Гонка в вечности

      Следующее утро в доме Хонбина выдалось неестественно шумным и суматошным. — Сейчас я принесу вам бронежилеты, обязательно наденьте их, потому что охранники вооружены до зубов. — Вам помочь? — вызвался Чимин. — Да.       Хонбин и Чимин ушли, но через пять минут вернулся только Пак, по полу таща в пакете тяжеленные бронежилеты. Он раздал их всем и, пока команда надевала экипировку, Чимин стоял, складывал пакет в причудливые формы. — А где твой? — спросил Тэхён, кинув взгляд на свою защиту. — Я его уже надел, — Чимин улыбнулся и постучал по животу и оттуда раздался глухой звук. — А-а-а, тогда чего стоишь, надевай остальную экипировку, — скомандовал Тэ.       Пак, не теряя улыбки, кивнул и потянулся к синему плащу. — Чимин, — вдруг резко опомнился Тэхён. — Если что-то пойдёт не так, то я хочу, чтобы ты знал, что ты для меня был самым близким другом. — Ой, чего ерунду несёшь? — возмутился Пак. — С нами такая команда супергероев, что любой создатель комиксов треснул бы от зависти. — Тут ты прав, — согласился с Паком его высокий однофамилец. — Вы нужны нам в качестве поддержки. Я думаю, что вам даже ничего не придется делать. — Я очень надеюсь на это, папа. Я ведь никогда не стрелял в людей и даже не думал об этом. — А! Чуть не забыл, — Чимин перевел взгляд на друга. — Хон просил передать, что ты, Ниллин и Исин должны идти в центре и в случае чего быстро оказывать помощь раненым. — Хорошо. Понял. — Все готовы? — вернулся из подвала Хон, уже одетый в синий плащ с капюшоном и такого же цвета брюки. — Да, — ответили несколько голосов.       Весь отряд выдвинулся в путь. Хонбин по рации о чём-то постоянно переговаривался с оппозиционерами, что уже ждали недалеко от Ратуши. — Почему здесь нет сохранений, как в игре? — спросил Чонгук у Тэхёна. — Сейчас не самое удачное время для шуток, дорогой, — ответил ему Тэ. — Я просто очень нервничаю, поэтому шучу. — Мы пришли. За этим углом башня. Перестроимся. Я, Сэхун, Чондэ, Минсок, Чанёль и Бэкхён встанем впереди. За нами Исин, Ниллин и Тэхён, все остальные в третий ряд.       Ребята выстроились и двинулись вперед к башне. Их команду было заметно издалека, поэтому охрана у здания очень сильно занервничала. — Ещё шаг, и мы откроем огонь! — доносилось со стороны энергоблока всей Проксимы b.       В ответ последовала тишина и, капитан, как и обещал, дал команду «огонь!». Но что им пули, если Сэхун одним движением руки, сбил их с траектории. — Клянусь, я почувствовал, как одна из пуль пролетела мимо меня! — Обратился Тэхён к ребятам, что шли за его спиной.       Чонгук отрицательно покачал головой и только Чимин согласился, что тоже что-то слышал. Хон скомандовал «Вперед!», и все помчались в атаку. На ошарашенных охранников обрушились все мыслимые и немыслимые стихии. В этот момент натерпевшимся жителям Проксимы b был дан шанс отыграться за все годы изгнания и преследования. — Без жестокости, просто обездвижьте их! — напоминал периодически Хонбин, бежавший впереди всех.       То, что охранники не ожидали такого нашествия, сыграло на руку, и команде быстро удалось прорваться в башню. — Остались только охранники на этажах, как только мы приступим, нужно будет сделать всё максимально быстро, потому что, как только они услышат нас, они вызовут подмогу. Все на месте?       И тут лица, радостные от победы и такого хорошего начала, вдруг исказились в испуге. — Чимина нет! — крикнул Тэхён.       Юнги огляделся и тут же выбежал из башни, не слыша Хонбина, который пытался его остановить. — Тэхён, Ниллин, Исин и Чонгук — вы отправляетесь искать Чимина. Возможно, ему нужна ваша помощь. Мы пойдём дальше вверх до последнего этажа. Как закончите, присоединяйтесь к нам.       Тэхён кивнул и побежал вслед за Юнги, а за Тэ подоспели и все остальные. То, что увидел Ким, покинув здание, никак не могло уложиться в его голове. Он увидел спину Мина, что сидел на коленях и склонил голову над травой. — Быстрее, — скомандовал Тэхён не своим голосом.       По мере приближения к Юнги, за его плечом становилась заметной бледно-розовая макушка. — Тэ, Тэ! — кричал Чонгук. Остальные едва поспевали за Кимом.       В голове Тэхёна воображение и здравый смысл рисовали довольно чёткую картину, от этого в глазах было мутно, и Тэ запинался о камни, но продолжал бежать. Как только он понял, что его опасения оправдались, он упал на колени перед ещё живым Чимином. Крик так и просился наружу, но поняв, что Пака ещё можно спасти, он взял себя в руки. — Ниллин, Исин-хён, ему нужно помочь!       Тэхён метался, не зная с чего начать, а Ниллин и Исин продолжали молча стоять. — Чего же вы ждёте?! — завопил Ким. — Он умирает!       Юнги не проронил ни слова, он просто держал Пака на руках и разбавлял своими слезами кровь, на одежде Чимина. — Тэхён, — начал Исин, пытаясь не поддаваться эмоциям. — У него пулевое ранение, он потерял слишком много крови, мы ничем не сможем ему помочь, — к концу фразы Исин перешел на шепот. Чонгук с отчаянием посмотрел на старших. — Мы будем просто стоять, и смотреть, как он умирает? — бился в истерике Тэхён. — Но как же? Бронежилет ведь должен был смягчить удар! — Тэ одним движением разорвал верхние пуговицы на плаще Чимина. От того, что Юнги увидел, он зажмурил глаза и стал рыдать ещё сильнее. — Мы ничем не можем помочь ему, Тэхён, я сожалею, — Ниллин траурно опустила голову и посмотрела на бледнеющего Пака. — Зачем ты так со мной, Чимини? — Юнги обращался ко всё ещё дышащему Паку. — Корсет?! Ты просто надел корсет для переломов?! — слова Тэхёна мешались со слезами. — Бронежилетов не хватало на всех. Я подумал, меня всё равно скоро сожрёт болезнь, так что, какая разница? Меня бессмысленно спасать. Я всё равно умру. — Но тебе же стало лучше! Ты же почти поправился! — Юнги тряс Чимина в своих руках. — Это была ремиссия, я знаю. Так уже было однажды. — А-А-А! — Юнги запрокинул голову и закричал от бессилия. — Тэхён, — откашлялся Чимин, от чего кровь из его раны у солнечного сплетения, полилась ещё сильнее. — У меня остаются считанные секунды. Я хочу, чтобы ты всегда заботился о Чонгуке, ему очень нужна твоя любовь. Он — самое важное, что у тебя есть. Обещай, что выполнишь моё обещание. — Да-да, — шептал Тэхён, склоняя голову над другом. Он сжал ладонь Чимина и поднес её к своим губам. — Юнги. Не плачь, улыбнись. Я хочу, чтобы мы остались в памяти друг друга счастливыми. Чимин подарил Мину последнюю улыбку, и Юнги сделал тоже самое. — Сними с моей руки кольцо, которое мне подарил Тэхён, и передай его родителям. — Конечно, конечно. — Юнги мигнул Тэхёну, чтобы тот снял кольцо, а сам прижался лбом к макушке Чимина и залился в истерическом плаче. — Не плачь, не плачь, — успокаивал он Юнги, гладя его по руке, оставляя кровавые следы. — Чонгуки, я прошу тебя довести дело до конца. Прошу именно тебя, потому что ты наш капитан. Доставь их домой в целости и сохранности.       Чонгук часто закивал, стряхивая слёзы с абсолютно промокшего лица. — Так приятно понимать, что моя жизнь была вовсе не бесполезной. — Как ты вообще допускал такую мысль? — мягко спросил Тэхён, но ответа уже не получил.       Он вцепился пальцами в землю, вырывая траву с корнями. Тэ ещё минуту умолял Пака вернуться, но тот уже не слышал друга. Юнги продолжал истошно рыдать, прижимая Пака ближе к себе. Чонгуку, Ниллин и Исину пришлось оттаскивать Юнги и Тэхёна от всё ещё тёплого трупа Чимина. — НЕТ! НЕТ! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! — кричали они в два голоса, вырываясь из рук. — Мы вернемся за ним, как только закончим задание, — пытался успокоить Исин. Чонгук плакал, ему тоже безумно хотелось вернуться, но только что он обязался перед Чимином довести дело до конца. — Тэ, мы вернёмся, правда, но чуть позже, — пытался уговорить любимого Чонгук, но тот совсем не поддавался на уговоры, поэтом пришлось фактически тащить его.       Когда ребята зашли в башню, то этажи уже были пусты, а остальная команда ждала их наверху. Поднявшись на последний этаж, они увидели комнату, полностью заставленную мониторами, техникой, проводами, и среди всего этого был главный компьютер. По лицам вошедших ребят не так уж и сложно было догадаться, что произошло с Чимином. Хонбин намеренно выдержал паузу, а затем произнес: — Нужно взломать систему, кто-то останется здесь, а остальных нужно будет переместить к Ратуше, — Хон посмотрел на Чонина. — Мы сейчас нужны там. И так потеряли слишком много времени. Скоро здесь будет отряд солдат, поэтому действовать нужно быстро. — Я останусь, — вышел вперед Юнги. — Нет, хён! — дёрнул его Чонгук. — Это слишком рискованно. — Вот именно. Из нас всех в программировании разбираюсь только я и Бэкхён-хён, — Юнги стал сбавлять громкость голоса. — Но из нас двоих только мне больше нечего терять. — Я останусь с ним, на случай, если солдаты придут раньше, чем мы рассчитываем, — Ниллин подошла ближе к Юнги. — Что же, как пожелаешь, — вздохнул Хонбин. — Отправляемся. — Хён, я… — Поторопись, Чонгук, — отрезал Юнги. — Я ещё вернусь за тобой, — твёрдо заявил младший. — Не забудьте передать кольцо родителям Чимина.       Через миг в помещении остались только Юнги и Ниллин. — Так-так, что тут у нас? — рассуждал Юнги вслух. — Он хочет что-то передать тебе. Чимин что-то хочет тебе сообщить. — Что? — Юнги уже хотел развернуться, но Ниллин положила руку на его голову, и юноша отчётливо услышал в своей голове голос Чимина. «Уходи. Беги отсюда», — Юнги услышал это настолько чётко, как будто Чимин сидел в полуметрах от него. Он пару секунд пытался разобраться в ситуации, а потом вернулся к взлому системы. — Ты хочешь сказать, что загробная жизнь существует? — обратился он к девушке, что теперь ходила от одного окна к другому, проверяя, нет ли никого у входа. — У моего народа есть поверье, что если кто-то умирает в кругу самых близких ему людей, то его сознание и его эмоции ещё долго остаются в этом мире. — А если нет? — То тогда от существа ничего не остаётся. — Ты не оставил мне выбора, Чимини, — шептал Юнги, надеясь, что та самая эфемерная сущность Чимина услышит его. — Ого, кажется у нас гости, — Ниллин отошла от окна. — Чёрт, мне нужно ещё буквально пару минут. — У тебя они будут.

***

      Хонбин ходил между рядами повстанцев, объясняя им, как устроено здание и что они должны сделать. Как только Юнги справился со своей задачей, и свет погас, Хон вывел отряд к зданию. Постепенно восставшие отвоёвывали здание метр за метром. Реки крови, крики и мучительные смерти сопровождали всё это. И хотя Хонбин просил действовать как можно более мирно, подавленный и измученный народ не знал пощады, каждый, кто вставал на пути был обречён. — Когда-то в детстве я услышал от своего отца фразу «Если с человеком обращаться, как со свиньей, то скоро он начнёт хрюкать», — обратился Хон к Бёну, когда путь уже был расчищен и до кабинета президента оставались считанные шаги. — Тогда мне эта фраза показалась нелепой и даже смешной. Но сейчас, глядя на то, что происходит, я полностью понимаю, что отец хотел этим сказать. Нечеловеческое отношение правительства к народу превратило их в жестоких запуганных зверей. — Я уверен, что в твоих силах исправить это. Как только ты займёшь пост, всё изменится к лучшему, — подбадривал друга Бэкхён.       Они стояли у дверей в кабинет президента. Хонбин постучался и предложил главе мирно сдаться, но в ответ последовала тишина. — Кажется, кто-то не учится на своих ошибках, — вздохнул Хонбин. — Нужно выломать эту дверь. — Я займусь этим, — вызвался Минсок. Под его руками дверь тут же разлетелась на маленькие ледяные осколки. — Стойте здесь, — скомандовал Хонбин и сам прошел в кабинет.       Пару секунд он посмотрел на что-то под потолком, а потом развернулся к своему отряду: — Нужно снять его с петли. Я один не справлюсь.       После того, как труп президента вытащили из верёвки, граждане похоронили его без особых почестей, просто закопав в землю на заднем дворе Ратуши. Когда на его могилу упала последняя горсть земли, все вздохнули с облегчением, потому что вместе с этим телом под землю ушло и мрачное прошлое Проксимы b. Кто-то даже проронил слезу, а кто-то смотрел на всё с полным равнодушием. — Исин, Тэхён, я хочу, чтобы вы помогли пострадавшим. Некоторых я сам развезу по больницам, но некоторым можете помочь только вы. — Я тоже хочу помочь! — доносилось из толпы. — Да, и я тоже! — Мы все хотим помочь. — Хорошо, тогда медики остаются здесь, а те, у кого есть машины, собирают пострадавших и развозят их по больницам, — предложил Хонбин, и люди сразу же зашевелились. — Тэ, нам нужно вернуться в башню за хёном, — шептал Чонгук на ухо Киму. — Ты прав. Хонбин-хён! Можно мне отправиться в башню и начать с людей, что остались там? — Да, так будет правильнее. Разделитесь с Исином, пусть он останется здесь, а ты возвращайся в башню. Чуть позже я пришлю тебе подмогу. — Пойдём, — Чонгук взял Тэхёна за руку.       Почти всю дорогу они молчали. Тэхён был в ужасе от произошедших событий, а Чонгук не знал, как начать разговор. — Что будем делать с телом Чимин-хёна? — Нужно сначала обсудить это с Юнги, — Тэхён прикусил губу, стараясь вновь не заплакать. — Но у Чимина было пожелание, он хотел, чтобы его, как героя сожгли и пепел развеяли по воде. — Он и есть герой. Я думаю, хён не будет против. — Да… мы пришли. — С чего начнём? — воодушевился Чонгук. — Я займусь пострадавшими, а ты поднимись и узнай, как дела у Юнги, может ему нужна помощь. — Угу, — Чонгук побежал вверх по лестнице.       Он вошел в комнату управления, но Юнги не увидел. — Хён, ты тут? — позвал он тихо. — Чонгук? Это ты? — послышалось откуда-то. — Ты где? — Чонгук обошел стол, что стоял посреди помещения, и увидел Юнги, лежащего на полу в собственной крови. — Юнги! — Чонгук упал коленями в красную лужу. — Я сейчас позову Тэхёна, ты только держись! — Стой-стой, — Юнги схватил младшего за руку. — Ты же помнишь, что Ниллин и Исин-хён сказали тогда: «слишком большая кровопотеря». У него была одна пуля, Чонгуки. Одна. А у меня: вот, вот и здесь ещё, — Юнги дрожащими пальцами показывал на ранения от пуль. — А где сама Ниллин? — Там, дальше. Но, кажется, она уже мертва, потому что не отвечает мне. Она сказала мне, что если я умру рядом с самым дорогим мне человеком, я смогу встретить Чимина после своей смерти. Чонгуки, я так ждал тебя, ведь у меня теперь нет никого ближе тебя, — Юнги провёл рукой по волосам младшего. — Ты знал, что так будет, да? Поэтому ты сразу решил остаться здесь. — Я предполагал, что из этой передряги уже не выберусь. — Но почему, хён?! — Чонгук срывался на крик. — Потому что мне надоело хоронить любимых людей. Я знаю, что Чимин мечтал о кремации. Я хочу, чтобы нас сожгли на одном костре. — Я позабочусь об этом. — Теперь я понимаю, что чувствовал Чимин. Мне холодно, Чонгуки, очень холодно. — Нет-нет-нет! Погоди! — Цени людей, пока они есть в твоей жизни. Никогда не знаешь, как повернуться обстоятельства. — Что я могу сделать для тебя? — Просто проводи меня из этой жизни. О большем я и не прошу. — Юнги закрыл глаза, и сердце его перестало биться. — Хён? — Чонгук нервно отдернул рукав плаща и попытался нащупать пульс. Тишина. Чон упал головой на грудь Юнги и горько заплакал, сжимая пальцами одежду старшего. Как только слёзы стали униматься, он лег на спину рядом с бездыханным телом друга и закричал настолько громко, что Тэхён услышал его на нижнем этаже. Чонгук снова заплакал и закрыл лицо ладонями. — Что произошло? — с порога задал вопрос взволнованный Тэхён.       Когда он подошел ближе, то понял, в чём была причина этого дикого крика. — Чонгук, — позвал Тэхён дрожащим голосом. Он помог младшему подняться из лужи крови и крепко обнял его. — Я не представляю, как дальше жить без этих двоих. — Я тоже, — Чонгук вцепился пальцами в плечи Тэ. — Нужно как можно быстрее провести сожжение, пока не началось гниение. — Сделаем это, как только свяжемся с Хонбином и родителями.