Разбиваясь вдребезги

СПУСТЯ ПЯТЬ ДНЕЙ От третьего лица Зейн резко открыл глаза и осмотрелся по сторонам. Ему снился страшный сон и ощущение того ужаса еще не полностью его покинуло. Тяжело дыша, парень поспешил подняться с кровати. Он чувствовал себя не в самом лучшем расположении духа, и ему хотелось это поскорее исправить. - Зейн, - парень замер и обернулся, встретившись с встревоженным взглядом Джессики. – Что-то случилось? - Все хорошо, милая, - Малик нагнулся к ней и легонько поцеловал в лоб – Спи. Я скоро приду. К счастью девушка ничего не сказала, а лишь еще больше закуталась в одеяло. А Зейн, тяжело дыша, быстрым движением схватил пачку сигарет и поспешил, как можно быстрее, оказаться на свежем воздухе. Оказавшись на балконе, он прислонился к перилам и приложил к своим губам зажженную сигарету. Втягивая в свои легкие едкий дым, Зейн почувствовал явное облегчение. Напряжение, оставшееся после кошмарного сна, быстро спало и парень почувствовал себя лучше. В последнее время подобное случалось часто. Зейн чувствовал себя беспомощным зверем, который рано или поздно окажется загнанным в тупик. Его все пугало, настораживало, приводило в ужас. Он не мог даже спокойно вздохнуть, ни о чем не беспокоясь. И это начинало сводить парня с ума. Последние пять дней оказались для Зейна настоящим адом. Он все время был в напряжении, все время присматривался ко всему вокруг. Он не знал, чего ему стоит ожидать и поэтому следил за каждым своим шагом, рассчитывая, чем это может закончиться. Он боялся, что потеряет Джессику. Ведь им оба было известно, что она совсем не находиться в безопасности. Она чуть ли не убила Джона Смита, а такие люди, как он, этого так просто не оставляют. Джон, наверняка, захочет отомстить. И сделать он это может в любой момент, в любую секунду. А Зейн не мог этого позволить. Не мог позволить этому самодовольному ублюдку забрать у него все, что у него осталось. Если Джон захочет убить Джессику, то сначала ему придется убить Зейна. Брюнет снова тяжело вздохнул. По его коже опять прошлась дрожь, а руки нервно затряслись. Он боялся. Боялся так сильно, что стоило подумать о чем-то плохом, и им овладевала паника. И Зейн не знал, как с этим бороться. Просто не знал… Все это время Джессика всегда была рядом с ним. Малик никогда не позволял себе оставлять её хотя бы на секунду. Зейн все время думал о ней, все время о ней беспокоился. Эта девушка стала для него смыслом жизни, и он не мог даже представить, что произойдет, если он ее потеряет. Ее жизнь стала для него бесценной. И за нее Зейн был даже готов умереть. Парня еще очень настораживало то, что все эти пять дней Джон не объявлялся. Создавалось ощущение, что он просто исчез, и никто даже не знает о его существовании. Ходили слухи, что Смит уехал из города, но Зейн почему-то очень слабо в это верил. Он знал Джона лучше, чем кто-либо другой. Это затишье было не просто так. Джон, наверняка, сейчас продумывает какой-то подлый план и ждет удобного случая, чтобы заявить о себе. И Зейн не знал чего стоит ожидать от этого человека. Он может сделать все что угодно. Может ударить по самому больному месту. И Зейн не сможет ему противостоять. Поэтому, все, что оставалось парню – это ждать. Ждать, когда же Джон соизволит снова появиться в их жизни и быть готовым к этому. Зейн надеялся, что им удастся уехать с Джессикой из этого города, как можно дальше. И там, в совершенно другой стране, они могли бы начать новую жизнь. Жизнь без боли, без страха, без страданий. Они бы могли создать семью, стать единым целым, пожениться, родить детей. Но Зейн прекрасно понимал, что Смит не позволит этому сбыться. И он уже, наверняка, продумывает план, как разбить все их надежды и мечты вдребезги. И от этих мыслей Малику становилось не по себе. Он крепко сжал кулаки и, глубоко вздохнув, посмотрел на небо. Ему хотелось верить в лучшее. Хотелось быть уверенным, что они с Джессикой могут быть счастливы. Ведь их любовь безгранична. Они наконец-то поняли, как нуждаются друг в друге. Они наконец-то смогли быть вместе. Но как долго это продлится? Сбудутся ли их мечты о счастливом будущем или же им суждено беспощадно рухнуть? Зейн, увы, не знал ответа на этот вопрос и, если говорить честно, не хотел знать. - Зейн, ты в порядке ? – парень резко вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла взволнованная Джессика, которая с небольшим беспокойством смотрела на брюнета. Накинув на свое обнаженное тело халат, она съежилась от сильного холода, но не стала подавать виду, что замерзла. Сделав шаг в сторону брюнета, Джессика продолжала смотреть на него встревоженными и перепуганными глазами. Парень догадался, что она, наверняка, испугалась его резкого пробуждения и решила выяснить, в чем дело. Но Зейн не хотел беспокоить ее по пустякам, поэтому решил ничего ей не рассказывать. - Все хорошо, - натянув на лицо улыбку, ответил парень – Зачем ты пришла? Тут холодно, ты замерзнешь. - Я беспокоюсь о тебе! – решительным голос произнесла Джесс, подходя к парню совсем близко – Ты уже третью ночь не спишь, и мне это начинает совсем не нравиться. - Все хорошо, - упрямым голосом повторил Зейн, опуская свой взгляд вниз. Джессика ему явно не верила. Она подошла к нему совсем близко и, смотря на него пристальным взглядом, нежно прикоснулась к его лицу кончиками своих пальцев. Зейн затаил дыхание и не смог не вздрогнуть от этого приятного прикосновения. - Ты думаешь, я слепая? – с нотками осуждения в голосе, поинтересовалась девушка – Ты думаешь, что я не вижу, что с тобой происходит? Ты замкнут в себе и ни слова мне не говоришь. А когда я спрашиваю, что с тобой, то все что мне приходиться слышать в ответ это твое заядлое «Все хорошо». Джессика смотрела на него хмуро, и парень понимал, что сейчас отделаться от этой темы, как всегда, ему не удастся. - Я не хочу тебя загружать своими проблемами, - честно ответил Зейн, смотря Джессике прямо в глаза. Девушка лишь устало вздохнула и, отвернувшись от парня, посмотрела на звездное небо. - Ты же знаешь, что я могу тебе помочь. – Произнесла она, продолжая смотреть в бездонную высь – И мне неприятно, что ты от меня что-то скрываешь, Зейн. Если тебя, что-то беспокоит, то расскажи мне! Я обязана знать! Я могу помочь тебе! Зейн промолчал. Говорить об этом ему не хотелось, и он решил молчать до последнего. - Это из-за Натали? – вдруг спросила Джессика, повернувшись к парню. Зейн замер. Услышав имя своей двоюродной сестры, он почувствовал, как в сердце раздалась боль. Стало тяжело дышать, и парень был вынужден схватиться за перила, чтобы устоять на ногах. Он уже и забыл о том, что ровно два дня назад похоронил самого родного и близкого человека. Это была слишком тяжелая потеря для него и как жить с ней дальше, Зейн не знал. Стоило ему подумать о Натали, как ему тут же становилось плохо. В тело словно вонзались иголки, а сердце просто разрывалось от этой жгучей и беспощадной боли. - Зейн, - Джессика явно почувствовала, что сказала что-то не то. В ее глазах заплясал страх, и она с чувством тревоги схватила парня за ладонь. Это прикосновение раздало по телу Зейна приятное тепло, и он смог издать судорожный вздох. - Прости меня, - с чувством вины, произнесла девушка – Я знаю, как тебе больно говорить об этом. Я не должна была заводить эту тему… - Все в порядке, - хриплым голосом произнес Зейн, крепко сжимая в своих руках ладонь Джессики – Просто мне всегда больно, когда я думаю о ней. И я не знаю, как с этим справиться. - Мы сможем, Зейн! – громким голосом заявила девушка, смотря парню прямо в глаза – Мы все сможем. Сейчас, когда мы вместе, то мы сможем преодолеть абсолютно все преграды. Потому что мы любим друг друга. И я не позволю, кому-то разрушить эту любовь… Зейн слегка улыбнулся, приподнимая уголки губ вверх, и со всей силы прижал к себе зеленоглазую брюнетку. Ее поддержка была самым сильнодействующим лекарством в таких случаях. Чувствовать ее тепло, видеть ее яркие глаза, слышать ее нежный голос – это было тем, ради чего хотелось жить. Это было то, за что хотелось бороться. - Я люблю тебя, Джесс, - нежно прошептал Зейн, очень близко наклоняясь к лицу девушки. Она улыбнулась и в следующий миг губы парня страстно и требовательно накрыли ее. Он прижал ее к стене, заложив руки девушки за голову. Не отрываясь от ее губ, он продолжал целовать ее, испытывая самые невероятные ощущения внутри своего тела. Джессика всегда сводила его с ума. Всегда могла заставить его оказаться в омуте дикой и ненасытной страсти. И от этого было невозможно устоять. В это же самое время… От третьего лица Джон резко хлопнул дверью и вышел из машины. Он чувствовал себя слегка напряженно, и это вызывало сильный дискомфорт. Оказываясь на пустынной и безлюдной улице, Джон глубоко вздохнул свежим воздухом и сделал пару шагов вперед. Посмотрев на часы, он понял, что девушка, с которой ему предстояло встретиться этим утром, сильно опаздывает и это вызвало в мужчине еще больше раздражение. Мало того, что он согласился встретиться с ней в такую рань, так она еще и соизволила опоздать, заставляя Джона томиться в нудном ожидании. Обычно Смит себе никогда такого не позволял, та и другие никогда не позволяли себе так поступать с сероглазым брюнетом, явно опасаясь за свою жизнь. Ведь все, кто когда-либо не угодил Джону, платили за это жизнью или, если им везло, платили за это чем-то менее важным. Но, так или иначе, раздражать и вызывать гнев у Джона, было очень опасно. Но, видимо, голубоглазая шатенка была не из тех, кто чего-либо боялся. Джон смог убедиться в этом, когда увидел, с каким спокойным и беспристрастным лицом, Джулс явилась перед ним, опоздав ровно на 15 минут. - Привет, - поздоровалась она, позволив себе мило улыбнуться. Джон тяжело вздохнул, чувствуя, что раздражение с каждой секундой раскаляется в нем все сильнее и сильнее. Посмотрев на голубоглазую девушку, он смог заметить про себя, что она выглядит вполне уверенно и привлекательно. Ее ярко накрашенные губы выглядели соблазнительно, а то платье, в которое она была одета, хорошо подчеркивало стройность ее талии. Внимательно налюбовавшись сексуальностью Джулс, Джон смог успокоиться и перевести дыхание. - Может, ты соизволишь объяснить мне, почему опоздала? – тон его голоса прозвучал спокойно, но даже за этой маской равнодушия и хладнокровности можно было уловить нотки угрозы. - Я наряжалась. - Улыбаясь, произнесла девушка – Для тебя. Джон лишь еще больше нахмурился, но продолжать говорить об этом перестал. Его больше волновало то, ради чего он вообще согласился на эту встречу. - Ты все сделала? – поинтересовался он, пронзая лицо девушки своим пристальным взглядом. - Сделала, - гордым тоном ответила Джулс, не прекращая улыбаться – Уже этой ночью Джесс будет находиться там, где ты захочешь. - А Зейн? - Просто отвлеки его, и он перестанет быть для нас помехой. - Хорошо, - Джон перестал хмуриться и позволил себе немного расслабиться. Девушка, стоявшая напротив него, позволила себе дотронуться до лица мужчины и провести по его коже своими тонкими пальцами. Это заставило Смита врасплох. - Я сделала все, что нужно, Джон. Прошло довольно много времени, чтобы усыпить их бдительность. Так что уже сегодня днём мы можем приступить к делу. Джон замер, с недоумением наблюдая за действиями шатенки, которая подошла вплотную к нему. - Но, надеюсь, ты помнишь о том, что обещал сделать? Смит кивнул, чувствуя, что не может заставить себя вымолвить хотя бы слово. Джулс словно почувствовала это и уже спустя мгновение, обхватив шею мужчины своими руками, она поцеловала его. Джон не смог этому сопротивляться. Он никогда не мог устоять перед женщиной, которая знала, чего хочет и упорно этого добивалась. Прижав шатенку ближе, Джон еще больше вторгся внутрь ее рта. Спустя час От лица Джессики Я всегда воспринимала жизнь такой, какой она являлась. Я не искала в ней никаких подвохов, никакого смысла и уж тем более не пыталась понять, что кроется за моим жалким существованием. Я просто жила, стараясь даже не думать о том, что ждет меня впереди. После того, как я потерла своего отца, то все ради чего я жила сложилось всего лишь в одну единственную цель, полностью управляющую мной. Именно это не давало мне понять, что же на самом деле кроется под таким загадочным и неосязаемым словом, как жизнь. Я существовала. Просто старалась выжить, не думая и не чувствуя абсолютно ничего. Все вокруг казалось таким мрачным и несущественным, что я задыхалась в самой себе. Я не могла заставить себя остановиться, оглянуться и посмотреть на все то, что окружает меня. Я не познавала ни радости, ни удовольствия, ни счастья. Но сейчас… Сейчас изменилось абсолютно все. Жизнь проявилась в иных красках, показывая весь мир совершенно с другой стороны. Я узнала, что такое любовь. Я смогла познать это невероятно сильное чувство, и оно изменило всю меня. Всю. До предела. От этой мысли я улыбнулась. Сейчас мне было совершенно спокойной на душе. Не было того страха, что раньше. Не было этой боли, этого отчаянья. Была радость, была вера. Была надежда. Впервые в жизни мне начинало казаться, что все будут хорошо. Что никто не сможет помещать моему счастью. Никто. Даже Джон. Я аккуратным шагом прошла к окну и устремила свой взгляд вдаль, на чистое лазурное небо. Глубоко вздохнув, я прислонилась к стеклу, наслаждаясь его гладкой поверхностью. Сейчас я чувствовала себя хорошо. Прежде мне совсем не доводилось испытывать такое умиротворение и спокойствие. Я перестала бояться, перестала бороться с окружающим меня миром, перестала добиваться недостижимого. Я словно отпустила саму себя. Позволила прежней Джессике умереть и возродиться новой. Возможно, я изменилась. И эти изменения заключались в том, что я стала по-иному смотреть на этот мир. Раньше я не видела ничего кроме жестокости и несправедливости. Сейчас же я видела все в разноцветных красках, разносторонних ощущениях и в необычных их проявлениях. Моя жизнь изменилась. Она обрела другой смысл, другую цель и это помогло мне взглянуть на все совершенно с другой стороны. И причиной этому является одно безумно сильное чувство, которое, несомненно, является самым необыкновенным чувством на земле. Всему виной любовь. Она смогла изменить меня. Смогла подарить надежду. Надежду, которую я уже давным-давно потеряла. А сейчас я наконец-то смогла понять, что значит просыпаться с яркой улыбкой на лице, засыпать в крепких объятиях и испытывать необъяснимые чувства к человеку, с которым мне бы хотелось прожить всю жизнь. И все благодаря любви. Любви, которая подарила счастье. Которая дала надежду, веру, которая просто смогла заставить меня поверить в то, что моя жизнь не обречена на печальный конец. Любовь дала силы, дала смысл. И только ради этого чувства мне просто хотелось продолжать жить. Я замерла и осмотрелась вокруг, тихонько ложась на кровать. Зейн лежал рядом со мной. Крепко закрыв глаза и откинув свою голову на подушку, он лежал совсем близко, отчего я чувствовала его горячие дыхание и тепло его мужского тела. Он был прекрасен. Особенно сейчас, когда его темные волосы слегка растрепались, а его нежные губы были слегка приоткрыты. Я не удержалась и дотронулась кончиком пальца до его притягательного и такого красивого лица. Зейн продолжал лежать с плотно закрытыми глазами, и я смогла заметить, каким невинным и беззащитным выглядел он, когда спал. Создавалось ощущение, что этот человек никогда не совершал в своей жизни ничего плохого, что он никому не причинял никакой боли. Почувствовав приятное тепло, исходившее от его тела, я дотронулась своей ладонью до его, вздымающейся от вздохов, груди. Я вспомнила, что мы вытворяли с Зейном сегодня утром, и это заставило меня слегка покраснеть. Я каждый день чувствовала его объятия, чувствовала его страстные поцелуи, и это стало одной из самых важных частей моей жизни. Я не могла себе даже представить, как это жить без Зейна. Не видеть его, не чувствовать, не находится рядом с ним… Зейн вдруг пошевельнулся, и я увидела, как резко открылись его карие глаза. Его взгляд сначала выражал недоумение, но уже спустя секунду я разглядела в его глазах нежность и любовь, те чувства, которые придавали мне сил и давали надежду. - Как ты себя чувствуешь? – спросила я, чувствуя, как широкая улыбка появляется на моем лице. Зейн улыбнулся в ответ. - Прекрасно, - он подвинулся ближе, отчего наши тела плотно соприкоснулись – Нет ничего чудеснее, чем видеть тебя рядом в своей постели. - С каких пор ты стал таким милым? – мягким голосом поинтересовалась я, когда Зейн навис над моим телом. Он задержал на моем лице свой пристальный взгляд, и я замерла, почувствовав, как нежно он прикоснулся своими пальцами к моим губам. - С тех пор, как я понял, что в моей жизни есть человек, ради которого мне было бы не жалко отдать жизнь. В этот момент мне показалось, что биение моего сердца остановилось. Я задержала дыхание, не в силах пошевелиться или хотя бы произнести хоть какое-то слово. В это мгновение время для меня остановилось. Мир замер, и я ничего не видела перед собой вокруг. Ничего, кроме Зейна и его глубоких и завораживающих глаз, в которые я бы могла смотреть вечность. - Зейн…- я с трудом вздохнула, но, все еще продолжая находиться в небольшом потрясении после его слов. - Тише, - он сильнее надавил на мои губы, заставляя замолчать. - Я хочу, чтобы ты знала, Джесс.- произнес брюнет - Где бы ты ни была, сколько бы времени не прошло, чтобы со мной не случилось, мое сердце всегда будет принадлежать лишь тебе. Я с удивлением приоткрыла рот. Хотелось что-то сказать, что-то ответвить на эти слова, которые повергли меня в такой сильный шок. Но из моих уст не издалось ни звука. Зейн улыбнулся, и от этой нежно улыбки я почувствовала, как по всему моему телу раздалось тепло. Он наклонился ко мне и, задерживая на моем лице свой пристальный взгляд, очень мягко и очень трепетно поцеловал меня. Мое тело покрылось дрожью, и я тут же прижала Зейна еще ближе к себе. В такие моменты мне хотелось стать с ним единым целым. Соединиться навеки, да так, чтобы ничто в этой жизни не смогло разлучить нас. Он целовал меня нежно и, дождавшись пока я полностью расслаблюсь, провел своим языком по моим губам. Мои губы тут же раскрылись. Я медленно вздохнула, и обхватила шею парня руками. В этот момент я бы ни за что не позволила себе отпустить его. Ни за что… Спустя два часа от третьего лица Зейн слабо зевнул и подошел к чашке, наполненным кофе. Этот напиток был как раз тем, в чем Зейн очень сильно нуждался. Все тело парня было до ужаса расслабленным, так что бодрость ему была очень даже необходимой. Делая глоток из чашки, Зейн подошел к окну, заметив, как уже рассвело на улице и, как все постепенно стало оживляться под лучами солнца. Парень слегка улыбнулся и, выпив кофе до дна, отложил его в сторону. Джессика сладко спала в его спальне, и Зейн не хотел будить ее. Этим утром они хорошо провели время вместе. И Зейну совсем не хотелось оставлять ее в комнате одной, но он должен был постепенно собираться на работу. Не смотря на всю сложившуюся ситуацию с Джоном, Зейн должен был работать и хоть иногда заезжать в свой офис, где его почти каждый раз ожидало большое количество документов и других бумаг. Поэтому, все еще находясь под впечатлением превосходного секса, Зейн прошел в свою спальню, уже тщательно обдумывая, в какой одежде он выйдет сегодня из дома. Оказавшись в своем офисе, Зейн первым делом стал разгребать всю ту кучу дел, которых, как всегда было нескончаемое количество. Сегодняшний день можно было назвать самым обычным. Парень, как всегда, разбирался со всеми бумагами, смотрел отчеты и прочие документы. У него даже и в мыслях не было, что сегодня именно тот день, когда все должно было пойти не так. Когда уже спустя пару часов все разрушиться. Раз и навсегда. Зейн наконец-то решил позволить себе небольшой отдых, когда к нему в кабинет зашла взволнованная секретарша. Вид у нее явно был не из лучших, и брюнет смог это заметить в первое же мгновение с тех пор, как она вбежала в его кабинет. - Что-то случилось, Лекси? – нахмурившись, поинтересовался Малик, все еще не понимая, что могло так взволновать и напугать юную девушку. Она лишь продолжала стоять с перепуганным видом, все еще не находя в себе силы произнести хоть слово. - Что такое? – повторил свой вопрос Зейн, чувствуя, как сильно напрягается его тело. - К вам посетитель, мистер Малик. – Тяжело дыша, произнесла Лекси, - И он очень настойчиво просится увидеться с вами. - Кто он? Девушка нервно сглотнула и опустила свой взгляд в пол. Зейна это разозлило, и он резко поднялся из-за стола. Что, черт возьми, произошло с его секретаршей? Ее было просто невозможно узнать! - Кто он, Лекси? – испытывая свое терпение, снова задал вопрос Зейн, с гневом смотря на темноволосую девушку. Она, наконец-то, решилась поднять на него свои глаза. - Он сказал, что его зовут Джон Смит, сер, - испуганно произнесла она. Глаза Зейн резко расширились, и он вдруг почувствовал, как трудно ему устоять на ногах. Джон Смит… Этого не может быть!