Разбиваясь вдребезги

Включаем Adele – Hometown glory От третьего лица Зейн всю дорогу не смыкал своих карих глаз. На душе у него было не спокойно, зато снаружи создавалось ощущение полного равновесия и безразличия. Еще сильнее сжав свои руки, парень пристально посмотрел на дорогу. На улице пошел дождь, что мешало хорошо сконцентрироваться и четко видеть все вокруг. А это было очень некстати. Зейн очень устал, а доехать домой вместе с этой злившей его девчонкой хотелось без всяких происшествий. Поэтому он заставил себя слегка расслабиться и направить все свое внимание на вождение машины. Это было сложно. Хотелось уже сейчас оказаться наедине с собой, своими мыслями и своими проблемами. Сегодняшний день оказался слишком тяжелым и Зейн прекрасно понимал, что он нуждался в срочном отдыхе. Иначе он просто не выдержит... - Зейн... - мягкий и очень нежный голос, внезапно, отвлек его от раздумий и заставил прийти в себя. Он бросил кратковременный взгляд на темноволосую девушку, сидящую рядом, и не смог не нахмуриться. Она даже сейчас не давала ему покоя. А в таком состоянии он был крайне необходим. - Что? - грубым тоном спросил Зейн, снова направляя взгляд своих карих глаз на дорогу, осветленную фарами. - Ты до сих пор зол на меня... - с оттенком грусти произнесла девушка, опуская голову вниз. Это был не вопрос, а всего лишь принятое ею утверждение. Джессика была права. Зейн до ужаса был на нее зол. Но говорить сейчас об этом уже не было ни сил, ни даже желания. Парень проигнорировал ее слова, решив, что будет лучше обсудить все это завтра утром. Джессика видимо была согласна с его решением, потому что она больше не издала ни единого звука. Она лишь отвернулась в сторону и стала смотреть окно, глубоко погруженная в свои мысли. Зейну отчаянно хотелось узнать, о чем она думает, но, увы, таким даром он не обладал... Спустя некоторое время они смогли, наконец-то, добраться до дома. Это придало хоть какой- то бодрости им обоим и они вдвоем уже более оживленно выбрались из черного автомобиля. Джессика сразу съежилась от холода, и Зейн только сейчас понял, как сильно она испортила свое новое платье. Но это было невеликой потерей, по сравнению с теми, что ему довелось пережить за сегодняшний вечер. Брюнет ловким движением снял с себя пиджак и накрыл им оголенные плечи девушки. Джессика удивленно на него посмотрела, явно совсем не ожидая таких признаков заботы. На ее лице появилась благодарная улыбка, и от этого сердце Зейна забилось быстрее, хоть он и продолжал оставаться хмурым и рассерженным. Брюнет аккуратно схватил девушку за локоть и поспешил вместе с ней пройтись под таким сильным дождем в свой дом, в котором они оба не бывали довольно длительное время. Оказавшись в знакомой обстановке, Джессика испытала огромное облегчение. Она не смогла сдержать радости, когда увидела очень добрую горничную Кристину и знакомые ей комнаты. Это сразу придало бодрость духа и девушка, уже уверенными шагами, прошла внутрь дома. Она очень устала и первым, чем ей хотелось сейчас заняться, это оказаться в своей комнате и отдохнуть. Она уже было собралась незаметно проскользнуть в свои покои, но ее резко остановил грубый мужской голос. - Куда- то собралась? Джессика нервно выдохнула и обернулась. На нее с явным недовольством и осуждением смотрел Зейн, что совсем не понравилось девушке. Она уже устала от всей этой грубости и злости, исходившей от парня весь сегодняшний вечер. Джессика лишь поджала губы, но на заданный ей вопрос так и не ответила. - Можешь пойти переодеться, но чтобы через полчаса ты спустилась в гостиную. Мне надо с тобой поговорить, Джессика, и это даже не обсуждается, - Зейн говорил спокойно, но в его голосе можно было уловить нотки злости и раздражительности. Девушка слегка удивленно посмотрела на кареглазого брюнета, а затем, сказав "хорошо", молча, удалилась в свою комнату, оставляя хмурого Зейна наедине с самим собой. Он с глубоким вздохом посмотрел ей в след и направился в гостиную. Чувства внутри него захлестывали огромной волной. Хотелось крушить все на свете, кричать что есть силы, но лишь бы не молчать и не стоять на одном месте. Он был очень зол, очень раздражен. А все потому, что та боль, которую причиняют ему все вокруг, стала просто разрывать Зейна на мелкие куски. Терпения уже отчаянно не хватало, и парень чувствовал, что начинает медленно сходить с ума. Он не мог сдерживаться. И сегодня он решил окончательно все выяснить. Поговорив с Джессикой этой ночью, Зейн наконец-то разберется во всех их отношениях и чувствах. Он, наконец-то, сможет понять для себя, что для него значит эта девушка. И что не менее важное, он поймет, кем является для нее. С этими мыслями Малик подошел к столу и, налив себе бокал виски, с жадностью опустошили его до дна. Алкоголь приятно потек по горлу, придавая ощущение легкости и свободы. На душе вроде бы стало легче, но это было ложное чувство. Боль никуда не уходила. И Зейн не знал, что нужно сделать, чтобы избавиться от этого жгучего ощущения. Поэтому он просто подошел к мрачному окну и, смотря на ночное небо, стал ждать появление темноволосой девушки, которая должна была появиться довольно скоро. Джессика не торопилась. И даже, честно говоря, она откладывала эту встречу, как можно сильней. Идти и разговаривать с Зейном не было никакого желания и уж тем более Джессике не хотелось видеть его мрачного и злобного лица. Но, видимо, брюнет просто не оставил ей выбора. Все будет только хуже, если Джессика не спуститься сейчас же. Поэтому девушка, окончательно решившись, стала медленными шагами спускаться к гостиной, где ее уже, наверняка, ждал Зейн. Если не сложно, то обязательно включаем и ставим на повтор Barcelona – Please don't go Он стоял к ней спиной. Его руки были напряжены, а взгляд, как показалось ей в тот момент, был направлен вдаль. Парень явно был не в самом лучшем настроении, и можно было даже сказать, что он очень сильно чем-то расстроен. Джессика даже боялась представить, чем именно, так как что-то болью в сердце подсказывало, что виной всему эту являлась ее легкомысленное поведение. Она сделала шаг вперед, пытаясь напомнить Зейну о своем присутствии. Тот резко повернулся и всего лишь на секунду задержал на ней взгляд, после чего вновь стал смотреть в окно. - Я пришла, Зейн, - послышался ее слегка взволнованный голос - Может, наконец-то, оповестишь, для чего ты меня звал? Зейн глубоко вздохнул, сжимая свои руки в кулаки. Джессика пришла довольно неожиданно, и он слишком поздно заметил, что говорить с ней сейчас о чем-либо он был совершенно не готов. Но это было необходимо. Поэтому парень постарался собрать в себе все свои силы, чтобы, в конце концов, начать этот чертов разговор. - Я хочу задать тебе один единственный вопрос, - начал говорить Зейн, пытаясь унять свое волнение - И это имеет очень большое значение. Твой ответ очень важен, поэтому будь добра говорить правду. В другом случае...- Зейн вдруг замолчал, но затем вновь продолжил - Я все равно пойму врешь ты или нет. - Хорошо, - серьезным тоном произнесла Джессика, чувствуя внутри себя легкую панику от предстоящего вопроса - Я тебя слушаю. Зейн еще раз сделал глубокий вздох, поле чего, наконец-то, решился обернуться в сторону темноволосой девушки. Он сразу встретился с ее взглядом, наполненным любопытством и небольшим волнением. Это одновременно прибавило и отняло силы на продолжение разговора. - На сегодняшнем вечере ты... Ты виделась с Натали? Джессика сразу замерла, услышав этот вопрос. Она и не могла подумать, что услышит именно его. Это показалось ей довольно странным, и она не смогла скрыть своего удивления. Зейн же сразу стал внимательно всматриваться в ее лицо. Он пытался уловить хоть какую-то частичку страха или опасения, но кроме небольшого шока на лице девушки ничего остального обнаружить не удалось. Зейн моментально испытал облегчение. Если этот разговор не напугал Джессику, значит мало вероятности, что она имеет отношение к убийству его сестры. Это послужило, словно бальзамом на душу. Возможно, он думает о ней чересчур плохо. А значит, у них еще есть возможность быть вместе. - Да, мы разговаривали с ней сегодня, - слегка нервничая, ответила девушка, отпуская свой взгляд в пол - Мы говорили о тебе. Зейн сразу насторожился. С чего Натали обсуждать его с Джесс? Неужели, они тогда что-то задумали? - И что она тебе сказала? - Зейн сразу нахмурился, пристально смотря на брюнетку. Та занервничала еще больше, крепко сжимая свои тонкие пальцы. Ее волнение не скрылось от Малика, который тут же заподозрил что-то неладное. - Ты говорил, что будет задан всего один вопрос! - Джессика с обидой поджала губы, но в ее глазах плясала злость. И Зейн не смог сдержать ухмылки. Эту девчонку просто невозможно обдурить. - Забудь, что я сказал. Я чувствую, что ты что-то скрываешь. Так что выкладывай побыстрее, Джессика, иначе я разузнаю эту информацию силой! Девушка сразу невольно отошла назад, смотря брюнету прямо в глаза. Она, наверняка, не хотела сейчас лишних допросов и проблем, потому что уже в следующее мгновение Зейн услышал ее признание. - Я попросила Натали помочь отвлечь тебя, и она согласилась, - с явной не охотой произнесла она - Но поверь, это была только моя просьба! Твоя сестра не хотела тебя подводить. Это уже не имеет значение, - резко прервал ее Зейн, слегка хмурясь - Можешь ее не оправдывать. - Тогда что случилось? - в глазах Джессики читалась тревога. Зейн прислонился к подоконнику и пристально посмотрел на девушку, словно решая, что стоит ей говорить, а что нет. - Ты случайно не знаешь, с кем она была этим вечером? - поинтересовался Зейн, слаживая свои руки у себя на груди. Девушка отрицательно покачала головой, снова опуская глаза в пол. Зейн издал судорожный вздох. Он опять начинал сильно нервничать. Такое происходило всегда, стоило ему подумать о людях, которых уже нет в живых. - Что случилось, Зейн? - взволнованным голосом поинтересовалась Джессика, делая шаг в сторону брюнета - Прошу тебя, расскажи мне... Зейн ненадолго задержал на ней взгляд, изрядно хмурясь. Он долго размышлял, но вскоре решил, что обязан все рассказать Джессике. И не важно, имеет ли она к этому делу отношение или нет. - Натали мертва, - довольно резким голосом произнес Зейн, сжимая руки в кулаки – Ее больше нет в живых. Джессика моментально округлила глаза и замерла от только что накатившего на нее ужаса. Она приложила руку к своим дрожащим губам и тихонько всхлипнула от сильного шока. - Этого не может быть...- Ее голос прозвучал так отчаянно, что это не смогло не затронуть Зейна. - Ее убили этим вечером, Джессика. И я даже боюсь представить, кто это сделал. - Но этого не может быть!!! Она была такой доброй, такой милой! Та кому нужно убивать этого ни в чем неповинного человека? Кому, Зейн? - Может, кто-то просто хотел мне так отомстить, - голос Зейна вздрогнул и парень посмотрел в сторону - У кого, у кого, а у меня врагов достаточно. - Я не знаю...- Джессика всхлипнула еще раз и присела на ближайшее кресло. Она вся дрожала, и парень тут же пожалел, что так резко сообщил ей эту новость. Он сразу понял, что ошибался в своих догадках. Девушка по-настоящему испугалась, услышав о смерти Натали. Ее реакция была очень быстрой и действительно искренней. Зейн бы сразу учуял вранье. Джессика не убивала Натали. В этом он теперь был уверен. - Через три дня похороны. Я уже завтра начну к ним готовиться, - с болью в голосе проговорил парень. Джессика с сочувствием взглянула на него, со всей силы сжимая свои губы. Она переживала эту потерю не меньше, чем сам Зейн. Вот только для Зейна эта утрата была последней каплей, и сейчас он уже не имел силы бороться со всем дальше. - Мне так жаль, Зейн, - дрожащими губами произнесла Джессика - О, Господи, мне так жаль... Парень ничего не сказал, а лишь встал с подоконника и медленно подошел к окну. Его сердце болезненно билось, а все тело напряглось до предела. Брюнет с трудом мог дышать. - Это я виноват! - чуть ли не крича, произнес он - Это все я!!!! Это из-за меня она мертва! - Зейн, прекрати! - крики парня так напугали девушку, что она тут же подскочила с места - Здесь нет твоей вины. Нет, слышишь? Но, казалось, он ее даже не слушал. Зейн продолжал дрожать от злости, сжимая свои руки в кулаках. Еще чуть-чуть и он окончательно сорвется. -Зейн, - Джессика подошла к парню совсем близко и, обняв его сзади, легонько уткнулась ему носиком прямо в плечо. - Все будет хорошо... Она сама с трудом держала себя в руках, но крики Зейна слишком напугали ее, и Джессике хотелось хоть как-то подбодрить парня. Но ничего не вышло. Зейн резко оттолкнул брюнетку, отходя в сторону. Он запустил свои руки в черные волосы, крепко зажмурив глаза. Ему сейчас было так больно, что каждый вздох давался с огромным трудом. - Зейн, - Джессика испуганно посмотрела на парня. - Закрой рот! - Он неожиданно повысил на нее голос, направив на нее пронзительный взгляд своих темных глаз. Она задрожала от его крика и попятилась назад, явно почувствовав опасность. Но было уже слишком поздно... Зейн не собирался больше терпеть и сдерживать все это в себе. Сил не было. Надежды тоже. У него ничего не осталось. Терять просто напросто было нечего. - Я больше не хочу тебя здесь видеть! - тяжело дыша, начал говорит парень - Можешь уходить прямо сейчас! Джессика расширенными от ужаса глазами посмотрела на брюнета, но осталась стоять на месте. Это разозлило его еще сильней. - Уходи! - повторил он - Сейчас же!!! - Но почему? - испуганно спросила она, отступая назад, к стенке. - Ты же сама этого хотела, разве не так? - голос Зейна охрип, но парень говорил очень твердо - Ты сама просила, чтобы я отпустил тебя. Ну, так вот. Я отпускаю! Можешь валить прямо сейчас! Ты не нужна мне больше! Уходи!!! Джессика задрожала от сильного страха и вжалась всем своим телом в холодную стену, чувствуя, что больше некуда отступать. Зейн кричал очень громко, и девушка чувствовала, что боится его. Боится его таким, каким он перед ней стоял. - Не говори так, Зейн, - взмолилась она нежным голосом - Прошу тебя, не говори так. Но ему было наплевать на эти жалкие мольбы. Он был рассержен, опечален, он был в отчаянии. Подходя к девушке совсем близко, он сжимает своими сильными пальцами ее худую шею. Прислоняет ее к стене еще сильней и чувствует неугомонное биение ее сердца. Она вся дрожит под его прикосновениями. Она до ужаса его боится. И этот страх еще больше его злит. Он чувствует себя чудовищем, монстром, у которого просто нет сердца. А, возможно, оно так и было. - Уходи, Джессика, - повторяет он такие жгучие для нее слова - Уходи сейчас же, чтобы я тебя не видел. У меня же все равно больше ничего нет. Ты получила все, что хотела. Можешь уходить! Джессика обиженным взглядом посмотрела на парня, и он сразу же почувствовал укол боли, заметив эту сильную обиду. Но и это не могло его остановить. Его уже ничего не могло остановить. Сейчас, когда он потерял абсолютно все, ему уже не было страшно терять что-либо другое. Поэтому, смотря ей прямо в глаза, он говорил ей все эти ужасные слова, надеясь, что она тут же оставит его в покое. Но почему же она тогда не уходила? Почему она не могла просто взять и оставить его одного? Почему? Зейн не знал ответа на этот вопрос. И тут он понял, что вообще ничего не знает об этой девушке. Не знает ничего, кроме того, что любит ее. И не смотря на ее неугомонный характер и на ее проделки, он всегда будет ее любить и простит ей все, что только можно простить. Зейн отчаянно всхлипнул и отпустил руку, давая возможность Джессике нормально дышать. Отходя на несколько шагов, Зейн смотрел на нее удивленно и слегка печально, потому что боль, разрывавшее его сердце, так и не проходила. Он задрожал. Своими руками он крепко сжал собственные волосы и прикусил нижнюю губу. Ему было так трудно дышать. Так трудно что-либо делать. Такое ощущение, что он весь в огне. Горит, кричит, а никто не слышит. Как будто всем наплевать, что он умирает, что он гниет во всей этой боли. Зейн издал пронзительный вопль. Он просто взрывался внутри себя. Джессика подняла свои испуганные глаза на Зейна, понимая, что не знает, что ей стоит сделать. Она не знала, чем ему помочь, не знала, как его успокоить. Хоть и до безумия этого хотела. - Я любил ее, Джессика, - сквозь вопль стал говорить Зейн - Я любил Натали больше жизни! Она - это все, что у меня оставалось. Это был единственный мой настоящий друг. Единственный человек, который был мне по-настоящему дорог. И что теперь? Ее убили. Ее отняли у меня. Теперь у меня никого нет... Я один... Я совсем один, Джесс... А я так боюсь... А так боюсь быть одним... Я не могу так жить... Я не могу больше так... Я не могу!!!!!! Он кричал, что есть силы. И в этом крике можно было услышать все. И боль и страдания, и ярость, и гнев. Все.