Призрачное (не)везение

       Лиз ушла. Исчезла, словно никогда и не было никакого призрака безумного шиппера. Возможно, она не любила долгих прощаний… бред какой-то. Уж она бы устроила в честь своего последнего дня настоящее событие, с шарами, вечеринками и прочим, но ничего этого не было. Её уход был таким же внезапным, как и смерть. Так что ни Локи, ни Шерлоку так и не удалось разгадать тайну человечества о том, куда отправляются души людей. В этом месяце им многое не удалось.        Наверное, самой главной неудачей, о которой Шерлок не жалел, осталась свершенная месть Джека над своим убийцей. К слову сказать, не жалел он только по одной причине: он нашёл виновника за сутки до того, как до него добрался призрак Джека.        — Господин директор, — Холмс начал несколько издалека, — А вы всех геев недолюбливаете или только тех, кто находится в кровной связи с вашей любовницей?        «Издалека» по меркам Шерлока Холмса, конечно же. Директор побагровел и рассерженно заскрипел своими голосовыми связками, издавая подобие кашля и смеха.        — Что за глупость ты несёшь? Холмс, я закрываю глаза на многие твои выходки, но, будь добр, соблюдай границы разумного!        — А я соблюдаю, — Возразил детектив и без пяти минут отчисленный студент, — Просто хотелось узнать мотив.        — Ничего больше не хочется?        — Остальное уже известно.        В кабинете их было только двое: Шерлок не захотел делиться находкой и информацией с переживающим утрату бывшим. Тем более, что бывший уже давно жил отдельно и попадался на глаза исключительно в университете, никак не реагируя на своего некогда парня. Холмс слабо помнил, как это произошло и кто именно завершил эту фикцию: с уходом одного наглого призрака исчез и официальный повод для «романтичного» времяпрепровождения с Локи.        Директор тяжело поднимал и опускал плечи, в то время как руки прятались где-то под столом.        — Ты явился сюда только ради того, чтобы мне это сказать? — Ядовито протянул мужчина.        — Исключительно с целью уточнить некоторые детали. Во-первых, меня напрягло место практики. Огромная толпа студентов пришла ради того, чтобы толпиться в одной маленькой комнате? Глупость! Они же все улики уничтожат, а что не уничтожат, то пропустят и не заметят.        — И что?        — Я тоже подумал, что ничего удивительного, однако решил продолжить расследование. Возможно, всё было бы хорошо, но в дело влез наш небезызвестный Финли, который погиб при неизвестных обстоятельствах. Я не знаю, при каких, но я пытался понять, почему из всех не самых приятных людей, которые находились в доме, был выбран именно Финли, на чьи шалости вы не только закрывали глаза, но и пускали всё на самотёк.        — Это уже бред… абсолютный бред.        — Возможно. Я решил, что иду не тем путём и решил узнать, кто же чаще всего появлялся в доме жертвы. Каково же было моё удивление, когда я с помощью источников узнал того самого «влиятельного» человека, с которым встречается мать погибшего. И у меня сложилась вся картинка.        Проблема была не в том что господин директор так люто терпеть не мог всех этих гомосексуалов или как их там, пускай живут. Он просто считал это… болезнью или нравственным выбором — формулировка выбиралась по настроению. Так или иначе, он свято верил, что всю эту дурь можно и нужно выбивать из нормальных парней! Тем более он видел, как убивается религиозная женщина и решил поговорить с почти пасынком, чтобы уладить все неприятности… но что-то пошло не так.        — У меня к вам всего лишь один вопрос, что он вам такого сказал или сделал, что вы решили учить его такими варварскими и смертельными методами? Оскорбил? Послал? Сказал, что не допустит ваши отношения с матерью?        — Только из уважения к вашему брату я закрою глаза на эту полную ересь, а вы обойдётесь только исключением из университета, — голос директора был ледяным, — Это оскорбление и необоснованное обвинение.        — Я готов подождать полицию, — пожал плечами Холмс, — У меня для них есть не только эта увлекательная история, но и вещдоки и парочка интересных не всплывших до сих пор фактов…        Директор побледнел и сильнее поджал губы.        — Хорошо. Мне стоит пригласить и мистера Лафейсона для отчисления и уголовного дела?        — А он…        — Мне было бы очень интересно знать, как вы оба нелегально продолжали закрытое расследование и доставали нужную информацию, не имея на это разрешения и прав. Мне кажется, вы один недостаточно точно опишете все… методы добычи информации. Я прав?        Повисла минута молчания. Директор нервно сжимал руки, пока детектив оценивающе смотрел на главного подозреваемого. Минута тянулась долго и мучительно, стрелкам тикающих часов будто бы с огромным трудом удавалось двигаться дальше.        — Думаю, и без полиции история расставит всё на свои места, — выдохнул Шерлок, поднимаясь с кресла, — Сегодня уже поздно, так что завтра можете подать на моё отчисление.        С этими словами Шерлок вышел из кабинета, тихо закрыв за собой дверь. Он слышал, как директор лихорадочно начал строчить нужные документы. Однако на следующий день Холмс продолжал своё обучение, так как господин директор погиб при загадочных обстоятельствах за пару часов до начала работы. Говорят, из его квартиры всю ночь доносились крики, а после смерти его лицо выражало неподдельный ужас и отчаяние.

***

       На каникулах после сессии вся жизнь Шерлока Холмса вернулась к той точке, с которой она и начиналась: кресло в доме на Бейкер Стрит, периодический делёж Ватсона с его женой Мэри (расписаться они решили, никому об этом не сообщив), хотя это делать было достаточно сложно, так как он переехал в дом к новоиспечённой миссис Ватсон. Единственным развлечением от дела к делу оставалось издевательство над тщетно пытающимися снять комнату по соседству людьми, которые ещё не догадывались, какой сосед их ожидает.        Последние сбежали на удивление быстро — хотя Шерлок, как и обещал миссис Хадсон, не проронил не слова. Откуда он мог знать, что отрубленная голова в холодильнике приведёт их в ужас? Возможно, выстрелы перед их носом тоже сыграли свою роль, но никто не мог обвинить детектива в том, что он не сдержал своего слова.        И вот сегодня должен был прийти очередной идиот, желающий потратить нервы таким оригинальным образом. С детектива взяли обещание не проводить взрывоопасных экспериментов прямо во время показа комнаты, а также быть максимально учтивым и вообще вести себя вежливо, иначе выселят. Шерлок рассудил, что это слишком скучно и далеко от реальной жизни, поэтому решил провести весь свой день в одной простыне.        — А это общая гостиная, здесь… о боги… Шерлок! — Миссис Хадсон была первой, кто впечатлилась от внешнего вида детектива, — Извините, прошу вас… Мистер Холмс… вам же известны рамки…        — Вы ведь сами просили помочь вам провести экскурсию! — Обиделся детектив, — Повседневная одежда после рядов… некоторых обстоятельств оказалась в стирке, а оставшаяся была неудобной и слишком официальной, что могло вызвать напряжение у потенциальных арендаторов.        — Шерлок…        — Ничего страшного. Я, наверное, пойду…        Услышав этот голос, у детектива резко спёрло дыхание, а по спине пробежали мурашки.        — Локи? …        Локи остановился и с обиженным видом посмотрел на детектива. Так смотрят дети которые после того, как что-то натворили, тут же обиделись на взрослых за то, что их поймали с поличным.        — И всё-таки… я пойду.        — Что случилось с твоей квартирой? — хмуро спросил Холмс. Он встал с места, чуть не упал, запутавшись в простыне, однако Лафейсон предпочёл отвернуться и не смотреть в сторону Шерлока. Вместо ответа психолог сделал неопределённый жест рукой, который должен был обозначать нечто среднее между «не твоё собачье дело» и «её разнесли в щепки». — Где ты сейчас живёшь?        — Недалеко, — уклончиво ответил Лафейсон, — Решил вспомнить про семейные узы… вернуться на какое-то время обратно в семейное поместье…        — Ну да, ну да, узы… Сколько продержался? Три недели?        — Месяц и два дня, — обиженно поправил Локи.        — Я смотрю, я тут лишняя… — Улыбнулась Хадсон, переводя взгляд от одного брюнета на другого, — Не буду вам мешать…        — Пожалуй, я сам проведу экскурсию… — охотно поддержал Холмс.        — Пожалуй, я поищу другое место… — попытался сказать Лафейсон, но Хадсон быстро удалилась из квартиры.        Локи какое-то время смотрел на дверь, будто прикидывал, что хуже: остаться наедине с бывшим или вернуться в поместье к братцу… первое казалось менее ужасным.        Детектив молча проводил психолога до двух спален и показал на одну из них:        — Вот эта сдаётся. Думаю, из неё получится неплохой рабочий кабинет. Особенно если убрать кровать.        — А спать где я буду? — Локи осматривал помещение, однако его взгляд не спешил цепляться за что-то конкретное. Разве что за потолок.        — В соседней, — пожал плечами Шерлок. На вопросительный взгляд Лафейсона, он добавил, — Конечно, сосед будет шумным, приставания гарантируются… В общем, всё, как с твоим братцем, только я умнее.        — Замечательное предложение, — с сарказмом ответил Лафейсон, — Если так хочется опять видеть призраков — кровь эффективнее. Так уж и быть, поделюсь.        — Дело не в этом.        — Очередной «научный эксперимент»? И что исследуем на этот раз?        — Отношение двух гениев-социопатов. Не уничтожат ли они мир и сколько они вообще способны продлиться.        — Думаешь, я соглашусь?        Через десять минут Лафейсон уже во всю изучал своё новое место для сна… Холмс порадовался своей гениальной идеей о дефиле, так как это сильно ускорял исследовательский процесс.        — Если я скажу, что скучал, ты мне поверишь? — Шерлок нависал над Лафейсоном, немного лениво расстёгивая его рубашку.        — Я сказал бы, что вероятность данного феномена такая же, как и вероятность того, что не проходило и дня без желания вернуть тебя и сделать тебя обратно своим парнем, — улыбнулся Локи, — В этом что-то было…        В этот день на Бейкер стрит 221В было на удивление тихо: ни экспериментов, ни скандалов, ни взрывов… Зато миссис Хадсон нашла арендатора и новый повод шуток на тему ориентации собственных квартирантов.