Разбиваясь вдребезги

От третьего лица Еще никогда ему не было так плохо. Казалось, что легкие наполнялись огненным дымом, а каждый удар его сердца насквозь пронзали иголки. Зейн, крепко сжимая руки, сидел и смотрел в одну точку уже более часа. Время, как ему казалось на данный момент, застыло и стояло на месте. Каждая прожитая секунда казалось вечностью, каждый вздох казался удушением, и это медленно уничтожало Зейна по частям. Он снова попытался прийти в себя, надеясь собраться с мыслями и перевести взгляд в другую сторону. Ничего не вышло, и от этого стало еще больней. Голова Зейна с болью закружилась, и парень просто решил закрыть глаза. На дворе полночь. Яркое мерцание звезд на небе. Слабый ветерок. Пустота и тишина. Вроде бы ничем не примечательная ночь, но для Зейна она совсем таковой не являлась. Этой ночью убивали его девушку. Его последнюю надежду. Его последний шанс на счастье. Что он мог чувствовать, когда понимал, что все безнадежно? Что он ничего не мог сделать? Что он никак не мог ее спасти? Она находилась неизвестно где, неизвестно с кем, неизвестно в каком состоянии. Возможно, она уже мертва. А Зейн просто сидит здесь, в тихой и уютной комнате, совершенно бездействуя и ничего не предпринимая. Это приводило в еще большое отчаянье. И кареглазый брюнет дрожащими руками схватил сигарету, преподнеся ее к губам. Если бы он только знал, что ему делать. Если бы он, только хоть что-то знал… Раздался тихий, но отчетливо слышный стук. Зейн вздрогнул и перевел взгляд на темную дверь, из которой и доносился подобный звук. - Входите, - голос парня прозвучал так бесчувственно и холодно, что в комнате еще больше ухудшилась и так не самая лучшая атмосфера. На пороге показался темно-русый мужчина. Его волосы были слегка растрепанными, а испуганный взгляд с едва замеченным волнением посмотрел в сторону брюнета. - Фил, - голосом, наполненным горечью и болью, произнес Зейн, печально улыбаясь. Увидеть пропавшего охранника он уже даже и не надеялся, и его внезапное появление смогло удивить Зейна. Малик затушив сигарету, медленно приподнялся со стола, не на секунду не спуская глаз с перепуганного и взволнованного Филла. Мужчина не отводил взгляда, стараясь при этом выглядеть бесстрашно и мужественно. Но в его карих глазах была все равно заметна искорка испуга, что выдавало его внутреннее состояние. - Где ты был? – этот вопрос прозвучал холодно и жестко. Филл знал, что услышит его. Он был готов именно к этому вопросу, но, не смотря на это, мужчина долго не мог собраться с силами, чтобы ответить. Это оказалось сложней, чем он думал. Филл понимал, что не мог произнести ложь. Не мог, когда видел, как сильно страдает человек, которого он так страшно подвел. Но что произойдет, когда он скажет правду? Зейн ни за что не простит ему этого. Такое предательство не прощается. И прекрасно понимая, что с ним может произойти, русоволосый мужчина так и не нашелся с ответом. Он просто опустил свой взгляд вниз, надеясь, что ему не придется снова посмотреть Зейну в глаза. И почему же Филл так и не решился сбежать? Почему он решил, что будет лучше, если он окажется здесь рядом с Зейном, перед которым ему придется ответить за все свои поступки? Филл просто понимал, что не сможет так ничтожно предать этого человека. Человека, которому он служил довольно долгое время и который доверил ему самое дорогое, что было у него в жизни. - Ты так и будешь молчать? – на этот раз голос Зейна прозвучал мягче, но в его тоне можно было заметить разочарование и боль. Это послужило последним толчком в принятии решения. Филл не мог себе позволить, чтобы Зейн разочаровался в нем. Не мог. Его семья была в безопасности, а значит, мужчина мог позволить себе сказать правду. Он должен был ее сказать. Он должен был помочь Зейну, который очень нуждался в этой помощи. - Мне придется многое вам объяснить, - произнес Филл, наконец-то решившись встретиться взглядом с Маликом – И я очень надеюсь, что вы меня выслушаете. Джессику Лоуренс к Смиту отвез я. Они просто не оставили мне выбора. - Выбор есть всегда, разве нет? – поинтересовался Зейн, крепко сжимая свои руки. - Я не мог рисковать своей семьей, - поспешил объясниться Филл, надеясь, что это звучало, как важное оправдание своих поступков – Я отвез девушку в небольшой дом на окраине Лондона, но там ее интенсивно охраняют. И я могу рассказать вам все, что мне известно про это место. В том числе и где оно находиться. Зейн замер, чувствуя, как бешено, стало биться его сердце. Он почувствовал, как в нем загорелась надежда. У него появился шанс. Шанс спасти ее. - Ты точно можешь рассказать мне все? – уточнил Зейн уже более нервным голосом. Сейчас его волновала лишь Джессика. Зейн уже даже забыл про предательство своего самого верного охранника, ведь ему было важно лишь только то, что у него наконец-то появилась возможность спасти девушку, которую Зейн отчаянно сильно любил. Филл лишь уверенно кивнул головой. Зейн, чувствуя, как бешено в нем забурлили эмоции, постарался размышлять здраво. Джессика у Джона. И Зейн не знает, в каком она состоянии. Но, тем не менее, он знает о ее месторасположении. Это главное. У него есть шанс ее спасти. Возможно, совсем маленький, но, тем не менее, он есть. Если Джон держит ее не в своем огромном особняке, а лишь в небольшом доме недалеко от Лондона, значит, спасти Джессику может оказаться вполне осуществимой задачей. Главное все тщательно продумать. Зейн глубоко вздохнул, крепко сжимая свои руки в кулаки. Ему нужна была помощь. Нужен был тот, кто бы смог помочь ему спасти Джессику. Кто бы смог пожертвовать всем ради нее. И Зейн знал такого человека. Резко хватая мобильный телефон, Зейн быстрым движением выбежал из своего кабинета. Крикнув Филлу лишь «оставайся здесь», он поспешно набрал номер телефона, который, как оказалось, давно не набирался в последнее время. Слушая до боли знакомые гудки, Зейн крепко сжимал руки, стараясь успокоить свои разбушевавшиеся нервы. Теперь, когда у него был шанс, он не мог позволить себе упустить его. Внезапно, гудки прекратились, и на той стороне линии послышался до боли знакомый хриплый голос. - Привет Гарри, - на одном дыхании выпалил Зейн, - Мне нужна твоя помощь. От третьего лица Аккуратными, медленными и тихими шагами Джон подошел к ограждению балкона. Звездная ночь была в самом разгаре. Приятный воздух подул прямо в лицо, и Джон прикрыл глаза от удовольствия. Ветер дул довольно сильно, взъерошивая темные волосы мужчины. От этого приятного и легкого ощущения Джон улыбнулся. Положив руки на перила, мужчина внимательно осмотрел окружавшую его пустынную местность. Холод, пустота, одиночество. Все это отражалось в его сердце. И сейчас он чувствовал это больше всего. Джессика осталась отдыхать в своей небольшой комнате. Джон позволил ей остаться наедине со своими мыслями, прекрасно понимая, что это было ей необходимо. Она должна была прийти в себя, ведь её мучения и боль не подошли к концу. Эта ночь не закончилась, а значит, у всего этого кошмара будет продолжение. И Джон, как никто другой, был в этом предельно сильно уверен. Сзади послышались едва слышные шаги. Джон замер, затаив дыхание. Ему было известно, кто стоял у него за спиной, но он все равно испытывал в своем теле небольшое волнение от предстоявшего разговора. Девушка, стоявшая сзади, остановилась, и Джон решился наконец-то обернуться, чтобы взглянуть на нее. - Привет, Джулс, - с загадочной улыбкой на лице произнес он – Есть какие-нибудь новости? - Нет. – Хмуро ответила шатенка, слаживая руки у себя на груди. Выражение ее лица было недовольным, и Джон прекрасно понимал, что она сердится из-за его невыполненного обещания. - Ты убил ее? – голос девушки прозвучал довольно грубо, когда из ее уст раздался этот вопрос. Лицо Джона резко стало серьезным и мужчина, засунув руки в карманы своих брюк, посмотрел на Джулс яростным и пронзительным взглядом. - Всему свое время. Ты же знаешь, что рано или поздно это произойдет. - Но почему ты медлишь? – Джулс не выдержала и сделала шаг вперед. – Почему, Джон? Ждешь, пока этот сукин сын спасет ее? Джон промолчал, направляя свой взгляд в сторону. Его брови слегка нахмурились, но лицо мужчины все также оставалось непроницаемым и серьезным. - Я знаю, что делаю, - произнес он, пристально посмотрев на голубоглазую девушку – Но я не буду убивать ее. - Что? – Джулс показалось, что она сейчас лопнет от гнева. Как он может так поступать? Они же, черт возьми, договорились! Джулс, крепко сжимая свои руки от злости, посмотрела на Джона свирепым и полным злостью взглядом. Но сам темноволосый мужчина оставался таким же непроницаемым и хладнокровным. Лишь спустя мгновение на его губах появилась самодовольная усмешка. Он, подходя к рассерженной девушке совсем близко, дотронулся до ее лица своей теплой ладонью, одновременно наклоняясь к ее, горевшему от злости, лицу. - Я сделаю так, что она сама убьет себя, - произнес он горячим шепотом ей на ухо. Джулс замерла, почувствовав, что находиться в сильном недоумении. Слова Смита повергли ее в самый настоящий шок, и она не смогла даже пошевелиться. - Ты мне нравишься, - продолжил говорить Джон, все еще находясь на предельно близком расстоянии рядом с шатенкой – Но я уничтожу тебя, если ты пойдешь против меня. Джулс испуганно моргнула и посмотрела темноволосому мужчине прямо в глаза. Именно в эти секунды она почувствовала, какая опасность исходила от этого брюнета. Она понимала, что ему ничего не стоит убить ее. Он мог сделать все. Создавалось ощущение, что таким людям, как Джон Смит подвластен весь мир. - Я сделаю все, что ты мне скажешь, - произнесла русоволосая девушка, стараясь придать своим словам твердой уверенности – Можешь не сомневаться во мне. Лицо Джона украсила довольная улыбка, и он нежно провел своими длинными пальцами по лицу Джулс. Ее тело пронзила дрожь, но она осталась стоять на месте, смотря Смиту прямо в глаза. - Ты убила того охранника, кто привез Джессику сюда? – вдруг спорил Джон, чем вызвал крайне сильное удивление у голубоглазой шатенки. Ей хотелось спросить, зачем Джону знать об этом, но она не решилась задать ему подобный вопрос. - Н-нет, - дрогнувшим от страха голосом ответила она. Губы Джона опять сложились в знакомой ей усмешке, и мужчина со всей силы дернул девушку за волосы. - Отлично, - произнес он, - Значит, эта ночь будет веселой. Джулс не поняла, что имеет в виду Джон и лишь молча, съежилась от той боли, что он ей причинил. Джон ослабил хватку и приподнял лицо девушки за подбородок, заставляя ее снова встретиться с его пронзительным взглядом. Ее дрожавшие губы вызвали в мужчине сильное желание и он, не теряя ни секунды, со всей силы впился в ее рот страстным поцелуям. Вторгаясь в ее миленький рот со всей похотью и силой, он прижал шатенку поближе к себе и усадил ее на ограждение балкона. Она не сопротивлялась, лишь не уверенной хваткой обхватила Джона за шею, позволяя ему делать с ней все, что ему было угодно. Но как, ни странно, уже в следующую секунду Джон вдруг отстранился от ее лица, но с необычной для него нежностью стал покрывать поцелуями ее шею. Джулс со всей силы вцепилась в него, с трудом сдерживая стоны. Ей было. О, Боже мой, как ей было приятно! Его губы так искусно целовали каждую частичку ее тела, что это просто казалось чем-то невероятным. Прикосновение его языка раскаляло, взбудораживало, возбуждало до невозможности. Но удовольствие было не вечным. Мужчина легонько прикусил девушку за плечо и спустя мгновение отошел в сторону, оставив шатенку сгорать от неудовлетворенного желания. - Сегодняшняя ночь еще не подошла к концу, Джулс – вдруг сказал Джон, смотря девушке прямо в глаза – Так, что еще ничего не закончилось. Все веселье еще впереди. Девушка с удивлением наблюдала за темноволосым мужчиной, совершенно не понимая, что он имеет в виду. - Держи. – Произнес Джон, протягивая ей пистолет. – Это тебе понадобится. Джулс неуверенно взяла его, все еще продолжая смотреть на мужчину с удивлением. Но он больше ничего ей не объяснил. Развернувшись, Джон быстрыми шагами поспешил уйти с балкона, оставив голубоглазую девушку наедине со своими мыслями. Он знал, что сегодня Зейн попытается спасти Джессику. Джон чувствовал это всем сердцем. Но в его доме было одно единственное правило. Любой из его врагов, осмелившихся войти в его дом, больше не сможет выйти из него живым. И Джон верил – на этот раз это правило не подведет.