобнее. И, словно в лучшей из сексуальных фантазий Тони, Стив, все еще в футболке и ботинках, но без штанов и нижнего белья, уперся в капот его черного Мустанга и прогнулся так, что открыл взору Тони всего восхитительного себя. На его белых ягодицах солнечными поцелуями сияли легкие веснушки, мягкий светлый пух покрывал тяжелые яйца, а тяжелый, полувозбужденный член обещал неслыханное удовольствие тому, кто сумеет им завладеть. Тони сглотнул и как завороженный подошел к Роджерсу, положил ладони на его ягодицы, раздвинул их и длинно лизнул между. Обычно он делал римминг только заранее подготовленным женщинам, и в этот раз все было по другому, гораздо лучше. От Стива пахло сладко и терпко, а его задница и на ощупь оказалась идеальным совершенством, а когда язык Тони проник внутрь, Стив выгнулся сильнее и длинно, просительно застонал. Один этот звук стоил того, чтобы усилить напор, хотя Тони чувствовал, что в этот раз долгих прелюдий не получится, слишком уж откровенным и соблазнительным был Стив, податливый, жадный и горячий. Но Тони все же держал себя в руках, не жалел слюны, а когда почувствовал, что еще немного, и спустит в штаны, как подросток, то отодвинулся от Стива и вставил ему сразу два пальца, подготавливая. — Оуууммм, — простонал Стив, когда к двум добавился третий, — То-ни... Хочу видеть... Видеть твое лицо, когда... Сопротивляться такой просьбе Тони не собирался, тем более что сам хотел видеть лицо Стива, когда вставит ему, а потом, закончив растягивать его, он заставил Роджерса повернуться и улечься спиной на капот. Закинул длинные, восхитительные ноги себе на плечи, притянул Роджерса ближе и засадил одним плавным, но уверенным движением почти по самые яйца. Лицо Роджерса стоило всех денег мира — раскрасневшееся, немного потерянное, со слипшимися от пота и слез ресницами. Тони не то, чтобы мог сейчас остановиться, но все же протянул руку и провел по налившимся кровью губам Стива, словно спрашивал, все ли в порядке. — Да... Да... Да! — словно отвечая на его незаданный вопрос воскликнул Стив, и Тони окончательно отпустил себя, позволив природе и страсти возобладать над ними обоими безоговорочно. Чуть позже они сидели на полу гаража, привалившись спинами к Мустангу, и поочередно пили воду из бутылки. — Мотоцикл, — хрипло спросил Стив, — Дорого тебе в итоге обошелся? — Стоил всех своих денег, Роджерс, — заверил его Тони, чуть пьяно улыбаясь, — И каждой потраченной минуты.