Приглашение

Мне все равно, правдивы ли твои слова.

Я хочу знать, можешь ли ты разочаровать другого,

чтобы быть честным с самим собой.

Можешь ли ты выдержать обвинения в предательстве

и не предавать свою душу?

Можешь ли ты, попирая веру,

оставаться тем, кому можно доверять?

      Прошло десять дней после урока окклюменции, и Ант перехватил Гермиону в коридоре перед началом собрания.       — На этих выходных, в воскресенье, если ты не занята, можем снова провести занятие.       Девушка смущённо опустила глаза, заново переживая эмоции, вызванные у неё после прочтения книги об истории ментальной магии. Она боялась, что всё равно может навредить ему, не осознанно вновь заключив в ловушку.       — Если ты, правда, уверен, что это безопасно, то я согласна. Только скажи честно — это не повторится?       — Совершенно точно нет. Как и говорил в прошлый раз — это моя вина, что заранее не обсудил и не предупредил. Мы можем начать урок с пояснений, как и почему такое может произойти.       — Я уже знаю, прочитала «Историю ментальной магии» более внимательно. Извини, что не сделала это сразу и подвергла тебя риску, — девушка подняла на него виноватый взгляд. — Впервые я так беспечно перешла к практике.       — Всё в порядке, мы оба признали и запомнили свои ошибки и впредь постараемся их не допускать. В любом случае ты получила наглядный опыт при использования ловушки. У тебя отличный прогресс в освоении ментальной магии, так что я бы хотел продолжить наши занятия.       — Хорошо, я буду. В том же кабинете?       — Да, увидимся в воскресенье, — Ант на прощание мягко улыбнулся девушке.       Гермиона, улыбнувшаяся в ответ, смотрела ему вслед, когда в голове неожиданно всплыли мысли из воспоминания, которое видел Ант:       — Красивый, — Луна стёрла салфеткой мокрое пятно. Да, Мерлин его раздери, красивый.       На мгновение ей стало стыдно и неловко. Он ведь всё слышал. К щекам прилил румянец, и Гермиона мысленно простонала. Да, красивый, и наверняка знает об этом. Она ведь просто констатировала факт. Немного странным показалось, что девушка вообще об этом подумала, снова. Почему она оценивает привлекательность Анта? ­­­­­Пожав плечами, Гермиона посмотрела на дверь, где скрылся парень, и тоже отправилась на собрание.       Сосредоточившись на своих обязанностях, девушка провела встречу, как обычно, распределила новые проекты, выслушала доклады, передала Луизе и её команде материалы на редактуру. Пока менялись выступающие, Гермиона позволила себе отвлечься, чтобы навести порядок в своей голове. Она пробежалась взглядом по Анту, отмечая его привлекательные черты — притягательная аристократичная внешность, густые тёмные ресницы, ямочки на щеках, когда он улыбается, тонкие длинные пальцы, ровная осанка. Правильные черты лица были действительно красивыми. Но, пожалуй, на этом всё — он изящен как картина. Скорее всего, эти мысли возникли именно из-за того, что она не так часто общается с настолько красивыми мужчинами. Разобравшись с этим, Гермиона вернула всё своё внимание на деятельность комитета и больше не отвлекалась.       После собрания, попрощавшись со всеми, девушка снова отправилась в кофейню, чтобы перекусить и немного почитать. Заказав лёгкий салат и зелёный чай, она села за любимый столик в углу у окна и открыла сборник поэзии. Иногда ей хотелось отвлечься на чтение художественной литературы, держа в руках красивый переплёт с узорами. В этом томике были произведения поэтов-магов. Интересно было отмечать отличия от маггловских писателей, и к тому же все стихотворения сопровождались живыми иллюстрациями, что прекрасно погружало в атмосферу. Гермиона, дочитав поучительные строфы о капризной фее, с удовольствием разглядывала подвижное изображение радужных подрагивающих крыльев. Сделав глоток из чашки, девушка погрузилась в мысли, взгляд был направлен на страницы, где мерцали всполохи слабой магии фей, но она их уже не замечала, обдумывая мораль прочитанного. Мелодично прозвенел входной колокольчик, уводя мысли девушки в другое русло. Ей снова вспомнились серые искры в голубых глазах, обрамлённых густыми ресницами. Осознав, о ком она снова думает, Гермиона быстро доела салат, убрала книгу в сумку и, попрощавшись с бариста, покинула кофейню.       Вернувшись к себе в комнату, она, сбросив сумку, на секунду застыла в коридоре. Тряхнув головой, разулась, прошла в комнату, где переоделась, разложила учебники и конспекты и села в кресло. Ей нужно было подумать, очень серьёзно и вдумчиво. Девушка не понимала свою странную реакцию на Анта. Она замечала привлекательность других мужчин, но никогда её мысли не были настолько навязчивыми. У неё есть Рон, и хоть у них не всё гладко, но они в отношениях не первый год, она любит его со школы.       И тут девушка оцепенела. Любит. Гермиона постаралась прислушаться к своим ощущениям и эмоциям. А точно ли любит? Или же это привычка думать, что любишь. Вздохнув, она откинулась на спинку, готовая провести в кресле много времени: ей стоило разобраться в своих чувствах.       Время шло. На улице уже стемнело, а Гермиона так и сидела, не включая свет, не двигаясь и смотря в пустоту. Она разбирала каждую свою эмоцию, анализируя её и делая выводы. Вспоминала свои чувства, переживания, ощущения, настроение в разных ситуациях, связанных с Роном. Долгий анализ и копание в себе привели к неутешительным результатам — не любит, сейчас уже не любит, это всего лишь стало привычкой. Она продолжает испытывать к нему симпатию и не более. Исчезли яркие чувства, эмоции, восторг, первая яркая детская влюблённость не смогла перерасти в нечто настоящее и безусловное. Девушка устало вздохнула и, наклонившись, спрятала лицо в ладонях, облокачиваясь на колени. Наверное, она могла бы заплакать, потеряв веру в свою любовь к Рону, но уставшая от напряжения и разочарования после их ссор, наоборот, почувствовала лишь облегчение. Теперь была ясна её странная реакция на Анта — не привязанная эмоционально к кому-либо, Гермиона стала обращать внимание на хороших и симпатичных парней. Будь на его месте одногруппник Роджер, и общались бы они больше привычного, наверняка, она отреагировала бы также. Эта мысль почти успокоила девушку. Но где-то на задворках сознания оставалось мерзкое послевкусие от своих действий.       — Он просто весьма симпатичный представитель мужского пола, немного обаятельнее и воспитаннее, чем другие, ничего более, — произнеся это вслух, Гермиона решительно поднялась с кресла, собираясь поужинать. Поесть, выполнить домашние задания, принять душ, почитать перед сном дневник и, очистив сознание, спокойно лечь спать, не забивая голову ненужными мыслями. Да, и не забыть поговорить с Роном на субботней встрече. Пока на первом месте учёба и карьера, ничто не должно отвлекать её.

•◦⊷⊶⊰⌘⊱⊷⊶◦•

      Выходя от Белчера, смеющаяся компания друзей, направилась к перекрёстку, где попрощавшись, они разойдутся по домам. Субботний вечер прошёл весело — под несколько бутылочек пива ребята шутили, обсуждали грядущую поездку, вспоминали школьные забавные случаи. Даже Луна влилась в общее настроение, рассказав несколько странных историй, услышанных от отца, которые напомнили Гарри маггловские анекдоты, но про волшебников.       — Ну что же, прощайте, друзья! Постарайтесь не влипнуть в новые приключения без меня. А я постараюсь не забыть ваши лица до следующей встречи, — Невилл отвесил им шутливый поклон, слегка покачиваясь. — Миледи Лавгуд, позвольте вашу руку, я провожу вас до дома.       Смеясь и подыгрывая, Луна немного чопорно взялась за подставленную руку и, махнув всем на прощание, удалилась с Невиллом в направлении своего кампуса.       — Дорогой братец, ждем тебя дома, как проводишь Гермиону, — из-за грядущих утренних сборов Джинни пришлось быть единственной трезвой. Она готовилась переместиться с Гарри на Гриммо. — Возвращайся пешком или поймай такси, не думай аппарировать, в таком состоянии тебя расщепит.       Улыбаясь, они исчезли в завихрениях магии перемещения, а Гермиона и Рон остались вдвоём. Плотнее запахнув воротник, он развернулся в нужном направлении и коротко бросил: «Пошли».       Некоторое время шли молча, и устав от недосказанности, Гермиона всё же спросила:       — Рон. Каким ты видишь наше будущее?       — Ты о чём? Не знаю. Наверное, как это обычно бывает: закончим учёбу, найдём хорошую работу, закрепимся, а там можно подумать о детях, купить дом. А что?       — Скажи честно, ты видишь меня в роли своей жены, матери твоих детей, хозяйкой очага? Именно меня, ту, которая не поднимает голову от книг, вяжет хуже некуда и явно будет увлечена чем угодно, но не готовкой.       — Не знаю, посмотрим, время покажет, как говорят. К чему такой вопрос?       — Потому что я себя в таком будущем не вижу, — девушка резко остановилась, заставляя Рона развернуться к ней. — Я не думаю, что наше виденье совместного будущего совпадает. Время не покажет.       — То есть, в твоих планах этого нет? — Он долго смотрел на неё, прежде чем задать вопрос. — Ты не хочешь дом, детей, спокойную работу?       — Хочу, но не так быстро и совсем не так, как ты это видишь.       — Почему ты задалась этим вопросом именно сейчас? Что ты хочешь этим сказать?       — Ты меня любишь?       — Да.       — Не торопись отвечать, подумай. Вспомни, как проходят наши встречи, вспомни, как они начинались.       — Ты это сейчас серьёзно говоришь?       — Да, серьёзно, я размышляла над этим. Что, если мы просто не подходим друг другу? Какими бы не были чувства, мы постоянно не можем ни в чём сойтись, не находим общих точек, постоянно ссоримся из-за ерунды. Подумай, прошу тебя.       И он задумался всерьёз. Понимая, что разговор займёт у них много времени, Гермиона накинула на обоих согревающее заклятье. Рон повернулся в сторону, направив взгляд в сторону деревьев в парке. Иногда он шумно выдыхал, поднимая голову и смотря на звёздное небо. Пар светлыми завитками вырывался из его рта при дыхании, и девушка заворожено следила за ними, ожидая решения. Пару раз, словно ища ответ на свои вопросы, Рон пристально смотрел на Гермиону несколько секунд, после чего снова отводил взгляд в сторону деревьев. И только редкие трели зарянки нарушали наступившую тишину.       — Ты права, — немного осипший голос застал девушку вздрогнуть от неожиданности. — Мы с тобой слишком разные. И, наверное, всё могло бы сложиться иначе, но мы уже упустили этот момент. Сколько уже? Второй год мы вместе, а из привычного только споры. Наверное, это неплохо, когда вы просто общаетесь как друзья, но не когда это твой партнёр, который кроме ссоры не получает ничего.       Он замолчал, глядя прямо на неё, ожидая.       — Как думаешь, у нас был шанс стать нормальной парой или изначально всё было предрешено?       — Не знаю, может, и был. Но я с четвёртого курса доставлял тебе много проблем. Я не стал таким, каким бы ты хотела меня видеть, ты не стала такой, какой я бы ожидал. Наверное, это даже хорошо, что мы не стали ломать себя ради партнёра и остались такими, какими были. Наше будущее состояло бы, как ты любишь говорить, из компромиссов. Мы бы постоянно уступали друг другу, что совсем не есть правильно.       — Мы же останемся друзьями?       — Тут ты никуда не денешься — вы с Гарри мои самые близкие друзья, — он развёл руки в стороны. — Не плачь, иди, обниму.       Она и не заметила, как слёзы предательски потекли по щекам. Столько переживаний было, столько радости. Но сейчас они пришли к единственно верному финалу.       — Я даже рад, что мы смогли обсудить это без ссор, — усмехнувшись, Рон гладил по голове уткнувшуюся в него Гермиону. — Ведь можем же не ругаться. Не грусти, я всегда буду рядом, если понадоблюсь, поддержу, если будет нужно. Ну всё, глубоко вдохни и выдохни. Полегчало? — он слегка отстранился, чтобы посмотреть на шмыгнувшую носом девушку. — Вытри лицо, чтобы не замёрзло, и пойдём.       Девушка с благодарностью посмотрела на уже бывшего молодого человека, но всё ещё хорошего друга. Взяла протянутый платок, вытерла дорожки слёз. Глубоко вздохнув, немного успокоилась и, вернув платок, снова пошла рядом с Роном в сторону дома.       — Как ты? — она хотела знать, как он себя чувствует.       — Порядок. Сейчас порядок. Возможно, завтра я буду сокрушаться и грустить, — Рон улыбнулся в ответ на её вопросительный взгляд. — Это обязательная программа, не спорь. Мне нужно будет себя пожалеть, смириться с тем, что я снова в статусе одиночки. И продолжить радоваться жизни. Только не сразу, уж прости, это не так просто.       — Понимаю, мне тоже нужно будет привыкнуть. Возможно, мне будет легче — я смогу найти утешение в учёбе. Хотя точно не уверена. Надеюсь, ты не будешь долго грустить и найдёшь, на ком можно заострить внимание, — Гермиона широко улыбнулась, вспоминая, как трагично Рон переживал свои школьные влюблённости, и как быстро находил новый объект для симпатий.       — Хогвартс вспомнила? — он догадался, почему она так улыбается. — Хорошо, если бы ты была права, но я стал старше и мудрее, и теперь не всё так просто, — парень наигранно вздохнул, а затем шутливо слегка толкнул плечом.       Оставшуюся дорогу шли, обсуждая незначительные вещи, периодически смеясь. «Правильно, мы взрослеем и привыкаем прятать боль за шутками», — пронеслось в мыслях, когда они подошли к воротам кампуса.       — Спасибо, что проводил. Пора прощаться.       — Теперь увидимся на каникулах?       — Да. Соберёмся уже перед поездкой. Пока.       — Пока и до встречи.